Истории

Алексей купил дом за тридцать тысяч рублей. Дом стоял на краю деревни, у самого леса. Старый.

В районе её знали все. Когда по центральной улице, мимо сельсовета, мимо магазина, мимо автобусной остановки

Андрей приехал на девятый день. Добирался долго — поезд до райцентра, потом автобус до развилки, потом

Марта открыла глаза в шесть утра. За окном валил мокрый ноябрьский снег. И сразу поняла: что-то не так.

– Сынок, ну когда ты приедешь? – Галина Петровна прижала телефон плечом к уху, свободной рукой поправляя рассаду.

Лариса Петровна вернулась из магазина с продуктами, прошла на кухню, разобрала пакеты. — Галя, ты куда

— Ваш муж, — всхлипнула Диана, через две недели подкараулив Веру Васильевну возле клиники (в дом вход

– Замолчи! – Прервала его теща. – Я выставила этот коттедж на продажу. Марина с Павликом переезжают к нам.

— Мам, ну у нас же есть дача. Она тёплая, там и зимой, и летом хорошо. Отец там всё по уму сделал.

Поздним вечером, когда Максим наконец уснул, Дмитрий молча и механически складывал вещи — ни одного лишнего

Мы с Катей обрадовались, когда друзья позвали на природу. «Стол ломится!» — бодро сказала Оксана по голосовой связи.

Был конец ноября. Вечерело рано. Вера пришла с работы час назад, переоделась в домашнее и стояла у плиты

Юлька тогда обомлела: она привыкла спать г..лой и не сразу сообразила, где её футболка и домашние шорты.

– Хорошо, мам! – Нехотя произнес молодой мужчина. – Я понял, что ты не отстанешь от меня до тех пор

— А знаешь ли ты, милый зятёк, от кого беременна твоя жена? — с издёвкой спросила гостья. — Марин, не

Виктор Сергеевич бросал курить третий раз за год. Не то чтобы это было трудно — он вообще не знал, трудно

Озеро это на картах не значилось. А если и значилось, то под каким-нибудь номером — таких безымянных

Анна Петровна проснулась затемно. Накинула пуховый платок, сунула ноги в подшитые валенки, прошаркала на кухню.