— Нет, просто скажи, как это возможно? Ты мне врешь, нагло врешь, — в растерянности сказала Ира, осознав весь ужас произошедшего. Антон смотрел на нее кристально честными глазами, но в глубине души она знала, что все, что он ей только что в красках рассказал наглая ложь. И от осознания этого ей хотелось выть…
Ира искренне считала, что у неё идеальная жизнь. Ну, почти идеальная, с поправкой на ветер. В личной жизни был полный штиль, но жила она, что уж тут таить, не одна, а с Лордом. Лорд — звучит благородно, но на самом деле за этой кличкой скрывался обычный пес, взятый из жалости в приюте несколько лет назад. Конечно, он уже давно отъелся, и иногда воротил морду от овсянки с мясом, но все равно продолжал смотреть на мир с трагическим выражением «лица».
А совсем недавно жизнь заиграла новыми красками. Девушка встретила мужчину мечты. Антон работал менеджером по продажам, снимал квартиру и мечтал о большем. Как минимум, стать начальником отдела. Он был очень обаятельным, добрым, с ним она чувствовала себя так, будто бы знала его много лет. Короче, влюбилась в него быстро и безнадёжно.
Через три месяца Антон предложил очевидное: жить вместе. Парень устал платить за съем, тем более в последнее время и так жил у любимой. Ира, естественно, согласилась. Она жила в квартире родителей, которые уехали на ПМЖ в деревню и чувствовала себя в ней полноценной хозяйкой.
Поначалу всё шло гладко, если не считать одного нюанса. Антон, хоть и утверждал, что обожает ее собаку, явно ее невзлюбил. Его раздражало, что Лорд спит на диване, бесило, что Ира тратит на него деньги, злило, что в доме шерсть.
Спустя месяц совместной жизни Антон решил действовать. Но хитро начал издалека.
— Слушай, Ира, а не тесно ли ему здесь? — спросил он как-то, глядя на Лорда, который спал, развалившись поперёк коридора. — Собаке нужен воздух, природа, простор. А он тут сидит в четырёх стенах, как в тюрьме.
— Он гуляет два раза в день, — возразила Ира, искренне не понимая, в честь чего любимый решил пожалеть Лорда. Тот не производил впечатление мученика, его и в квартире все устраивало.
— Это не то. Сидит здесь один вечно, нас ждет. Может, отдадим его твоим родителям в деревню? Там ему будет лучше.
Ира тогда в изумлении вытаращила глаза. Антон, увидев ее реакцию, тут же стал оправдываться, что ему искренне жаль собаку, но внутри у нее появилось нехорошее предчувствие. Так и произошло. Парень, видимо решив, что карты раскрыты, стал называть Лорда не иначе как «твоя скотина», а когда думал, что она не слышит, цедил сквозь зубы: «Блоховоз».
Ира, прекрасно понимая, что надо что-то делать, мягко пыталась их примирить. Она долго разговаривала с Антоном, объясняя, что любит Лорда. Тот кривился, а потом начинал читать ей лекцию, что была бы это нормальная, породистая собака, он бы промолчал. Она же прекрасно понимала, что дело не в породе. Лорд же при виде Антона теперь старался лишний раз спрятаться, и она стала даже побаиваться, что тот его исподтишка шпыняет.
Отношения на этом фоне разладились. Ира уже и не знала, что делать. Завозить собаку к родителям? Нет, она не могла так поступить. Бросить Антона? Глупо бросать любимого из-за собаки. Тупик, честное слово. И тут жизнь все расставила по своим местам. Ее отправили в командировку, на неделю.
Обычно Ира отвозила Лорда к родителям, но в этот раз Антон согласился за ней присмотреть.
— Да ладно, что я, не выгуляю его? — хмыкнул он. — Чего его тянуть в деревню, только время тратить. Корм есть, где ты его выгуливаешь я знаю. Всё будет нормально.
