Очень. Очень эти самые бабушки изменились.
Ходить с мужем на рынок — сущее наказание. «Да сколько можно-пятый круг нарезаем-ты что, корову покупаешь- у той не брать-эта обвешивает-берем, что надо, и уходим.»
Разбитные девахи-перекупщицы, а наш рынок в большинстве своем из них и состоит, его, мужа моего, обожают. «Мужчиночка, вам чего? Подходите, выбирайте!»
Подходит. Не выбирает. Берет, что дают. А дома выясняется: из пяти крупных розовых помидоров (наши только-только начали поспевать) — два гнилых. Клубника, заявленная как суперсладкая, кислющая и твердая. Персики (это не фермерские, мужчиночка, домашние! Берите, не пожалеете и придете еще) твердокаменные и абсолютно безвкусные.
Именно поэтому я покупаю то, что мне нужно, у стариков.
Был у меня один знакомый дедушка ( в лицо знакомый), торговавший квашеной капустой. Той, что в вилках. Желтая, ароматная. со всякими травками-специями, она была тонкая как бумага. И накрутить из нее здоровый, на 4,5л казан голубцов — дело пары часов. Только у него всегда покупала. Здоровались, расспрашивали друг друга о здоровье и расставались, довольные встречей.
Нет дедушки. Боюсь и подумать, почему.
У другой бабушки всегда покупала зелень, свеклу с морковкой и — окрошечный квас. С тысячей разных трав, прозрачный, цвета шампанского. Его можно было не пробовать — отменный вкус гарантировался.
И бабушки тоже нет…
А те, что есть — другие. И «дамой» тебя назовут, и при расставании услышишь непременное «хорошего дня», но как придешь домой, как начнешь распаковываться, слов не хватает для описания впечатлений. Вернее, слов хватает, но почти все они…Ну сами знаете, какие. И сочувствия к несчастным старушкам, не от хорошей жизни пришедшим на рынок с целью хоть как-то поправить бедственное свое положение, убавляется в разы.
У одной такой купила домашнее яйцо. Его режешь в салат, в окрошку или взбиваешь для омлета, а желток — оранжевый! «Берите-берите! Свежайшие! Дорого? Ну да, дорого. А корма знаете, какие дорогие?»
Беру. Прихожу домой. Мало того, что их было девять, а не десять, так они магазинными оказались! Желтки почти такие же белые, как белки. И абсолютно безвкусные.
В прозрачный пакет, где они лежали на прилавке, я и не заглянула. Зачем? Разве пожилой человек обманет?
Понадобился мне мед. Прошлогодний закончился, а новый не поспел. Дело было в середине мая. Иду на рынок. Дальше — диалог со старушкой- небожьим одуванчиком:
— Почем ваш мед?
— Это — разнотравье.
— Я понимаю. Сколько он стОит?
— Вы этот не берите. Возьмите вот этот (показывает на рядом стоящую баночку)
— Да, я возьму. Я за этим пришла. Но можно все-таки узнать цену и попробовать мед ваш?
— Соседка продает по…
— Я про ВАШ спрашиваю!!! Можно попробовать его?!
— Чего его пробовать! Хороший мед! Вокруг малюсенькой баночки столько разговоров…
Плюнула. Ушла ни с чем.
А на работе добавили оптимизма. Обмолвилась, что покупаю творог, сметану и домашнее сливочное масло у одной и той же пожилой женщины, очень аккуратной и вежливой. У нее всегда всего много и все вкусное. Всякий раз, покупая, сочувствовала ей: когда вы все успеваете? Да как по-другому, отвечает, приходится. Уж и не помню, когда высыпалась…А коллега меня просветила. «А ее не тетя Вера зовут?Так она же караулит у рынка маршрутки, которыми приезжают деревенские на рынок торговать. Оптом все берет, а те и рады. На вырученные деньги купят в супермаркете все, что нужно, и той же маршруткой — обратно, в деревню.
Такое послевкусие было…
Но все равно не такое, как после сегодняшнего похода на рынок. Пошла одна. Чтобы никто не шипел «хватит уже по рынку болтаться — бери, что надо и домой.» Купила все по списку и остановилась у прилавка взять несколько головок чеснока. «Берите, девушка ( это я-то, ха-ха). Чеснок домашний, хороший.» Беру. Взвешивает. Расплачиваться, а у продавщицы сдачи нет. «Я вам положу еще головку? Чтоб для ровного счета?» — Кладите.» Положила. На весах прибавилось сразу граммов 200. «Ой, а что это у вас с весами?» «Женщина, вы что, не видите? Вон ветер какой!»
Я онемела. Даже не заметила, что уже — не «девушка.» «Да при чем же тут ветер? Как он влияет на весы? «Весы у меня в порядке. Петя (соседу, торгующему рядом), как ей (мне) сказать про ветер? Ну, что продувает?» Петя, глубокомысленно: сквозняк. «Вот-вот, я и говорю: сквозняк это все…»
Махнула рукой, ушла и не взяла причитающуюся сдачу.
Дома мужу рассказала. Хохотал как ненормальный.
Я тоже чуть посмеялась.
А потом подумала: скоро не у кого будет покупать. Прежних стариков на рынке нет. А те, которые пришли им на смену…Они какие-то другие.
Тех я любила. И жалела. И покупать старалась только у них.
А этих как-то не жаль. Да и нужно ли им мое сочувствие?
