Суббота в этот раз выдалась солнечной. Невозможно было пропустить такой денек и не выбраться на улицу. В парке было много забав, утки вечно голодные, карусели и всякая всячина.
Сначала Ира держала Сонечку за руку, но вокруг было столько интересного, что дочка не удержалась и убежала вперед.
Ира не выпускала ее из виду, но на улице было так солнечно, что захотелось мороженого. Ирина задержалась у лотка и на какой-то период потеряла дочь из виду. Продавщица, как назло, делала все очень медленно. Наконец, Ирина получила два своих заветных рожка со сладким мороженым. То-то сейчас Соня обрадуется, подумала она.
И вдруг она поняла, что ребенка она не видит. Желтая куртка, в которой была одета дочка, нигде не была видна.
Ирина занервничала.
Обошла карусели кругом, цепляясь взглядом за каждое желтое пятнышко, но дочери нигде не было. Наконец, за одной из каруселей она увидела ее и, к своему ужасу, не только ее.
Ее маленькую дочь за руку держал взрослый мужчина, незнакомый мужчина.
Ирина видела его впервые в жизни.
Склонившись к девочке, он что-то шептал ей на ухо, а она слушала, задрав голову, и даже не пыталась от него уйти.
Если бы кто-то наблюдал со стороны, то точно подумал бы, что ничего необычного здесь не происходит.
Обычная картина.
Но было одно большое НО.
Этого человека рядом с маленьким ребенком вообще не должно было быть.
Ира ускорила шаг, она сильно нервничала, даже в висках застучало. Она еле сдерживалась, чтобы не закричать и не побежать, хотя, может быть, и стоило бы.
Наконец, она приблизилась к дочери настолько, что можно было дотронуться до нее рукой.
– Соня, доченька, ну-ка быстренько иди ко мне. А вы кто такой? — Она зло посмотрела на незнакомца.
Мужчина выпрямился и совершенно спокойно улыбнулся, будто бы давно ждал этого вопроса.
– Здравствуйте. А Вы, наверное, мама? – Говорил он вежливо, без запинки. – Меня зовут Валерий Павлович, я из детского центра «Радуга», новый педагог по подготовке к школе. Мы тут присматриваем за ребятамиА на площадке.
Центр он назвал верно. Соня и правда ходила в «Радугу» три раза в неделю, на буквы и счет.
Ира чуть выдохнула. Может, и вправду новый человек, всех сотрудников она там не знала.
– Соня к вам в группу ходит? – спросила она осторожно.
– Соня Мельникова, семь лет, группа Марины Сергеевны, – отчеканил он и снова улыбнулся. – Умница, между прочим. На прошлом занятии лучше всех складывала слоги.
По словам незнакомца было понятно, что ее дочь он хорошо знает, но почему Ирина-то его ни разу не видела? И воспитательница ни разу не предупреждала, что у них новый преподаватель. И вообще, что он здесь делает, ведь они гуляют с дочерью сейчас вдвоем, а не находятся в детском центре Радуга.
– А что вы тут делаете? – Ира держала дочкину руку крепко.
– Погода хорошая, водим детей в парк, вот увидел Сонечку, решил поздороваться. – ответил Валерий Павлович. – Не переживайте вы так, ничего же не случилось.
Вдруг Соня задергала мать за рукав.
– Мам, а дядя сказал, что отведет меня к папе. Папа меня ждет, да?
Ира медленно склонила голову на бок и повернулась к дочери.
Папу Соня видела последний раз столько лет назад, что, скорее всего, его и не помнила.
Артем пропал из их жизни, когда девочке не было и трех лет.
– К какому папе, солнышко?
– Ну к папе. Дядя сказал, он на машине приехал.
Ирина занервничала еще больше.
***
Когда они с мужем разбежались, Артем недолго приходил к ребенку, может быть, пару недель.
Потом он просто пропал. Даже звонков на день рождения дочка не слышала. А про алименты и говорить нечего, их не было.
Но это было не все. Однажды он сильно напился и появился под их окнами. Да не просто так, а со скандалом. Дебоширил и ругался. Требовал, чтобы дочь отдали ему. Соня тогда очень сильно испугалась. И в итоге суд ограничил его в общении с дочерью.