Ира поблагодарила его, но в душе поселилась тревога. Антон не любил Лорда, да и тот отвечал ему тем же. Что за аттракцион невиданной щедрости? Но потом девушка малодушно решила, что просто накручивает себя. Что плохого оставить их вдвоем? Наоборот, сблизятся, и Антон полюбит ее собаку.
Командировка шла своим чередом. Ира каждый вечер звонила Антону с допросом.
— Ну как там Лорд?
— Нормально, — отвечал тот спокойно. — Что с ним станет? Ест, спит, гуляет.
— Не рычит на тебя?
— Что ты как та курица мечешься около него? Все у нас нормально.
Ира отстала от Антона, чувствуя его раздражение. В конце концов, он взрослый человек, что он, не справится с собакой? Прилетев, поехала домой, засыпая от усталости. Ей хотелось спать, но она прекрасно понимала, что Лорд ей не даст отдохнуть ни секунды.
В квартире было неестественно тихо. Ира прошла в комнату, потом на кухню, потом заглянула в ванную. Никого. Ничего не понимая, позвонила Антону. Короткие гудки. Странно, уже должен был вернуться с работы. Может быть, пошел гулять с Лордом?
До прихода Антона она была как на иголках. Надо было разбирать вещи, что-то готовить, но она, будто бы что-то чувствуя, тупо сидела на диване. Когда в дверях заворочался ключ, бросилась в коридор.
Антон спокойно раздевался, собаки рядом не было.
— А где Лорд? — спросила она, чувствуя, как холод поднимается откуда-то из пяток.
Любимый посмотрел на неё наглыми глазами.
— Ира, ты только не нервничай, — сказал он странным тоном. — Он убежал вчера вечером. Сорвался с поводка. Я звал его, звал… Он рванул за какой-то кошкой, и всё. Не хотел тебя просто расстраивать.
Ира внезапно почувствовала, что ноги ее больше не держат. Ее Лорд, который на прогулке передвигался со скоростью беременной черепахи и считал бег за кошкой ниже своего аристократического достоинства? Не смешите мои подковы, как говорится в одном мультфильме.
— Сорвался? — переспросила она, будто бы не понял, что ей сказали. Ноги ее не держали и она осела на пол, цепляясь рукой за стену.
— Ну да. Он дёрнулся, я не удержал поводок. Как безумный, ей богу! Я пытался его найти…
— И где он сейчас?
— Ты глухая? Я же говорю, убежал! Я ходил по району, искал! Ночь не спал!
— Искал? — с подозрением в голосе спросила Ира, пытаясь прийти в себя. — Нет, просто скажи, как это возможно? Ты мне врешь, нагло врешь.
— Ты мне не веришь? — Антон моментально оскорбился. Казалось, ему все равно что она практически без сознания валяется на полу. — Ты больше переживаешь за собаку, чем за меня! Что за допрос? Тебя не было неделю, могла бы обнять, поцеловать. То есть псина дороже меня???
Он продолжал что-то еще говорить, но она перестала его слушать. В голове билась только одна мысль: «Он врет, нагло врет».
Она, цепляясь за стену, с трудом встала и молча вышла в подъезд. Спустилась к консьержке и попросила показать записи. Слава богу, камеры у них стояли на каждом подъезде. Ей пришлось просидеть в подсобке два часа, проматывая видео семидневной давности. Её мутило от мелькания черно-белых кадров. И вот, в первый же день, через три часа после её отъезда в аэропорт…
На экране был ее любимый парень. Он выходил из лифта, таща за собой упирающегося Лорда. Лорд не хотел идти, он ложился на плитку, но Антон рванул поводок так, что пёс буквально пролетел пару метров по полу. Вот он тянет пса из подъезда на улицу. Вот открывает багажник своей старой серебристой иномарки. Лорд отчаянно сопротивляется, поджимает хвост. Антон пинает его под зад, буквально зашвыривает в багажник и захлопывает дверцу.
