Мать Ульяны в молодости была ослепительной. Старые фотографии в пыльном альбоме хранили чужую, невероятную жизнь: длинные волосы, глаза с поволокой, платье в горошек на тонкой талии – и подруги в тени, потому что свет всегда падал на неё одну. За ней ездили на «Волгах», дарили цветы охапками, звали в рестораны с хрустальными люстрами. А она вышла замуж за простого инженера с честными глазами и пустым кошельком.
«Главное, чтобы человек был хороший», – сказала бабушка. И мама послушалась. А потом тридцать лет экономии и вечный запах дешёвого стирального порошка. Отец Ульяны, седой и уставший, чинил всё, что ломалось, но денег от этого больше не становилось. Мама к пятидесяти превратилась в тень той девушки с фотографии: лицо в морщинах, руки узловатые, взгляд потухший.
– Только не как мама, – шептала Ульяна себе в подушку по ночам. – Только не за бедного. Только не в нищету.
Она тоже была красивой, не как мама, но с хорошей фигурой, ухоженной, с филигранно выщипанными бровями и пухлыми губами, которые знали цену своей улыбке. Поклонники вились вокруг Ульяны. В институте, на работе, в соцсетях. Но все какие-то не такие: то студент с велосипедом, то менеджер с зарплатой на процентах, то мальчик, который предлагал «просто погулять в парке».
Богатые смотрели сквозь неё. Ульяна быстро поняла горькую правду: тем, у кого действительно есть деньги, нужны не просто красивые лица. Им нужны статьи в Википедии, родители-профессоры, своя квартира в центре, знание этикета и хотя бы поверхностное владение виолончелью. А у Ульяны была однушка в панельке, мать-пенсионерка и диплом ни о чём. Отчаяние накапливалось, как вода в переполненной ванне.
И тогда появился ординатор Костя. Он учился с ней в одной школе. Высокий, застенчивый, с длинными пальцами пианиста и смешной привычкой поправлять очки, когда волнуется. Костя смотрел на Ульяну так, будто она самое прекрасное, что он когда-либо видел. Приносил ей яблоки с дачи – мытые, блестящие, завёрнутые в салфетку. Мог пройти пешком три остановки, лишь бы её проводить.
– Ты мне очень нравишься, Уль, – сказал он однажды, покраснев до корней волос.
Ульяна вздохнула. Он был хорошим. Добрым. Заботливым. Она почти согласилась. Решила: «Ладно, видно, судьба такая – как у матери».
Но судьба решила иначе.
С Русланом Ульяна познакомилась в кофейне, куда зашла выпить капучино. Он стоял у стойки – невысокий, широкоплечий, в чёрной рубашке с расстёгнутыми верхними пуговицами, с часами, которые Ульяна по привычке оценила и поняла, что такие она видела только в телефоне на рекламных баннерах.
– Вы уронили салфетку, – сказал он с лёгкой усмешкой, хотя она ничего не роняла.
Ульяна хотела отшить его – привыкла к дешёвым подкатам. Но что-то в его взгляде, спокойном и хозяйском, заставило её задержаться.
– Я девушка дорогая, – бросила она с вызовом, проверяя, как среагирует. – И требую много золота.
Она ждала, что он скривится или начнёт оправдываться. Вместо этого Руслан медленно улыбнулся, словно она только что подарила ему ключ от сейфа.
– Ну наконец-то, – сказал он. – А то вокруг одни скромницы. Не люблю, когда врут.
Он записал её номер. А на следующий день курьер привёз ей небольшую бархатную коробочку, перевязанную шёлковым бантом. Внутри оказались золотые серьги – тонкой работы, с маленькими камешками, похожими на ледяные крошки.
Через неделю Ульяна получила золотую цепочку с кулоном. Через две – золотой браслет.
Ульяна перестала отвечать Косте на сообщения. Теперь она выбирала наряды к ужину с Русланом, и сердце её билось часто-часто. Пусть он был ниже сантиметров на пять, живот нависал над ремнём, а за ужином в ресторане (не таком уж и дорогом, между прочим) говорил о налогах, логистике и о том, какой бетон лучше для фундамента, зато подарки дарил стоящие, не то что Костя.
– Ты мой клад, – сказала она, целуя его в щеку и чувствуя запах банального мужского парфюма.
Сама же думала: «Потерплю. Главное – свадьба. Главное – кольцо на палец и общая фамилия. А там – развод и половина имущества». Она мечтала о свадьбе как о спасении: платье от известного дизайнера, ресторан с видом на набережную, кортеж из белых машин и гости, которые будут завидовать и шептаться: «Повезло Ульяне!»
Когда на день влюблённых Руслан приехал к ней с очередной золотой цепочкой, она сказала:
– Я люблю разнообразие. Хочу новый айфон. Мой уже тормозит.
– Золото надоело? – усмехнулся Руслан, похлопывая себя по животу. – Думал, ты любишь классику. Айфоны быстро стареют. Золото – вечно.
Ответить на это Ульяне было нечего, поэтому, когда он уехал, она открыла телефон. Сообщение от Кости висело непрочитанным уже три дня: «Ульяна, как ты? Я скучаю».
Она написала резко, без приветствий:
«Костя, ты можешь подарить мне айфон?»
