— Ты что, Валера? С ума сошел? — гаркнул на него Семеныч. – Нельзя тебе туда. Ты там же сваришься заживо!
— Мне надо! – коротко ответил он, и с силой дернул свою руку. А потом оттолкнул от себя Семёныча.
— Не пущу! — вдруг взвизгнула костюмерша Галина, бросившись к своему любимчику. – Не смей, слышишь?
Но Валера никого уже не слышал.
В тот момент он знал только одно – что должен спасти котят, которых он туда принес. Любой ценой должен.
*****
Валера был очень большим и толстым.
Голова крупная, лобная кость нависала над глубоко посаженными глазами, придавая его лицу выражение вечной, немного тревожной задумчивости.
Чужой человек, столкнувшись с ним в темноте заводского проулка, вздрагивал и ускорял шаг.
Природа сыграла с Валерой злую шутку, облачив его трепетную душу в оболочку, от которой хотелось отвести взгляд.
В Доме культуры «Маяк», который располагался на территории завода, Валера работал очень давно.
Люди приходили и уходили, а Валера в ДК был всегда. Потому что ему некуда было больше идти.
Он с самого детства был «солнечным человечком», и устроиться на нормальную работу было нереально.
Как Валера попал в заводской Дом культуры, никто толком не знал. Ходили слухи, что он приходился родственником кому-то из руководителей. Дальним родственником.
А на работу его взяли сразу после интерната. Больше из жалости, чем по надобности.
Ну и поскольку мать «отказалась» от него (стыдно ей было с ним на улице появляться), то жил Валера тоже в этом самом Доме культуры. В подсобном помещении.
Впрочем, все эти детали не имеют никакого отношения к истории, которую я хочу вам рассказать.
Всё, что вам нужно знать – это то, что Валера давно стал частью ДК «Маяк», таким же неотъемлемым элементом, как облупившаяся лепнина на потолке или запах клея ПВА, доносившийся из небольшой мастерской.
Какой-то конкретной должности у него не было. Трудился он подсобным рабочим.
Ну или правильно сказать – был «мальчиком на побегушках». Серьезные дела ему никто не доверял.
А вот в магазин за сигаретами послать или шкаф помочь передвинуть – это да. С такими «ответственными заданиями» Валера справлялся на отлично. Иногда мог и охранника на проходной заменить, пока тот отсыпается в его подсобке после очередной «попойки».
В общем, в «Маяке» Валеру все любили. Любили той особой, немного снисходительной, но теплой любовью, которой любят старую бездомную собаку, прибившуюся к парадной.
И Валера всех очень любил, всё о всех помнил, всем во всём помогал и получал от этого большое удовольствие.
Видимо, для него очень важно было быть нужным людям. Вот и старался всем угодить.
— Валера, друг! Сгоняй за сигаретами, — кричал осветитель Семёныч, выглядывая из рубки. – А то закончились.
— Валера, душа моя, подними-ка эту тумбу, пожалуйста, ты ж у нас здесь самый сильный, — обращалась к нему костюмерша Галя.
И она всегда угощала Валеру пирожком с повидлом. Потому что все знали (и в ДК, и на самом заводе), что пирожки Валера очень любит. И в особенности те, что с повидлом.
А Валера в ответ на любую просьбу всегда улыбался. И как улыбался! От всего сердца.
Так мало кто умеет.
Улыбка преображала его. Тяжелое, грубо скроенное лицо вдруг освещалось изнутри таким бесхитростным, незамутненным светом, что многим даже становилось не по себе.
А у кого-то и мурашки по телу бежали.
Так обычно улыбаются дети, когда понимают, что они нужны родителям. Улыбаются не за конфету и не за похвалу, а за само счастье быть причастным к большому и важному миру взрослых.
Когда в ДК «Маяк» за пьянку уволили завхоза, Валере вручили ключи от всех помещений и подсобок. Потому что знали, что он их точно не потеряет.
И Валера действительно очень бережно хранил их. Они всегда были при нем.
И, если кому-то что срочно надо было – всегда звали Валеру. И он тут же появлялся с ключами.
А еще Валера безумно любил кошек, которые жили на территории завода. Чаще всего они сидели возле рабочей столовой, но и к Дому культуры подходили тоже.
Потому что знали, что «солнечный человек» Валера всегда их накормит, погладит, возьмет на руки.
Правда, свою любовь к кошкам Валера старался не афишировать. Да и с кошками он всегда старался уединяться в укромных местах, чтобы никто их не увидел.
