– Твоя мама нам не указ.
Я замерла. Стояла у плиты, мешала суп. Муж сидел за столом, листал телефон.
– Что? – переспросила я.
– Твоя мама не указ. Она сказала, что мы редко приезжаем. А мы приезжаем, когда можем.
– Она не сказала «не указ». Она просто спросила, почему мы не были три месяца.
– Вот я и отвечаю. У нас свои дела.
Я выключила плиту. Повернулась.
– Какие дела? Ты каждые выходные лежишь на диване.
– Я отдыхаю. Тоже дело.
– Так съездили бы к моей маме. Она одна.
– Она живёт в другом городе. Это время, деньги.
– Триста километров. Три часа на машине.
– Вот именно. Три часа туда, три обратно. Целый день.
– Ты к своей матери ездишь каждый месяц. Тоже триста километров.
– Моя мама болеет.
– Моя тоже.
Он поднял голову.
– Твоя мама работает. У неё давление, а не болезнь.
– Давление – это болезнь.
– Твоя мама нам не указ, – повторил он. – И не надо меня учить, к кому и когда ездить.
Я сняла фартук. Положила на стул.
– Знаешь, – сказала я. – Я поеду к ней.
– Когда?
– Завтра.
– На сколько?
– На месяц.
Он посмотрел на меня. Не поверил.
– Шутишь?
– Нет.
Я взяла телефон. Открыла приложение. Купила билет на поезд. Показала ему экран.
– Завтра в восемь утра.
Он молчал.
– А как же работа?
– Я в отпуске уже две недели. Ты забыл?
– А как же я?
– Ты взрослый человек. Справишься.
Я ушла в спальню. Начала собирать вещи.
Я вышла на кухню пить воду. Муж сидел на том же месте. Смотрел в стол.
– Ты серьёзно? – спросил он.
– Да.
– Не боишься оставлять меня одного?
– Нет.
– Я же ничего не умею.
– Научишься.
Он замолчал.
Я налила воды. Выпила. Поставила кружку.
– Ты обещал, – сказала я. – Три месяца назад. Сказал: «Съездим к твоей маме на выходные». Потом: «На следующей неделе». Потом: «На той». Потом перестал говорить.
– Я занят был.
– Ты сидел в телефоне.
Он ничего не ответил.
Я пошла дособирать вещи.
Утром он спал. Я не стала будить. Оставила записку на столе: «Продукты в холодильнике. Носки в верхнем ящике. Не забудь выключить утюг».
Села в такси. Поехала на вокзал.
В поезде смотрела в окно. Дома, поля, деревья. На душе было странно. Свободно и грустно одновременно.
Мама встретила на вокзале. Обняла.
– Что случилось? – спросила.
– Ничего. Просто соскучилась.
– На сколько приехала?
– На месяц.
Мама удивилась. Но ничего не сказала.
Первые три дня муж не звонил. Прислал смс: «Доехала?» Я ответила: «Да». Всё.
Я гуляла с мамой. Ходила в магазин. Готовила обеды. Сидела на лавочке во дворе. Поливала цветы.
Мама не спрашивала про мужа. Я не рассказывала.
На четвёртый день он позвонил.
– Привет.
– Привет.
– Как ты?
– Нормально.
– А я носки не нашёл.
– Верхний ящик.
– Я посмотрел. Там рубашки.
– Верхний ящик комода. Не шкафа.
– А-а-а. Нашёл. Спасибо.
– Не за что.
– Когда ты приедешь?
– Через три недели.
– Так долго?
– Ты же говорил, что твоя мама нам не указ. И моя, получается, тоже.
Он замолчал.
– Ты обиделась, – сказал он.
– Нет.
– Обиделась.
– Я не обиделась. Я просто уехала.
– Это одно и то же.
– Нет, – сказала я. – Обиделась – это сидеть дома и злиться. А я уехала к маме. Потому что я хочу быть с ней.
Он не нашёлся, что ответить. Мы попрощались.
Мама готовила борщ. Я резала свёклу.
– Ты с ним поругалась, – сказала она.
– Нет. Просто устала.
– От чего?
– От того, что он не считает нужным приезжать к тебе. А к своей матери ездит.
– Так всегда бывает, – сказала мама. – Мужчины ближе к своим родителям.
– Это не мужчины. Это он.
Мама промолчала.
Я дорезала свёклу. Вытерла нож.
– Мам, я хочу пожить у тебя подольше.
– Живи, сколько хочешь.