***
Мужчина немного побледнел и отошел в сторону к лавочке и уселся на нее.
Ирина тем временем достала телефон, чтобы набрать номер «Радуги». Этот телефон она выучила уже почти что наизусть, потому что именно по нему ей приходилось и записываться, и предупреждать о пропусках.
Сжав руку дочери, она отошла подальше от незнакомца. Тот так и продолжал сидеть на лавочке и не сводил с нее взгляд.
Трубку, как назло, долго не снимали. Казалось, что гудки длятся целую вечность. Наконец, на том конце телефона кто-то отозвался.
Ира затараторила.
— Здравствуйте, извините, подскажите, пожалуйста. Вы сегодня в парк с детьми выходили, и подскажите еще: у вас есть такой педагог новый Валерий Павлович? Он у вас работает?
Ответили не сразу.
За эти несколько секунд Ира успела прожить несколько сценариев в своей голове, и все они были негативными.
– Нет, о чем вы говорите? У нас никаких походов в парк нет. Мы такое не устраиваем. И педагога с таким именем тоже нет. А почему вы спрашиваете?
Ира не знала, что ответить, и сжала трубку телефона еще крепче.
Краем глаза она заметила, что мужчина так и не сводит взгляд с ее дочери, только теперь он больше не улыбался, и взгляд его стал более внимательным, и, кажется, в лице его тоже что-то изменилось.
Ира забыла даже попрощаться, сделав отбой на телефоне.
Она решительным шагом подошла к этому мужику и достаточно агрессивно спросила:
— Вы кто такой и что вам нужно от моего ребенка? Я уже позвонила в центр «Радуга». Вас там не знают.
Мужчина оглянулся по сторонам, будто прикидывая, отпираться или нет. Потом заговорил по-другому, без прежней гладкости.
— Ну ладно, что ж, давайте я вам скажу, как есть, только вы не паникуйте, не поднимайте шум. Я никакой не бандит. Просто ваш муж, вернее, бывший муж, Артем, попросил меня ему помочь. Он очень хочет увидеться с дочерью, а вы его не подпускаете близко к ребенку. Так что ничего плохого я не делаю. Я просто помогаю отцу встретиться с дочкой.
– Помогаете? — теперь Ирину трясло от злости. Вы только что хотели забрать ребенка из парка. Наврали про детский центр. Это называется похищение!
— А что ему еще делать, если вы стеной встали между отцом и дочерью?
– Артем не имеет права ее забирать, – отрезала Ира. – Его суд ограничил в общении. Он четыре года не звонил и алименты не платит. А теперь просит постороннего увести Соню с площадки, пока я за мороженым отвернулась?
Валерий Павлович пожал плечами.
– Это ваши с ним дела, я в них не лезу. Мне заплатили, чтобы я привел девочку к машине. Я не собирался ее красть. Я просто должен привести ее к машине вашего бывшего мужа. Отец ее ждет.
– Где ждет? – спросила Ира, и глаза ее сверкали злостью.
– На стоянке у входа. – Мужчина снова оглянулся на дорожку, ведущую к воротам. – Слушайте, давайте по-хорошему. Вы отдаете дочку, он забирает на время, и никаких проблем ни у кого нет. Он ей родной отец все-таки, а не монстр какой-то.
***
– Мам, а дядя по телефону кому-то говорил, что мы поедем далеко и будем там жить. И про другой садик. «Я нечаянно услышала», —неожиданно сказала Сонечка, прижавшись к матери.
Ира перевела взгляд с мужчины на дочку.
О чем тут говорить, все понятно. Надо срочно брать ребенка и бежать отсюда, а позже заявить в полицию. Хотя нет, почему позже? Лучше сразу.
Ира прижала к себе Сонечку, которая вцепилась в ее куртку обеими руками.
Ира подхватила Соню на руки и повернулась, чтобы уйти. Мужчина шагнул наперерез и взял ее за локоть, несильно, но настойчиво.
– Скажите, зачем вы это делаете? Из вредности? Он ведь тоже отец, и у него есть права на его дочь.
– Уберите руку! – Ира сказала это громко, на весь пятачок у каруселей. – Уберите руку от меня, немедленно!
На них стали оборачиваться. Двое мужчин у скамейки обернулись, парень с самокатом притормозил рядом.
