Настя и Артём познакомились в чате популярной онлайн-игры. Она — хрупкая блондинка с тысячами подписчиков, он — амбициозный парень, продающий курсы «Как стать миллионером за месяц». Вместе они были идеальной парой, красивые, успешные, всегда на позитиве.
— Как думаешь, кто у нас будет? — спросила Настя, поглаживая едва заметный животик.
— Пацан, конечно, — Артём даже не оторвался от монитора. — Говорят, девчонка всю красоту забирает. А ты вообще не изменилась, как будто и не беременная.
Она довольно улыбнулась и открыла приложение для ретуши. Надо обработать утреннее фото с завтраком, овсянка с ягодами, идеальные белые зубы, кружка зелёного чая. За полчаса сто двадцать три лайка. Неплохо.
Они поженились восемь месяцев назад. Знакомые завидовали, молодая семья, общий бизнес в интернете, путешествия, съёмки. Каждый день, как маленькое телешоу. Настя вела «Дневник беременности»: рассказывала о настроении, показывала новые покупки для малыша, делилась советами по уходу за кожей. Подписчики требовали контент, и она давала его, дозированно, отретушированно, идеально.
На УЗИ она сходила один раз — на шестнадцатой неделе, чтобы узнать пол.
— Девочка, — улыбнулся врач.
— Точно? — Настя расстроилась. Хотелось мальчика, наследника для Артёма. Но ладно, в следующий раз получится.
Больше на УЗИ она не пошла. Насмотрелась роликов от популярных блогеров, они в один голос твердили, что ультразвук вреден, облучает ребёнка, может спровоцировать мутации. У неё всё равно беременность лёгкая, никаких отёков и болей. Значит, и с малышом всё в порядке.
— Ты бы сходила на УЗИ, дочка, — осторожно сказала мама по телефону. — Вдруг что-то не так?
— Мам, ты ничего не понимаешь. Это прошлый век — постоянно бегать по врачам. Современная медицина вообще во вред. Вон, блогерша одна рассказывала, что после УЗИ у неё ребёнок родился с кривошеей.
Мама вздохнула, но спорить не стала. Настя всегда была упрямой.
— Артём, неси камеру! — крикнула Настя, когда схватки стали регулярными. — Это же исторический момент!
Они снимали всё: отъезд в роддом, дорогу, палату. Даже сквозь схватки умудрялась улыбаться в объектив.
— Привет, мои хорошие! Я сейчас рожаю! — она подмигнула в камеру. — Скоро покажу вам нашу малышку!
Потом началась такая боль, что стало не до съёмок. Артём убрал телефон и просто держал её за руку.
Роды длились шесть часов.
— Молодец, ещё одно усилие! — акушерка Лена поправила простыню. — Давай!
Крик разорвал тишину родильной. Громкий, требовательный.
— Поздравляю, у вас сын! — Лена выпрямилась и вдруг замолчала, прикусив губу.
Настя обессиленно откинулась на подушку.
— Как сын? Мне же сказали, девочка будет. Врач ошибся, что ли?
Лена переглянулась с врачом. Мальчика положили на столик, он кричал и дрыгал ножками. Одна ручка была до кисти, а дальше гладкая культя.
— Анастасия, — тихо сказала Лена, — у вашего малыша нет кисти на левой руке. Вам говорили об этом на УЗИ?
— В смысле нет? — Настя попыталась приподняться. — Как это — нет? Куда она делась? Я была на УЗИ один раз, врач ничего не говорил про руку!
— Возможно, не увидел. Так бывает. Мальчик здоров, крепкий, — Елена говорила мягко, стараясь не напугать молодую мать. — Сейчас делают отличные протезы, почти не отличить от настоящих.
— Какие протезы? — голос молодой мамы задрожал. — Все анализы были хорошие! Я не ходила на УЗИ, потому что это вредно! Это из-за облучения, да? Я же говорила, не надо было!
— Нет, — твёрдо сказал врач. — УЗИ здесь ни при чём. Это порок развития, который формируется на ранних сроках. Ваш сын абсолютно здоров.
— Не показывайте мне его! — Настя закрыла лицо руками. Я не хочу смотреть. Уберите.
— Может, ты успокоишься сначала? — Артём растерянно переводил взгляд с жены на врачей.
— Я не возьму этого ребёнка. Не буду я всю жизнь с инвалидом мучиться. Мы молодые, родим нормального. Здорового. — Настя говорила отрывисто, как отрезала. — Это моё право. Я напишу отказ. Раз кисти нет, значит генетически он не здоров. Потом ещё проблемы разные могут вылезти, зачем мне это?!
Лена хотела что-то сказать, но промолчала. Потом такие матери часто приходят в себя. Наплачутся, а потом смотрят в глаза своему малышу, и всё меняется. Надо просто дать время.
Настю перевели в отдельную палату. Ребёнка она кормить отказалась, даже видеть не хотела.
— Унесите его, — брезгливо сказала она, когда детская сестра принесла мальчика покормить. — Я не буду на него смотреть. Я его боюсь…
Малыш, завёрнутый в синее одеяльце, сопел и хмурился во сне. Пухлые щёчки, курносый нос, чёрные ресницы. Красивый, как куколка.
