Николай дома бывал редко, потому что работал дальнобойщиком. Зато, деньги в доме его водились всегда, и жена с сыном были одеты как с иголочки. Да и квартира была большая, машина легковая — очень дорогая.
В общем, Николай считал, что в его семье всё прекрасно. Но когда он в очередной раз вернулся из командировки, жена встретила его с опухшим от слёз лицом.
— Что случилось, Тамара? – перепугался муж. – Умер кто-то из наших родственников?
— Скоро я, Коля, умру! – опять перешла на плач жена, и закрыла лицо руками. — От нервов!
— Серёга, что с матерью? – обратился отец к двенадцатилетнему сыну, который сидел на диване с мобильником в руках. Но тот, почему-то, промолчал, надув губы.
— Николай, нам нужно что-то с ним срочно делать! – воскликнула с надрывом Тамара. — Пока его в тюрьму для малолеток не определили.
— Кого – его? – не понял муж.
— Сына нашего! Ещё немного, и его арестуют!
— Мне ещё нет четырнадцати лет, — спокойно заметил подросток, не отрываясь от мобильника. – Так что, ничего мне не будет.
— Замолчи! – закричала на него Тамара. — И никогда не говори, что тебе ничего не будет! Я уверена, что очень скоро тобой заинтересуется полиция.
— Что? – Только сейчас до Николая дошло, что жена плачет из-за сына. – Полиция? Что он натворил?
— Ничего я не натворил, – дерзко ответил сын. – Просто, мамке наша школьная директриса нажаловалась, что я в классе постоянно одного пацана обижаю. Но это всё враньё.
— Нет это не враньё! – опять воскликнула Тамара. — Я своими глазами смотрела видео, как вы над ним целой толпой издеваетесь! Ты же бандитом растёшь, сынок.
— Каким бандитом? – Сын мерзким голосом засмеялся. – Мы просто шутили. Прикалывались.
— Так… — Николай строго посмотрел на сына, потом на жену. – Где это видео? Я хочу посмотреть.
— У директрисы, — простонала Тамара. – Эти мерзавцы его из сети уже удалили, но Вера Григорьевна успела его скачать. – Там, такой ужас творится. Они его ногами били.
— Сколько их было человек? – хмуро спросил Николай.
— Пятеро.
— Пятеро на одного? – Отец вплотную подошёл к сидящему сыну, и тот с опаской втянул голову в плечи. – Ну, рассказывай.
— Он сам виноват… — промямлил Сергей.
— И в чём его вина?
Сын долго молчал, не зная, что ответить, потом придумал:
— А чё он строит из себя самого умного в классе?
— Значит, тупые решили наказать умного? Ногами?
— Я не тупой!
— Ладно, — кивнул он. – Посмотрим, какой ты не тупой. Вставай!
— Зачем? – испугался Сергей.
— Нужно с тобой кое-куда съездить. Одевайся.
— Коля, куда ты его забираешь? – с опаской спросила и жена.
Но муж только молча махнул рукой, чтобы супруга ни о чём больше не спрашивала.
Скоро отец с сыном вышли из подъезда, сели в машину и поехали. Всю дорогу молчали.
Через несколько минут Николай остановил автомобиль возле входа в рюмочную, которая считалась самым грязным и подозрительным питейным заведением в городе. Даже в газете про это место однажды написали. Здесь обычно кучковались окончательно спившиеся личности, которые сначала сдавали ворованные вещи в ломбард, находящийся рядом, и тут же заходили сюда, чтобы пропить вырученные деньги, утолив определённую жажду.
— Иди за мной! — приказал отец Сергею, вышел из машины, и смело направился к дверям этого притона.
Сын, опешив, медленно потащился следом.
В рюмочной было гадко – резко пахло перегаром, и ещё чем-то протухшим. У одной из стоек стояла компания из трёх сущностей, которых людьми было назвать уже трудно.
Николай подошёл к ним, и молча поманил к себе сына. Когда тот подошёл, отец громко сказал:
— Ну, Сергей, выбирай, на кого из этих ты хочешь быть похожим?
