— Пап, только давай сразу договоримся: я могу оставить Витю с Леной максимум на три дня, — сказала Светлана по телефону. — Сам понимаешь, школа не за горами. Я, если честно, вообще не хотела, чтобы они куда-то ехали, но Витя с Леной очень просились к тебе. Они хотят собак своих показать, ну помнишь, я говорила, что мы им щенков купили в начале лета, и выгулять их на свежем воздухе. А взамен обещали учиться на одни пятерки. Пришлось согласиться.
— Хорошо, Светочка, — улыбнулся Григорий Васильевич. — Буду ждать вас с нетерпением. — И не переживай: мне и трех дней вполне будет достаточно.
*****
Григорий Васильевич жил один. Жена померла еще десять лет назад после продолжительной болезни, и единственной радостью для него был приезд внуков.
Приезжали они к нему обычно летом. Всего на недельку. Иногда — на две.
— Пап, у них кружки, секции, к школе надо готовиться, так что не обижайся, — объясняла ему дочь.
— Я не обижаюсь, дочка, — улыбался Григорий Васильевич. — Спасибо, что вообще их привозишь.
Григорий Васильевич действительно был благодарен дочери за то, что она привозит внуков. Потому что вполне могла не привозить, и была бы права.
Деревня, в которой жил Григорий Васильевич, была небольшая, всего несколько десятков домов.
Когда-то домов здесь было гораздо больше, но часть пустела год за годом: кто-то перебрался в город или в соседнюю деревню, ближе к райцентру. Где-то дом остался бесхозным после смерти хозяев. Несколько домов и вовсе сгорели. В деревне этой был только продуктовый магазин да остановка в центре, на которой два раза в день останавливался автобус до районного центра.
И всё — больше ничего не было. За последними домами начинались луга. А дальше — лес.
Он подступал к деревне почти вплотную, местами оставляя между собой и огородами всего несколько сотен метров.
Летом зелёная стена деревьев казалась спокойной и даже уютной. Но старожилы знали: стоит пройти от околицы всего пару километров, и человек сразу попадал в совершенно другой мир. Там уже не было ни заборов, ни электрических столбов, ни следов человеческого жилья — только старые просеки, заболоченные низины, ручьи и бесконечные кварталы тайги.
Григорий Васильевич жил почти на самом краю деревни. Его дом стоял последним на улице, за ним начиналась заросшая травой дорога к лесу.
Когда-то по ней ездили тракторы и лесовозы, но теперь она годилась разве что для велосипеда да старого «УАЗа».
Весной дорогу разбивало, летом она зарастала травой, а после дождей превращалась в цепочку луж, которые местные объезжали по обочине.
В общем, никаких особых развлечений для детей здесь не было. А вот опасностей хоть отбавляй. Это и змеи, и клещи, и даже дикие звери. Время от времени то волки к деревне выходили, то кабаны. А пять лет назад и вовсе медведь в гости пожаловал.
К счастью, обошлось без человеческих жертв.
Обычно Витя и Лена приезжали к дедушке в середине июня. Но в этом году родители привезли их почти в конце августа.
— Пап, только давай сразу договоримся: я могу оставить Витю с Леной максимум на три дня, — сказала Светлана по телефону. — Сам понимаешь, школа не за горами. Я, если честно, вообще не хотела, чтобы они куда-то ехали, но Витя с Леной очень просились к тебе. Они хотят собак своих показать, ну помнишь, я говорила, что мы им щенков купили в начале лета, и выгулять их на свежем воздухе. А взамен обещали учиться на одни пятерки. Пришлось согласиться.
— Хорошо, Светочка, — улыбнулся Григорий Васильевич. — Буду ждать вас с нетерпением.
*****
Внуки приехали через два дня. Как только машина остановилась рядом с калиткой, задняя дверь почти сразу открылась и дети бросились в объятия к любимому дедушке.
— Привет, деда! — радостно закричал двенадцатилетний Витя, который подбежал к Григорию Васильевичу первым.
