После того как старожил двора Арсений Петрович овдовел, он стал часто сидеть в центре двора на скамейке, так как не мог находиться один дома. Дети, играющие в кустах сирени и бегающие по двору с мячом, то и дело слышали грозные окрики старого соседа.
— Совсем сдурел наш Петрович, раньше его и не слыхать было, а теперь вымещает своё раздражение на детях, — говорили пенсионерки, сидящие у подъезда, — Занять, что ли, себя не может? Жил при супруге всегда на всём готовом, а теперь как сыч стал. Шёл бы работать, если скучно…
— Куда ему работать, когда семьдесят уже стукнуло? Кто его возьмёт, да с таким характером? Ещё и хромает… — улыбались женщины.
— Ну, все мы больные уже, — заступилась за Петровича Зинаида Григорьевна, — вот и мне уже скоро семьдесят… Какая работа? Дачу бросила. А тут во дворе всё равно хочется потрудиться, красоту навести. Вот я вчера была в домоуправлении и выпросила краску для скамеек. Так что обновлю к выходным.
Арсений Петрович тоже ходил в домоуправление, благо контора была в соседнем дворе. Но он только ругался последнее время с инженером, писал жалобы и просьбы на починку шатких скамеек, на отсутствие детской площадки и песочницы.
— Дети бегают сами по себе, лазают по деревьям, кричат, им нечем заняться… — говорил он в конторе, — когда будет порядок?
— Раньше вы не жаловались, не замечали, а что случилось теперь? – с ехидцей спрашивали труженики домоуправления, — на пенсию вышли?
Арсений Петрович уходил, хлопнув дверью. Рассказывать о выходе на пенсию, а тем более о том, что овдовел, ему не хотелось. Он старался не думать о грустном.
Вечером выходного дня присел он на скамейку, а она оказалась окрашенной. Да, была записка предупредительная небольшая, да он её не сразу и заметил. И теперь настроение у него было испорчено вконец. Арсений узнал, что красила скамейки по своей инициативе Зина и всех предупреждала заранее.
— Ничего не знаю, я испортил брюки! – громко говорил на весь двор Петрович, и Зина, услышав его голос, тут же вышла на улицу. Она жила на первом этаже.
— Извините, Арсений Петрович! Как неудобно вышло… Что же вы не заметили бумагу-то со словом «окрашено»?
— А ну тебя, хулиганка! – сердился Петрович, — лезешь со своей инициативой всюду. То цветы сажаешь, а потом как клуша охраняешь их всё лето, то бегаешь подписи какие-то собираешь по людям. Что ещё надумала? Почему ко мне не пришла с документом?
— Я подписывала заявление по семьям с детьми, чтобы им площадку детскую подновили. Вы правы, негде детям играть, но теперь всю эту заботу взяли на себя молодые родители. Я ведь тут одна, ко мне взрослые внуки только ездят, и то по праздникам, — оправдывалась Зинаида, но Петрович махнул рукой и ушёл к себе домой.
Несколько дней он не сидел во дворе, а уходил по своим делам куда-то. Соседи по площадке говорили, что он ходил в поликлинику, откуда его отправили в дневной стационар подлечиться. Когда процедуры у пенсионера закончились, он стал сидеть на своём балконе – шли дожди.
Однажды к нему постучали в дверь. На пороге стояла с блюдом пирогов Зинаида Григорьевна.
— А я пришла мириться, Петрович. Нельзя нам ссориться из-за каких-то брюк. Ну, всё бывает. Ставь чайник, я пироги напекла. Вот и поговорим заодно о нашем дворе. Есть новости…
— Вижу я ваши новости. Песок привезли в угол двора. И уже сколачивают малышам песочницу… — кивнул сосед Зине, чтобы она проходила. Они вскипятили чайник, Петрович заварил свой фирменный чай с клевером, а Зина потчевала его пирогами.
— Я хочу узнать размер твоих брюк, — спросила она, — придётся купить новые, раз по моей вине испорчены.
— Ты с ума сошла, что ли? Во-первых, они были уже старые, обычные спортивные треники, которым сто лет в обед. К тому же у меня столько барахла накопилось, что мне не износить за свой век… Так что никаких покупок. И не думай.
— Значит, мировая? – улыбнулась Зина.
— Конечно, а мы и не ссорились, — вздохнул Арсений, — что-то последний год я как не в своей тарелке, нервы, знаешь…
— Знаю, и понимаю. И со мной такое же было. После ухода близких людей и мы стареем быстрее, и здоровье наше подрывается от переживаний… — ответила Зина, — но нельзя раскисать. Надо жить дальше, и стараться искать в каждом дне хоть маленькую радость, и своё любимое дело. Вот я вяжу, шью, ухаживаю за своими двумя кошками, клумбы полю, и даже вот скамейки покрасила, правда не без жертв…
— Но не человеческие же… — рассмеялся Петрович, — всего-навсего – штаны. Не вспоминай ты больше.
Зина ушла, а Арсений Петрович наелся пирогов и повеселел. Он будто бы пуд с плеч сбросил, так наговорился с соседкой, и настроение поднялось.
Теперь Арсений Петрович стремился встретить Зину во дворе, чтобы поговорить с ней хоть немного. Он заметил время, когда она выходит ухаживать за цветами, и стоял рядом, подавая то ведро, то тяпку, которые лежали около длинной клумбы.
— А что это у тебя в середине клумбы? – начал всматриваться сосед.