Всё потому, что Кирилл Степанович, директор завода, кошек не любил, и всячески с ними боролся. А иногда и штрафовал тех, кто подкармливает животных.
— Нечего мне тут зоопарк разводить! – грозно говорил он. – Еще раз увижу, что кто-то кошек балует, уволю!
Времена были тяжелые, оказаться на улице без выходного пособия никто, понятное дело, не хотел.
Поэтому все делали вид, что кошек не замечают. Но все знали, что Валера всегда покормит их.
— Вот, мальчик мой, возьми котлеток, — улыбаясь, говорила ему повар Татьяна Михайловна. – Сам поешь, и друзей своих угостишь. Ну ты понял…
— Угу, — кивал в ответ Валера.
Потом хватал пакет с котлетами и бежал к Дому культуры, где его уже ждали кошки.
А однажды одна из заводских кошек принесла троих котят. Принесла, а сама потом пропала куда-то.
Не сразу, конечно, пропала. А примерно через месяц-полтора. Кто-то из рабочих говорил, что под машину попала. Выскочила на дорогу, когда её прогнать пытались, и…
И Валера, естественно, забрал этих котят себе. Не мог он оставить их одних на территории.
Кирилл Степанович, если увидит, наверняка, прикажет, чтобы их вышвырнули отсюда.
Маленькие пушистые комочки прижимались к нему, обхватывали его своими лапками и радостно мурлыкали, когда он гладил их.
Сначала он прятал их у себя в подсобке. А потом пришлось временно определить в подвал, потому что Кирилл Степанович в последнее время часто наведывался в ДК, проверял, как идет подготовка к торжественному мероприятию. Первое мая ведь на носу.
Подсобка, в которой жил Валера, располагалась почти рядом с концертным залом, где каждый день проходили репетиции, и директор завода мог услышать их мяуканье.
Поэтому Валера и унес котят подальше. Не хотел рисковать. Котятам надо подрасти немного.
До этого он пробовал пристроить котят, но никто из сотрудников не хотел брать их себе.
— Своих проблем хватает, — вздыхала костюмерша Галина. – Времена, сам видишь, какие сейчас тяжелые.
Времена действительно были тяжелые. На дворе стояло перестроечное время — зыбкое, нервное.
Зарплату задерживали месяцами. Завод дышал на ладан, ДК держался на честном слове.
Именно в это тяжелое время прямо накануне 1-го Мая в Доме культуры случилась беда.
Когда большая часть рабочих уже разбежалась по домам (рабочий день был уже окончен), и остались только те, кто репетировал в Доме культуры и еще горстка «обслуживающего персонала», в подвале прорвало трубу с горячей водой.
Затопило почти весь подвал.
Ещё немного – и вода начнет заливать первый этаж. А там декорации, реквизит, имущество казенное.
— Потоп! Подвал топит! Аварийку вызывайте, чертей этих! – закричала костюмерша Галина.
На шум сбежались все, включая директора Кирилла Степановича, который еще не успел уехать домой
— В аварийку звонили?! – зарычал он. – Что молчите? Звонили в аварийку, я спрашиваю?
— Звонили, звонили… — кивнул осветитель Семеныч. – Да только там ничего толком не ответили.
В аварийку позвонили, в первую очередь, понятное дело. Много раз звонили. Но сначала там трубку не брали, потом ссылались на отсутствие машин и людей (все пьяные уже), а в конце концов просто откровенно посылали — не до вас, мол.
А вода все прибывала. Директор метался по первому этажу, беспомощно разводя руками.
По-хорошему нужно было срочно перекрывать кран. Но проблема в том, что кран находился в подвале.
А там вода. Горячая. Почти кипяток.
И самое страшное, что завтрашнее торжественное мероприятие грозилось накрыться медным тазом.
— Надо выносить всё, что можно, на улицу! – закричал Кирилл Степанович. — Что стоите? Ноги в руки, и бегом!
В общем, суматоха царила страшная. Все носились туда-сюда, как угорелые. И никто не слышал, как в подвале ДК жалобно мяукают котята, которые оказались в смертельной ловушке, и…
…не могли самостоятельно выбраться из затопленного подвала. Они чудом успели запрыгнуть на стол, оттуда – на старый стеллаж, а дальше деваться им было некуда.
И в этот самый момент в Доме культуры появился Валера. Он выходил на улицу, чтобы покормить кошек, и пока еще был не в курсе того, что творится.