— И меня обними, деда! — крикнула Лена, которая подбежала через пару секунд.
— Ух, как же вы выросли, — смеялся Григорий Васильевич, прижимая к себе внуков. — А это еще что за чудо ушастое?
Григорий Васильевич перевел взгляд на собаку, которая выскочила из машины следом за детьми. А еще через мгновение выскочила вторая. Такая же маленькая и лопоухая.
— Это наши собаки, дедушка! — с гордостью ответила Лена. — Рокки и Рыжий.
— Никогда таких не видел, — улыбнулся Григорий Васильевич. — Они заморские, что ли?
— Ага, — кивнул Витя. — Это бигли. Родом из Англии. Дедушка, пойдем я тебя познакомлю с ними. Они классные.
Следующие пять минут Григорий Васильевич знакомился с собаками. Им было всего по шесть месяцев, поэтому Рокки и Рыжему было сложно усидеть на одном месте. К тому же, вокруг было столько всего нового и неизведанного.
Но с Григорием Васильевичем они всё-таки познакомились.
Рокки лизнул ему пальцы несколько раз, а Рыжий просто ткнулся головой ему в ладонь.
— Скажи, они классные? — спросил Витя.
— Ну хорошенькие, да, — улыбнулся дедушка. — Мелковатые, правда. Вот у меня, помните, Лорд был? Огромный, как ваша машина. С таким и в лес не страшно пойти.
— С Рокки и Рыжим тоже не страшно, — сказала Лена. — Они ведь вообще-то охотничьи собаки!
— Охотничьи?
Григорий Васильевич скептически посмотрел на биглей, которые носились по дороге и ловили бабочек.
Светлана, как обычно, проинструктировала детей, как надо себя вести и чего делать не надо, а зять Григория Васильевича тем временем выгружал из багажника сумку с вещами.
— Свет, — удивленно посмотрел на дочь Григорий Васильевич. — Ты же сама сказала, что всего на три дня. А вещей привезла столько, будто до следующего лета оставить хочешь.
— Пап, ты просто плохо их знаешь. Они дома умудряются по несколько раз в день пачкаться. А тут и подавно.
После обеда Светлана с мужем уехали в город, и дедушка остался вместе с внуками и их смешными собаками, которые уже три или четыре раза успели вдоль и поперек исследовать его участок. А участок у Григория Васильевича был немаленький.
— Вот неугомонные, — усмехнулся Григорий Васильевич, не сводя глаз с собака. — Они у вас хоть иногда отдыхают?
— Не-а, — заулыбался Витя. — Мама говорит, что они очень на нас с Ленкой похожи.
— Мне кажется, что ваша мама права.
На следующий день внуки помогали дедушке наводить порядок в сарае.
Рокки и Рыжий тоже принимали активное участие в «хозяйственных» делах — то за пауками гонялись, то за мышкой, которая еле лапы свои унесла.
В процессе уборки Григорий Васильевич нашел удочки, которыми он уже лет шесть как не пользовался, и пришла ему в голову идея сходить завтра на рыбалку.
— Что скажете? — спросил он у внуков. — Не против?
— Конечно, нет! — обрадовались Витя с Леной.
— Только вставать придется очень рано, — предупредил внуков Григорий Васильевич.
— Мы согласны!
Рокки и Рыжий, почувствовав, что завтра намечается что-то грандиозное, отчаянно завиляли своими хвостами.
И хотя Светлана просила отца, чтобы тот не ходил с детьми в лес, Григорий Васильевич решил сделать по-своему. Ну что страшного может случиться?
В этом лесу прошла значительная часть его жизни, и знал он его хорошо.
Но самое главное, что Витя и Лена получат те самые радостные эмоции, ради которых они и приезжают каждый год к дедушке. Да и он вместе с ними молодость вспомнит.
*****
На следующее утро еще до восхода солнца все были готовы к походу в лес.
— Часа три туда идти, — уверенно произнёс Григорий Васильевич, поправляя на плече рюкзак. — Покидаем удочки, посидим немного и обратно пойдем.
