Истории

— Что это? — Борщ. Он подвинул тарелку к себе. Заглянул. Помешал ложкой. Отодвинул. — Свеклы переложила.

Не от окна к двери, а от плинтуса к центру! — Тамара Ильинична сидела на табурете и указывала узким сухим

— Ты с ума сошел? Это наши общие деньги! Мы в браке! — голос Риты сорвался на визг. Максим стоял посреди

— Пап, ну давай смотреть правде в глаза, — Денис по-хозяйски провел пухлой ладонью по дубовой столешнице

С самого утра день выдался странным. Мало того, что светило солнышко, вопреки прогнозам синоптиков, так

Она стояла на берегу реки и смотрела на черный мусорный пакет. Оттуда доносилось жалобное мяуканье.

Дождь барабанил по куполу зонта, под ногами хлюпало, но Анна упорно двигалась вдоль улицы, оттягивая

— Ты только и делаешь, что в телефоне сидишь. Я подняла голову. Муж стоял в дверях, смотрел на меня.

— Ого. А это что? — Диван, Галина Петровна. — Я вижу, что диван. А старый куда? — Выкинули.

— Алло. — Привет. Это я. Я замерла. Голос узнала сразу. Даже через три года. Даже после того, как удалила

— Ты вообще в своем уме, Алина?! — визгливый голос матери, прозвучал в прихожей. — Твой родной брат буквально

— Илья, ты в субботу во сколько приедешь? — голос старшей сестры, Марины, звучал в трубке так, словно

— Олег, ты собираешься вставать? На часах почти одиннадцать. Марина стояла в дверях спальни, скрестив

— Найда, фу! Плохая собака! Вслед низенькой, бочкообразной собачьей спине оттенка крепкого какао полетел

«Да не поеду я к твоей бабушке, что мне там делать! В деревне отвратительно – грязно, скучно!

— Сынок, помоги донести. Она стояла у входа в магазин. Две сумки. В одной — хлеб, молоко, гречка.

– Мам, ну ты чего? Я стояла у окна. Смотрела на улицу. За спиной сын мял в руках телефон. – Я ничего

– Твоя мама нам не указ. Я замерла. Стояла у плиты, мешала суп. Муж сидел за столом, листал телефон. – Что?