– Ты не прогонишь?
– Ты моя дочь. Куда я тебя прогоню?
Мы пообедали. Потом сидели на кухне, пили чай. Я смотрела на маму. Она постарела. Морщины, седина. Ходит медленно, спина болит.
Мне стало стыдно. Что я приезжаю раз в полгода. Что звоню раз в две недели. Что муж говорит: «Твоя мама нам не указ», а я молчу.
– Мам, я буду приездать чаще, – сказала я.
– Приезжай.
– Честно.
– Я знаю, дочка.
Через неделю муж позвонил снова.
– Ты когда приедешь?
– Через две недели.
– Может, раньше?
– Не получится.
– Почему?
– Маме нужна помощь.
– А мне не нужна?
– Тебе – нужна еда. Она в холодильнике. И носки. Они в комоде.
Он вздохнул.
– Ты злишься.
– Я не злюсь.
– Я чувствую.
– Хорошо, – сказала я. – Я злюсь. Я злюсь, что ты не уважаешь мою маму. Что ты считаешь, что твоя важнее. Что ты говоришь «не указ».
– Я не так сказал.
– А как?
Он молчал.
– Вот именно, – сказала я. – Ты не знаешь, как.
Я положила трубку.
На третьей неделе я поняла, что не хочу возвращаться.
Не потому что разлюбила. Просто дома, у мамы, было спокойно. Никто не спорит. Никто не говорит «твоя мама не указ». Мама варит борщ. Я режу салат. Вечером смотрим телевизор.
Просто. Тихо. Хорошо.
Я позвонила мужу.
– Привет.
– Привет.
– Я, наверное, останусь ещё на две недели.
– Почему?
– Маме надо. Анализы сдать, врачи.
– А я?
– А что ты?
– Я скучаю.
Я молчала.
– Ты слышишь? – спросил он.
– Слышу.
– Я приеду к вам.
– Когда?
– В пятницу вечером.
– Приезжай.
Он приехал в пятницу. С цветами. Мне и маме.
Мама удивилась. Он никогда не привозил ей цветы.
– Проходите, – сказала она.
Он зашёл. Сел на кухне. Молчал.
– Ну, как вы тут? – спросил.
– Хорошо, – сказала я.
– А я без тебя… – он не закончил.
Мама поставила чайник. Достала печенье.
– Спасибо, что приехали, – сказала она.
– Спасибо, что приняли, – ответил он.
Я смотрела на них. Странно. Впервые он был вежливым с моей мамой. Не через силу. Не с усмешкой. Просто – вежливым.
Вечером мы сидели втроём. Смотрели телевизор. Мама задремала в кресле.
– Ты зря на меня обиделась, – сказал он тихо.
– Я не обиделась.
– А что?
– Я устала. От того, что я одна тащу нашу семью. К твоей маме – едем. К моей – нет.
– Я понял.
– Ты говоришь «понял» каждый раз.
– В этот раз правда понял.
Я посмотрела на него. Он смотрел на меня.
– Ладно, – сказала я. – Посмотрим.
Мы прожили у мамы ещё три дня. Он помогал по дому. Носил сумки из магазина. Чинил кран. Разговаривал с мамой. Не «не указ», а «как ваше здоровье?».
Мама шепнула мне на ухо:
– Он изменился.
– Пока нет, – сказала я. – Но старается.
В понедельник мы уехали. Мама плакала. Я обещала приезжать чаще.
В поезде он взял меня за руку.
– Прости, – сказал он.
– За что?
– За всё.
Я не ответила. Но руку не убрала.
Дома было по-другому. Не сразу, но постепенно.
Он сам предложил съездить к моей маме на следующие выходные. Купил билеты. Сказал: «Давай пригласим её к нам на Новый год».
Я смотрела на него и не верила.
– Ты серьёзно?
– Да.
– Почему?
– Потому что ты права. Моя мама – это моя мама. Твоя – твоя. Они обе важны.
Я не стала говорить, что я права. Просто сказала:
– Спасибо.
– Не за что.
Он улыбнулся. Я улыбнулась.
Мы поехали к маме через две недели. Она испекла пирог. Он съел три куска.
– Вкусно, – сказал он.
– Спасибо, – ответила мама. И посмотрела на меня.
Я сидела за столом. Смотрела на них. И думала: может, не всё потеряно. Может, люди меняются. Может, один месяц без меня – это то, что ему было нужно. А мне – то, что нужно было всегда.
Не «не указ». А – семья. Одна на всех.