Костя ответил через минуту: «Какой?»
«Самый новый. Pro Max».
Он долго набирал ответ. Стирал. Набирал снова. Наконец, пришло:
«Хорошо. Завтра куплю».
***
Костя взял кредит. Он не спал всю ночь, считая проценты, сроки, свою зарплату. Он не мог себе этого позволить, но Ульяна попросила. Ульяна, которая снилась ему каждую ночь, чья улыбка стоила всех денег мира.
Они встретились в парке. Костя протянул ей коробку дрожащими руками. Айфон блестел на солнце, пуская солнечные зайчики.
Ульяна даже не поцеловала его. Просто взяла телефон, включила, провела пальцем по экрану.
– Спасибо, – сказала сухо. – Ты хороший.
И ушла. Костя смотрел ей вслед, чувствуя, как внутри что-то рвётся. Он думал: «Хороший – это же уже что-то».
***
А Ульяна продолжала встречаться с Русланом. И с Костей – реже, украдкой, когда скучала по нормальному общению. Руслан дарил золото. Костя дарил внимание, заботу и цветы с дачи. Ей было удобно: один – кошелёк, второй – отдушина.
Но Костя не выдержал. Однажды, когда Ульяна опоздала на встречу на час, потому что задержалась с Русланом в ресторане, Костя сказал:
– Я не готов ко вторым ролям, Ульяна. Я люблю тебя. И я хочу, чтобы ты сделала выбор, кто тебе нужнее: я или он.
Ульяна растерялась. Руслан дарил золото, но разговаривать с ним было не о чём. Он храпел по ночам, чавкал и никогда не спрашивал, как у неё дела. А Костя… Костя был добрым. Настоящим. И неожиданно для самой себя она выбрала его.
Разрыв с Русланом вышел нервным: он кричал, что «таких, как она, много», а она кричала, что «таких, как он, и подавно». В тот же вечер Ульяна пришла к Косте с одним пакетом вещей и слезами на глазах.
– Я выбрала тебя, – сказала она.
Костя обнял её так крепко, будто боялся, что она испарится.
Они поженились через полгода – скромно расписались в загсе, без дорогих машин и ресторана. Через год родился ребёнок. Денег не было. Костя работал на двух работах, пропадал в больнице сутками. Ульяна сидела с ребёнком, считала копейки и ненавидела свою жизнь.
Она вспомнила о мамином альбоме. О той красивой девушке, которая вышла за бедного инженера.
– Я повторяю её судьбу, – прошептала Ульяна в пустоту.
И тогда она решилась. Достала шкатулку с подарками Руслана. Серьги. Колье. Браслет. Всё то, что хранила как приданое, как надежду на чёрный день. Чёрный день настал.
Ломбард оказался грязным, с облезлым прилавком и продавцом с лупой в глазу. Ульяна выложила украшения, как королева, расправив плечи.
Продавец взял серьги. Покрутил. Поскоблил ногтем. Надел лупу.
– Это позолота, – сказал он равнодушно. – Медяшка сверху. Всё.
– Что? – не поняла Ульяна.
– Золото, говорю, фальшивое. Внутри латунь. Вот клеймо – видите? Оно не настоящее. Всё подделка. Рубликов триста за весь набор, если надо.
Мир рухнул. Ульяна смотрела на серьги, на колье, на браслеты. Позолота.
Она вылетела из ломбарда и набрала номер Руслана. Он взял трубку после третьего гудка. Голос сонный, наглый.
– Руслан, ты обманщик! – закричала Ульяна. – Это всё позолота! Ты меня обманывал!
В трубке повисла пауза. А потом Руслан засмеялся – громко, раскатисто, как будто ему рассказали лучший анекдот в жизни.
– Ульяна, ты, что ли? Ой, не могу, – выдавил он сквозь хохот. – Ульяна, дорогая, а ты правда думала, что я буду дарить золото такой, как ты? Ты спала со мной только из-за денег. Я знал это с первой минуты. Вот я и дал тебе то, что ты хотела – иллюзию. Ты получила ровно то, что заслужила.
– Ты подлец! – крикнула Ульяна, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
– А ты продажная, – весело ответил Руслан. – Так что мы квиты. Пока, дорогая.
Он отключился.
Ульяна стояла посреди улицы с пустой сумочкой и фальшивыми побрякушками в кулаке. Мимо шли люди. Кто-то толкнул её плечом. Она медленно опустилась на скамейку и заплакала. В первый раз за много лет – не от злости, а от стыда. Потому что Руслан был прав. Абсолютно прав. И она не знала, что теперь с этим делать. В кармане завибрировал телефон. Она достала его – это Костя писал: «Милая, как ты? Мы тебя ждём и страшно скучаем».
На глаза навернулись слёзы: Косте Ульяна наврала, что пошла к врачу. Нет, не такая уж она продажная, раз вышла замуж за Костю.
Решительным движением Ульяна выбросила подарки Руслана в мусорку, встала и пошла к остановке. Ничего, как-нибудь она прорвётся. И даже если всю жизнь будет жить, как мама – что в этом плохого? Не нужны ей дорогие подарки, а нужно только чтобы сын был здоров и Костя всегда смотрел на неё так, как смотрит сейчас. Как папа всегда смотрел на маму. И тогда всё будет хорошо.