Какое-то время они шли по дороге, а с первыми лучами солнца зашли в лес. Красота была неописуемая.
— Ух ты! — восторженно сказала Лена, озираясь по сторонам. — Как здесь красиво.
— Только держитесь рядом, — строго, но с улыбкой предупредил Григорий Васильевич. — Не разбегайтесь далеко. Потому что в тайге легко потерять тропу.
Первым «разбежался» Рокки. Он умчался вперёд, исчез за кустами, потом появился снова, обнюхал ботинки Григория Васильевича, обогнал всех и опять убежал.
Рыжий был спокойнее. Он почти всё время держался возле детей. Но иногда…
…иногда он всё же не мог совладать со своими природными инстинктами, и отбегал в сторону, чтобы обнюхать дерево, куст или просто ветку, лежавшую на земле.
Лена держала дедушку за руку. А Витя, подобрав с земли палку, бросал её Рокки.
Через три с половиной часа они пришли, наконец, на речку. Задержались в основном из-за Рокки, который пропадал на некоторое время и приходилось его ждать.
Григорий Васильевич нашел подходящее для рыбалки место, подготовил удочки и стали они ловить рыбу. Точнее — стали ждать, пока рыба клюнет. Но рыба в тот день не клевала. То ли не голодная с утра была, то ли её в речке вообще не было.
— Странно, — пробормотал Григорий Васильевич. — Раньше, когда я ходил сюда, клев всегда был хороший.
— Не расстраивайся, дедушка, — обняла его за шею Лена. — Ты же сам нам говорил, что главное — не победа, а участие.
— И то верно, внученька, — заулыбался он. — Какая же ты у меня умная. Не по годам прям.
Они пробыли на речке до двух часов дня, но поймать так ничего и не удалось. И, конечно, Григорий Васильевич расстроился. Он ведь планировал дома уху сделать.
— Ладно, давайте, наверное, уже домой собираться, — сказал дедушка внукам. — Пока придем, уже вечер будет. Мама ваша опять же звонить будет. Надо, чтобы связь была.
В лесу связи не было, и телефон свой Григорий Васильевич взял, скорее, по привычке.
А вот внуки свои телефоны по его просьбе оставили дома. Нечего им с ними по лесу таскаться — не дай Бог еще потеряют. Перед дочкой потом неудобно будет.
— Деда… — вдруг задумчиво сказал Витя. — А может… Может, давай грибы в лесу пособираем? Рыбы не наловили, так хоть грибов домой принесем. Мама их любит.
— Я только за! — радостно закричала Лена, которая совсем не хотела идти в деревню.
Григорий Васильевич задумался. С одной стороны, он не планировал оставаться в лесу дольше, чем надо. С другой — он увидел горящие глаза Вити и Лены, и…
…не смог им отказать.
— Ладно, но только недолго. Потому что в лесу темнеет быстрее, чем за его пределами.
— Да часик всего, деда! — ответил Витя. — Куда нам идти?
— Туда, — махнул рукой дедушка.
Дети весело побежали вперед, следом за ними Рокки с Рыжим, а Григорий Васильевич замыкал строй.
Через полчаса они вышли на небольшую поляну, и Витя с Леной, осторожно шагая, стали искать грибы.
Первый гриб нашел Витя.
— Это же белый вроде, да? — спросил мальчик, посмотрев на дедушку.
— Да. Таежный боровик.
Через минуту радостно вскрикнула Лена, держа в руках два подберезовика. А потом, спустя несколько мгновений громко залаяли Рокки с Рыжим.
Они, оказывается, тоже нашли целое «семейство» грибов под одним из деревьев.
Григорий Васильевич в грибной «охоте» участия не принимал. Он только внимательно наблюдал за детьми и складывал их ароматные «трофеи» в свой рюкзак.