Сын вытаращил глаза, не понимая, что хочет от него отец, а один из стоящих у стойки нагло спросил:
— Мужик, ты чего? К нам присоединиться хочешь? Если у тебя мани есть, то мы не против.
— Нет, ребята… — Николай усмехнулся. – Я пришёл показать сыну, что его ждёт в скором будущем. Вот ты скажи, мужик, тебя отец в детстве когда-нибудь бил за твои безобразия? – обратился он к одному из этой компании.
— Кто? – Мужик сначала растерялся, потом опомнился. – Ты чего, больной, что ли? Кто меня может ударить? Я сам кого хочешь урою. Хочешь, тебя сейчас ножиком пырну. Хочешь?
— Эй-эй, Серый, угомонись! – схватили за руки это типа два его собутыльника. – Потом хором закричали на Николая. – Иди отсюда! А то он тебя, точно, пырнёт! Он уже две ходки имеет, из-за таких, как ты!
Николай усмехнулся, взял сына за плечо, и повел его на выход.
В машине он заметил, что у Сергея трясутся руки, и спросил ещё раз:
— Ну? Понравились они тебе? А знаешь, почему у них такая судьба? Потому что их в детстве родители не наказывали. А раз родителям было на них наплевать, их – вместо родителей — наказал Бог. Но это ещё — не самое страшное наказание. Сейчас я тебе покажу кое-что пострашней.
Машина снова поехала, и остановилась возле храма. Николай ещё издалека увидел нужного ему человека. Он знал, что этот инвалид почти каждый день стоит здесь возле ограды и побирается, сшибая у прохожих мелочь. И Николай, всё время, когда его видел, переходил на другую сторону улицы.
Сейчас он достал из кармана сто рублей, и сунул сыну в руку. Потом приказал:
— Иди, подай ему милостыню.
— Чего? – опять испугался Серёжа.
— Сунь ему эту сторублёвку в руку, и внимательно разгляди его. Потом я тебе кое что расскажу про этого человека.
Сын нехотя вышел из машины, и уже через минуту, выполнив приказ отца, вернулся.
— Видел, какой он?
— Угу, — чуть слышно ответил мальчик.
— Это его тоже Бог наказал. За то, что он, как ты, любил над отличниками издеваться. – Встретив недоверчивый взгляд сына, Николай добавил: — Это — Витёк. Мой одноклассник. В одиннадцатом классе, его, за то, что они с одним уродом мальчишку покалечили, на малолетку определили. В тюрьму, для юных бандитов. Видел, у него одного глаза нет? Это его там так прописывали. А ногу ему отрезало поездом. Когда он вернулся из тюрьмы, и его кто-то на тот свет отправить хотел. Сначала его избили, а потом на рельсы положили. Но Бог его пожалел. Только ногу одну отнял. Чтобы он всю жизнь мучился. А если бы родители этого Витька в своё время его наказывали за проступки, может у него бы всё сложилось по-другому. Но… Сейчас он настреляет на пузырь, и пойдёт успокаивать свою душу. Ведь она теперь у него постоянно болит, эта душа. Ну, что, говори, сын, ты хочешь таким быть? Как мой одноклассник — инвалид? Или – лучше таким, как те, в рюмочной?
Сын не выдержал, спрятал лицо в ладонях и заплакал.
По дороге домой Николай остановился возле школы сына.
— Посиди здесь, я скоро вернусь, — сказал он, и направился к парадному входу школы.
Когда отец снова сел за руль, Сергей вдруг дрожащим голосом сказал:
— Пап, накажи меня…
Николай молча посмотрел на сына.
— Накажи меня, пожалуйста… Я не хочу, чтобы меня… Не хочу быть таким, как Витёк…
— Я твоей классной руководительнице оставил свой номер телефона. Мы договорились, если что — она будет звонить сразу мне, а не маме. И вот тогда, Серёжа, я тебя накажу. Очень сурово накажу. А пока… Завтра попросишь прощения у вашего отличника. И на следующий год я переведу тебя в другую школу. Понял?
— Угу… — кивнул сын, и опять заплакал.©