Ира смотрела и понимала, что ее посадят. Вот чувствовала пятой точкой. Она не помнила, как пролетела до двери и рывком открыла ее. Антон так и замер на кухне, не донеся ложку до рта.
— Ты вывез его на машине в первый же день, ….. — сказала Ира, добавив для связки слов непечатные выражения. — Куда ты его отвёз?
— Прокол, — прошипел он, бросая ложку на стол. — Ты полезла смотреть камеры?! Я думал, побегаешь по улицам и все. Ты реально любишь этого пса больше, чем меня!
— Куда. Ты. Его. Дел?
— Да пошла ты! Ненавижу эту скотину! Вечно он мешался под ногами, шерсть везде, вонь. Я устал от него! Ты носилась с этой дворнягой, как с писаной торбой, а я должен был это терпеть!
Внезапно Ира подскочила к нему и, сама от себя не ожидая такой силы, за грудки вытянула Антона из-за стола. Тот от растерянности даже взвизгнул, а она чувствовала, что еще секунда и от него останется мокрое место.
— Куда ты его отвёз?
— В район новостроек, за ТЭЦ! Выкинул на обочину, пусть бегает, — завизжал в истерике Антон, с ужасом глядя в ее бешеные глаза. — Истеричка!!!
Она разжала пальцы и Антон с шумом бухнулся на свой стул. Он смотрел на нее с первобытным ужасом, искренне не понимая, что ее так взбесило.
— Вон! Собирай свои шмотки.
— Ира, успокойся! Ты хочешь со мной расстаться из-за дворняги?! Тебе он дороже меня?
— Я сказала — вон.
Антон, видимо, по ее лицу понял, что та сейчас снова начнёт распускать руки. И начал демонстративно швырять вещи в сумку, сопровождая это потоком брани. В ее адрес летели ласковые слова: «бешеная собачница», «истеричка», «никому не нужна со своей псиной». Она же стояла у двери, скрестив дрожащие от ярости руки, и следила, чтобы он не прихватил чего лишнего.
Когда за ним захлопнулась дверь, Ира без сил села на диван. Она понимала, что надо действовать, но ей хотелось выть в голос. Лорд где-то там, один, в районе новостроек, где бесконечные котлованы, бетонные плиты и бродячие стаи. Она его предала. Ведь знала, что Антону нельзя доверять, но малодушно оставила ему собаку. Предала… Предала…
Спустя полчаса, вытерев слезы, вызвала такси и поехала искать Лорда. Только вот все было бесполезно. Собака будто бы провалилась сквозь землю. Две недели пролетели как в тумане. Она расклеивала объявления, обзванивала приюты, ветеринарные клиники. Каждый вечер после работы, как безумная, ходила по пустырям у ТЭЦ, свистела и кричала: «Лорд! Лорд, иди ко мне!».
На двенадцатый день ей позвонила какая-то женщина. Сказала, что видела похожего пса возле мусорных баков у промзоны, только он очень худой и хромает. Ира поехала туда, не раздумывая.
Она нашла его под старым ржавым вагончиком. Грязный, осунувшийся, с колтунами в роскошной рыжей шерсти. Он лежал, положив голову на лапы, и смотрел на мир пустым взглядом. Увидев хозяйку, даже не вскочил. Просто заскулил, пытаясь подняться. Как во сне она подошла к нему, обняла и только тогда дала волю слезам.
После ветклиники, где Лорд постоянно пытался лизать ее в лицо и скулил, поехала домой. Там, когда он уснул, Ира наконец-то смогла выдохнуть. Она поняла, что вся ее любовь к Антону прошла, как дым. И благодарила бога, что поняла, с кем жила рядом и мечтала выйти за него замуж. Потому что если человек любит тебя, то он, как бы банально не звучало, полюбит и то, что дорого тебе. Даже если это обычная дворняга.