С одной поляны они перешли на другую, потом — на третью. Грибов было очень много. Почти полный рюкзак получился. Когда уже складывать грибы было некуда, Григорий Васильевич сказал внукам, что надо идти домой.
— На сегодня хватит, — улыбаясь, сказал он Вите с Леной. — Вы большие молодцы. И вы тоже, — посмотрел он на Рокки с Рыжим, которые стояли рядом с детьми и виляли хвостами.
Григорий Васильевич посмотрел по сторонам, пытаясь вспомнить, откуда они пришли на эту поляну и понять, в каком направлении идти, после чего «построил маршрут» и они пошли.
Точнее — Витя, Лена, Рокки и Рыжий побежали, а Григорий Васильевич шел чуть позади.
Минут через сорок Григорий Васильевич остановился и стал смотреть по сторонам.
— Странно…
Места ему казались совсем незнакомыми. Но о том, что они могли сбиться с курса, он старался не думать.
— Дедушка, что случилось? — спросила Лена, которая первой заметила, что Григорий Васильевич остановился.
— Да не пойму ничего, внученька. Здесь просто раньше берёзовая роща была, — сказал он. — По времени мы как раз должны были к ней выйти. А тут нет ничего.
Гриша, который в тот момент подошел к сестре, как и дедушка, стал смотреть по сторонам.
Перед ними тянулись деревья, одно похожее на другое. Слева темнели ели, справа стояли редкие тонкие берёзы, под ногами пружинил мох. Но рощи и правда никакой не было.
Григорий Васильевич снял с головы кепку, вытер лоб и ещё раз посмотрел вокруг.
Либо за последние годы лес изменился гораздо сильнее, чем он думал, либо — они заблудились.
— Ладно, продолжаем пока двигаться в том же направлении, — скомандовал Григорий Васильевич. — Только далеко не отбегайте, лес всё-таки, — добавил он. А буквально через несколько секунд раздался сухой металлический щелчок.
Григорий Васильевич резко дёрнулся и тут же рухнул на одно колено. Витя обернулся.
— Дедушка, ты чего?
Вслед за ним обернулась и Лена. А еще через мгновение из кустов выбежали Рокки с Рыжим, словно почувствовав, что что-то случилось.
Четыре пары глаз встревоженно уставились на Григория Васильевича. Он уже сидел на земле, облокотившись на ствол ближайшего дерева. Лицо у него стало серым от боли.
Витя подошел ближе и увидел железные дуги капкана, которые сомкнулись на голени дедушкиной ноги.
— Это капкан, да? — удивленно спросил Витя, присаживаясь на корточки рядом с дедушкой.
— Капкан… — кивнул Григорий Васильевич. — Непонятно только, откуда он тут взялся. У нас давно тут никто не охотится, потому что зверя никакого почти нет. Наверное, раньше кто-то ставил, а забрать забыл. Ну да, так и есть — ржавый он очень.
— Деда, надо как-то снять его. Давай помогу. Там вроде дуги надо только разжать и…
Витя уже потянулся обеими руками к капкану, но Григорий Васильевич его остановил.
— Нет, не трогай пока ничего. Такие капканы обычно с пружиной. Можно сделать ещё хуже.
— А что тогда делать?
— Сначала нам надо понять, как он устроен, а потом уже пробовать снимать. И как я его только не заметил? Тебя с Леной учу постоянно под ноги смотреть, а сам…
Лена подошла к брату с дедушкой. Она посмотрела на ногу деда, потом на его лицо.
— Деда, тебе очень больно?
— Терпимо, моя хорошая.
Но руки у него дрожали. Ни Витя, ни Лена никогда не видел дедушку таким…
…таким растерянным и беспомощным.
И самое страшное, что теперь непонятно, как они доберутся домой. Мало того, что похоже, заблудились, так еще и капкан этот.
Когда боль стала более-менее терпимой Григорий Васильевич попытался самостоятельно снять капкан.
С первого раза дуги не поддались. Это было ожидаемо. Тогда он нажал посильнее, но тут же убрал руки, потому что в висках сразу застучало, а в глазах потемнело.