— О, Валера! – обрадовался Кирилл Степанович. – Как вовремя ты появился. Нам лишние руки как раз не помешают. У нас тут подвал почти затопило горячей водой, скоро вода эта до первого этажа дойдет. В общем, нужно всю мебель поскорее вынести на улицу. Аварийка, похоже, не приедет к нам сегодня. Так что вся надежда только на тебя.
Валера, который всегда улыбался и радовался, как ребенок, несмотря на то, что ему было уже за тридцать, вдруг переменился в лице. Таким хмурым его никто никогда не видел.
Он тут же бросился к подвалу. Но в самый последний момент Семеныч успел схватить его за руку.
— Ты что, Валера? С ума сошел? — гаркнул на него Семеныч. – Нельзя тебе туда. Ты там же сваришься заживо!
— Там котята! – коротко ответил он, и с силой дернул свою руку. А потом оттолкнул от себя Семёныча.
— Не пущу! — вдруг взвизгнула костюмерша Галина, бросившись к своему любимчику. – Не смей, слышишь?
Но Валера никого уже не слышал.
В тот момент он знал только одно – что должен спасти котят, которых он туда принес. Любой ценой должен.
Он быстро подбежал к двери в подвал, откуда валил белый, плотный туман. Буквально через мгновение скрылся в этом тумане без единого звука. И не вскрикнул даже ни разу. Все присутствующие в Доме культуры люди замерли.
Время будто остановилось. Десять секунд. Двадцать. Галина зажимала рот рукой, не в силах выдохнуть.
Семеныч нервно тер виски. Кирилл Степанович стал белым, как мел.
Из подвала не доносилось ни звука, только шипение воды. А потом появился Валера.
И в руках у него были котята. Все трое. Он быстро посадил их на пол и подтолкнул рукой к стоящим людям. А потом…
…потом Валера, тяжело дыша, как-то странно посмотрел на Семеныча с Галиной, встретился глазами с директором и улыбнулся своей обычной, широкой улыбкой.
Улыбкой прощения за всё.
За то, что он немного не такой. За то, что занимает много места. За то, что его любят из жалости.
— Кран надо перекрыть, — сказал он.
— Валерик, не смей! – испуганно закричал Кирилл Степанович. – Не надо перекрывать ничего. Стой!
Но Валера снова скрылся в тумане.
Прошла минута. Полторы. И вдруг шипение воды прекратилось. Повисла гнетущая, могильная тишина, и в этой тишине раздался глухой всплеск упавшего в воду тела.
Все поняли, что Валеры больше нет…
Спустя некоторое время его большое обмякшее тело лежало на бетонном полу. И на его лице не было ни боли, ни искаженной гримасы. На его лице застыла та самая светлая улыбка, за которую его все любили.
Котята, которых Валера спас, сидели рядом и жалобно мяукали. Плакали. И люди тоже плакали вместе с ними.
Хоронили Валеру через три дня. Похороны оплачивал лично Кирилл Степанович.
Он же выделил и несколько автобусов, чтобы довезти людей до кладбища. Людей на удивление было очень много.
И это, чтобы вы понимали, были не только те, кто работал в Доме культуры, и не только «заводчане».
Проводить Валеру в последний путь приехали даже бывшие работники, которые были уволены или уволились сами несколько лет назад. Приехал даже завхоз, который всегда относился к Валере, как к умалишенному. Теперь он так не считал…
Семеныч, мял в руках кепку и все порывался что-то сказать, но только махал рукой. Галина лишь тяжело вздыхала. Повар Татьяна Михайловна громко всхлипывала.
Когда четверо мужчин опускали тяжелый закрытый гроб с Валерой в могилу, директор Кирилл Степанович вдруг не смог сдержать эмоций, и по его щекам покатились слезы.
— Будем помнить… — сказал он, бросая сырую землю.
И все присутствующие согласно закивали. Все они будут помнить доброго и безотказного Валеру.
Кстати, котят, которых Валера спас во время потопа, всё-таки разобрали. Одного забрала себе костюмерша Галина. Второго забрал Семеныч.
А третьего котенка – рыжего – забрал Кирилл Степанович. В память о Валере.
И, пока завод не закрыли (а все знали, что рано или поздно это случится), директор не запрещал больше кормить бездомных кошек, которые жили на территории.
Даже обещал выплатить премию тому, кто заберет животных. И люди забирали. Но не из-за денег…
А просто потому, что Валера их очень любил. А люди очень любили Валеру.
Когда завод закрыли, то на его территории к тому времени не было уже ни одной бездомной кошки.
Все они были теперь пристроены.
Своим примером Валера всем показал, что есть любовь. Настоящая любовь.