Ира и не думала молчать. Наоборот. Она заорала.
– Люди, помогите! – крикнула она. – Этот человек хочет забрать моего ребенка!
Валерий Павлович сплюнул сквозь зубы и отпустил ее локоть, будто обжегся. Затем отступил на шаг.
– Ладно, че вы так разорались на весь парк?
Но было уже поздно. Двое мужчин крепкого телосложения быстро шагали к ним. Бабушка с коляской привстала, парень с самокатом достал телефон. Видимо, он собирался снимать то, что будет потом.
– Что тут происходит? – спросил один из подошедших, крепкий мужичек в куртке нараспашку. – Женщина, у вас все в порядке?
– Нет, не в порядке, – Ира прижимала Соню, а второй рукой уже набирала номер. – Он пытался увести мою дочь, назвался педагогом из детского центра, я туда позвонила, там такого нет. Я вызываю полицию.
– Правильно, вызывай, – кивнул мужчина и встал между Валерием и дорожкой к воротам, чтобы тот не сбежал. – А ты стой, ты никуда не идешь, — он зло зыркнул на незнакомца.
***
Валерий Павлович переминался с ноги на ногу и все поглядывал на выход. И в эту минуту оттуда, со стороны стоянки, показался еще один человек.
Ира узнала его сразу, хотя прошло несколько лет. Артем шел быстро и раздраженно, на ходу засовывая телефон в карман.
– Ну, что тут происходит, – начал он еще издалека, обращаясь ко всем.
– Здравствуй, Артем, – сказала Ира. – За дочерью приехал, говорят?
Он остановился. Его передернуло.
– Ира, отдай ребенка. Я отец. И имею полное право на общение с ней.
– Тебя суд ограничил в правах, – ответила она. – Общение может быть только через меня и под присмотром.
– Да какое ограничил, это все бумажки, – Артем повысил голос и шагнул к ней. – Она моя дочь! Соня, иди к папе, поедем, я тебе море покажу, пальмы…
Соня спрятала лицо у матери на плече.
– Я не хочу к тебе, – сказала она тихо. – Я тебя не знаю.
– Что ты ей в голову вбила? – Артем повернулся к Ире, и лицо у него перекосило от злости. – Настроила ребенка против отца. Ты всегда была такой.
– Я все равно ее заберу рано или поздно, – цедил Артем, схватив Соню за рукав. – Не сегодня, так потом. Она моя, и я ее увезу, а ты и знать не будешь, куда.
Тут крепкий мужчина в куртке шагнул к ним, перехватил Артема за запястье и отвел его руку от девочки.
– Руки убрал. Полицию вызвали, сейчас приедут. Не видишь, ребенок к тебе не идет?
– Не лезь не в свое дело! – рявкнул Артем.
– Теперь и мое, – спокойно ответил тот и не отпустил его руку.
Артем заметался взглядом, будто только теперь сообразил, во что ввязался. Он привык, что Ира всегда одна и на нее можно давить и стоять на своем. А тут вокруг были чужие люди, и все они оказались на ее стороне.
Народу вокруг прибавлялось. Кто-то снимал на телефон. Валерий Павлович потихоньку попятился в сторону кустов, но парень с самокатом загородил ему дорогу.
– А этот вообще сбежать хочет, – объявил парень громко. –
Патруль подъехал минут через десять. Ира к тому времени уже не дрожала. Держала дочку и отвечала на вопросы четко. Полицейские выслушали ее, потом свидетелей.
Валерий Павлович попробовал объяснить, что он тут ни при чем, просто по просьбе отца хотел привести ребенка к машине. Но ему никто не поверил.
***
Дома Соня долго не отпускала мать от себя, ходила за ней из комнаты в комнату. Про папу больше не спрашивала. Только один раз, уже засыпая, пробормотала:
– Мам, а тот дядя больше не придет?
– Не придет, – сказала Ира и поправила ей одеяло. – И никто тебя больше нигде за руку не возьмет без меня. Обещаю.
Она посидела на краю кровати, пока дочка не уснула. За окном темнел парк, куда они ходили сто раз. Но теперь было как-то страшновато.
На ее бывшего мужа завели уголовное дело за попытку организации похищения. Она очень надеется, что его посадят.