Лена зашла в детскую и посмотрела на спящего ребёнка. Бедный малыш, не нужен собственной маме…
У Лены не было детей. Десять лет брака, пять лет обследований, два ЭКО — и тишина. Бесплодие необъяснимого генеза, как сказали врачи. Муж, Илья, сначала надеялся, потом тоже сник. Они уже почти смирились.
— Что же ты делаешь, глупая, — прошептала Лена, глядя на мальчика. — Как можно отказываться от своего сокровища?
Она работала акушеркой пятнадцать лет и видела разное. Но чтобы так сходу отказаться, даже не взглянув толком…
В тот же день Настя подписала отказ. Муж её поддержал. Родителям они сказали, что ребёнок родился мёртвым, так бывает. Забирать тело они не будут, тяжело морально это всё… Родители утешали их, говорили, что молодые, родят ещё.
— Представляешь, что сказали бы подписчики? Инвалид в семье, это не формат. Жалеть начнут, на фиг надо. Дефектный ребёнок…
— Я придумаю историю, —Настя уже листала телефон. — Напишу, что ребёнок родился мёртвым очень больным и умер…
Дома она опубликовала слезливый пост. Смайлик с разбитым сердцем, своё чёрно-белое фото с грустным лицом.
«Сегодня я потеряла своего малыша. Он был так желанен. Но Господь распорядился иначе. Спасибо всем за поддержку, мне очень больно…»
Подписчики рыдали в комментариях. Лайки сыпались как из рога изобилия. За сутки прибавилось десять тысяч подписчиков.
— Видишь? — она довольно усмехнулась. — Даже из этого можно сделать плюс. Ролик залетел мой…
О сыне она больше не вспоминала.
А в роддоме, в палате на втором этаже, лежал мальчик без имени. Медсёстры называли его «Малышом из десятой». Он не знал, что его бросили. Он просто жил, дышал, кричал, когда хотел есть, и улыбался во сне.
Лена заходила к нему в каждый перерыв. Брала на руки, качала, шептала что-то. Мальчик пах молоком и ванилью, так пахнут все новорождённые, чудесным детским запахом.
— Какой же ты хороший, — говорила Лена, касаясь его культи. Маленькая, гладкая, тёплая. — Ты даже не знаешь, какой ты сильный.
На четвёртый день она пришла домой и сказала Илье:
— Я хочу забрать того малыша без ручки.
— Как — забрать? Усыновить?
— Да. Мать написала отказ. Он — сирота при живых родителях. Мы можем оформить всё быстро, я узнала.
— Лена… — Илья помолчал. — У него же…
— И что? — Она достала телефон, показала видео. Мальчик на столе для пеленания дрыгал ножками. — Посмотри на него. Просто посмотри. Он так нуждается в нас, а мы в нём…
Илья смотрел долго. На пухлые щёчки, на смешные гримасы, на внимательные тёмные глаза, которые, казалось, видели что-то за пределами этой комнаты.
— Милый малыш… Ладно, я согласен, — сказал он.
После оформления документов они забрали мальчика домой. Назвали Егором. Егорка сразу привык к Илье, спал на его груди и требовал есть каждые два часа.
Прошло три года.
Лена присела отдохнуть. Она уже уходила в декрет через неделю, в свои сорок два года. Случилось чудо, и она забеременела, сама, без всяких вмешательств. Когда уже смирились с мужем, полностью отдав своё внимание Егорке.
В приёмном покое она увидела Настю. Муж снимал на телефон, жена улыбалась и махала в камеру.
— Привет, мои хорошие! Сегодня мы рожаем нашу девочку! Вот это роддом, вот это палата…
Лена почувствовала, как к горлу подступила тошнота. Вспомнила тот день…
Роды прошли хорошо. Здоровая девочка, три двести. Настя тут же потребовала телефон.
— Снимите нас! Срочно! Подписчики ждут! Артём, не стой как истукан, снимай!
Лена вышла в коридор, прислонилась к стене. Живот тянуло, малышка внутри ворочалась, будто чувствовала мамино волнение.
— Ты чего? — спросила коллега Надя. — Бледная вся.
— Ничего. Устала.
Надя понимающе кивнула. Лена была на седьмом месяце, и последние смены давались тяжело.
Вечером, закончив все дела, Лена зашла в ординаторскую. Взяла телефон. На заставке — фото Егора, кудрявый, улыбается, на левой руке красивый бионический протез, который Илья заказал в Германии. Мальчик управлял им так ловко, что посторонние не замечали подвоха.
— Такие дети — наши лучшие пациенты. Быстро привыкают,-
сказал тогда врач в центре протезирования.
Егор рисовал этим протезом, строил башни из кубиков и даже завязывал шнурки — правда, пока только на правом ботинке.
Свежее фото: Егор обнимает её живот и говорит: «Маша, вылазь уже, я тебе машинку отдам».
Илья прислал сообщение: «Сын просил передать, что ты лучшая мама на свете. Возвращайся скорее».
Лена улыбнулась и написала в ответ: «Еду. Люблю вас».
Проходя мимо палаты Насти, Лена услышала, как та говорит мужу:
— Артём, представляешь, сколько лайков соберёт это видео? «Роды за пять минут»! Назову так. Или «Как я родила без боли». Нет, без боли — это враньё. Ладно, придумаем потом.
Лена пошла к выходу. На улице моросило, фонари отражались в лужах. Дома ждали муж и сын. А скоро родится дочка… Какое же это счастье! Бог послал им Егорку, а потом и Машеньку…