— Ох, глазастый ты ещё, а говоришь – старый, — рассмеялась Зина, — тут у меня за пионами лук зелёный растёт, а среди ромашек – куст петрушки. Это чтобы на рынок за зеленью не бежать. Так что и ты можешь сорвать на салатик, если захочется…
— Вот это хитрая у тебя грядка, — удивился Петрович, — если бы я не остановился, и не стал всматриваться, то не сразу бы и заметил. Не рвут кто чужие?
— Нет, а если и сорвут, не жалко. Пусть едят на доброе здоровье! – улыбнулась Зина, — это ж полезная трава и только!
На следующий день Зина получила в подарок от Арсения небольшую лейку.
— Так есть у меня. Зачем тратился? – удивилась женщина, — но мне приятно такие подарки получать…
— У тебя очень большая и тяжёлая. А эта – средняя, лёгкая, семилитровая. И не тяжело будет с ней бегать вокруг длинной клумбы. Да и не наливай полную-то! – стал учить Петрович соседку, — а мне на доброе дело денег не жалко. Я и сам помочь тебе могу.
Как же удивились соседки, когда увидели, что садовников стало во дворе двое: Зине начал помогать управляться с цветами Арсений.
— Оказывается, ты у нас не только садовница, а ещё и укротительница! – хихикали женщины.
— Много ли человеку надо? Поговорить, чая попить вместе, вот он и стал прежним. Не одиноким, — вздыхала Зина, — дочка, конечно, у него есть, но в столице. Ездит редко, и к ней он не часто зван… Вот такие дела…
К осени для детей во дворе был сделан спортивный уголок. Появились турники, спортивный бум, небольшая волейбольная площадка. Ребята уже были заняты и учёбой, и играли в своём уголке, а не под самыми окнами дома.
— Надо бы и нам, старикам, беседку на следующее лето построить, — мечтала Зина, — только вряд ли нам помочь в домоуправлении согласятся… Я бы около неё и цветы посадила.
— Ну, не согласятся, так что-нибудь придумаем. Беседка – это не спортивная площадка, тут нет норм безопасности, это мы и сами, если что, соорудить сможем, — пообещал Арсений Петрович.
А весной он уже показал Зине пару набросков-эскизов простенькой беседки. Она была прямоугольной, почти как небольшой домик, а внутри по всему периметру – скамейки.
— Мне нравится, — кивала Зина, — да хоть бы какую… Уж не до вычурности. Надо экономить.
Арсений не зря рисовал эскизы. Он после нового года начал штурмовать начальство домоуправления, и просил только материалы, скурпулёзно подсчитав количество брёвен, досок, гвоздей, уголков, и несколько листов кровельного железа для крыши.
— А кто строить всё это будет? – спрашивали у него.
— Найду помощников, и сам руководить буду. А вас приглашу на приёмку объекта, для отчётности, — обещал пенсионер.
Не зря Арсений Петрович убеждал соседей выйти на субботник и строительство беседки.
— Тут ваши матери будут отдыхать, дети в пасмурную погоду, так что надо делать, главное – есть из чего и чем! – убеждал он молодых мужчин, заранее обходя квартиры всего дома. Таким образом Петрович нашёл себе троих помощников и договорился о дне стройки.
Инструменты были принесены из его личного гаража. А доски ему нарезали по размеру сразу в мастерских при домоуправлении.
Концы брёвен для каркаса мужчины обработали перед постановкой в ямы, и работа закипела. Собрался чуть ли не весь двор смотреть как «растёт» новая беседка. Выходили помогать и те, кто не обещал помощи раньше.
Зинаида с соседкой вынесла небольшой столик, на котором расположился большой чайник, а на блюде – печенье, вафли, карамель и чайная посуда.
Пока взрослые работали, чай пили дети, не в силах удержаться от соблазна полакомиться сладким на улице. Зина никому не отказывала и ходила кипятить чайник и чашки несколько раз. Начали выносить угощение и мамы малышей, а потом кто-то включил и поставил на подоконник открытого окна магнитофон, чтобы во дворе была слышна музыка.
Так за день беседка в целом была поставлена. На следующий день накрыли крышу, и Зинаида взялась с женщинами её красить.
— Уж покраска – это наше, женское дело. Тут мы справимся, — говорила она.
Так во дворе появился ещё один объект для посиделок, свиданий и игр. Вокруг неё жители посадили кусты сирени, а Зина при входе укоренила вьющийся девичий виноград.
Стали соседи чаще улыбаться друг другу, здороваться приветливее, останавливались поговорить немного, узнать о делах и здоровье.
Но особенно подружились Арсений Петрович и Зина. Жильцы всеобщим шутливым голосованием назначили старостами дома, и просили присматривать за порядком во дворе.
Но теперь Петрович не повышал голос на детей, он был занят своими делами: каждую весну мастерил то пару скворечников для двора, и вешал их вместе с подростками на большие деревья, то подправлял спинки скамеек. К лету Зина просила изготовить перголы для плетистых роз, саженцы которых она заказывала себе от приятелей на свой майский день рождения.
Так преображался их двор, их жизнь, и были тёплыми отношения. Арсений Петрович сделал Зину своей спутницей по прогулкам в парке, возил её на рынок на своей машине каждую неделю, и они вместе отмечали праздники. За пару лет они стали приятелями не разлей вода, об их дружбе говорили соседи, удивлялись родные, но все только радовались за пару.
— Всё-таки в нашем возрасте так сдружиться – это подарок судьбы, — говорили соседки, — не все могут словно родными стать.
Женщины спорили: кто в паре главенствует, но так и не нашли ответа. Одни ставили в пример терпеливость Зины, другие говорили, что несмотря на вспыльчивость Арсений покладистый и трудолюбивый, но потом все согласились, что у них просто любовь, которая и держит их вместе вот уже не первый год…