— Нет, так не получится… — растерянно пробормотал Григорий Васильевич.
Он достал из кармана телефон, посмотрел на экран и тяжело вздохнул. Была у него надежда, что получится дозвониться кому-нибудь из деревенских, но связи не было.
Витя и Лена смотрели на деда расширенными глазами. Григорий Васильевич заставил себя выпрямиться и улыбнуться:
— Ничего-ничего. Сейчас разберёмся. Витя, ты только палку мне найди. Крепкую. Вон там, — он кивнул на кучу валежника. — Такую найди, чтоб не сломалась.
Через несколько минут Витя прибежал с палкой в руках. Григорий Васильевич внимательно осмотрел её и удовлетворительно кивнул.
— Пойдет. Теперь слушай меня внимательно: мне нужно немного разгрузить механизм. Когда скажу, вставишь конец палки вот сюда и держишь. Понял?
— Понял, деда.
Они стали пробовать, но в самый ответственный момент нога дёрнулась, и капкан тут же щёлкнул, сжавшись снова, ещё злее.
Григорий Васильевич стиснул зубы, чтобы не закричать. Не хотел пугать внуков.
— Стой, стой! — Григорий Васильевич замахал рукой, переводя дыхание, когда Витя хотел броситься к нему. — Всё нормально. Я сам дёрнулся. Давай ещё раз попробуем.
Григорий Васильевич нашёл положение, в котором мог давить на механизм, не двигая зажатой ногой. Витя стоял рядом, крепко сжимая палку в руках.
Лена вместе с собаками стояла чуть в стороне и с ужасом в глазах наблюдала за происходящим.
— Когда скажу — сразу вставляй палку, — Григорий Васильевич внимательно посмотрел на внука.
Да, Вите было всего двенадцать лет — ребенок еще совсем. Но самостоятельно он всё равно не справится. А вместе… Вместе у них может получиться. Тем более что капкан сильно поржавел местами. «Ну, с Богом…» — подумал Григорий Васильевич. А потом напрягся.
Пружина пошла вниз.
— Давай, Витя!
Мальчик просунул палку. Она вошла между металлическими частями и упёрлась.
— Вот, хорошо. Теперь держи.
— Держу.
Григорий Васильевич осторожно ослабил давление. Палка осталась на месте, а дуги немного разошлись.
Витя посмотрел на дедушку.
— Теперь можно вытаскивать?
— Ещё нет. Держи.
Григорий Васильевич попробовал пошевелить стопой. Боль заставила его снова стиснуть зубы.
— Надо ещё разок.
Они повторили всё сначала. На этот раз палка вошла глубже.
— Хорошо, — сказал Григорий Васильевич. — Только не отпускай.
Пальцы Вити побелели от напряжения.
Григорий Васильевич положил руки на дуги и начал медленно разводить их в стороны.
— Давай, давай… — еле слышно шептал он сам себе. — Ещё чуть-чуть… Еще совсем немного.
Витя вдруг почувствовал, как палка начинает выскальзывать.
— Деда!
— Не отпускай! Держите, сколько можете.
Мальчик вцепился в неё обеими руками. А потом к нему подбежала Лена и тоже схватилась за палку. Она не могла стоять в стороне, когда её дедушке нужна помощь.
Григорий Васильевич собрал всю волю в кулак, и нога наконец выскользнула.
Капкан с громким лязгом захлопнулся.
— Получилось! — радостно закричал Витя.
Григорий Васильевич упал на спину и некоторое время лежал неподвижно, глядя сквозь ветви на серое небо.
Потом поднялся и прислонился к дереву. Он всё еще не мог понять: самое страшное осталось позади или только будет?
С такой серьезной травмой дойти до деревни он вряд ли сможет. И, к тому же — он уже не уверен, куда именно надо идти. Собаки тоже ничем не помогут. Во-первых, они маленькие еще.
Во-вторых — первый раз в этом лесу.
— Ладно, дорогие мои, — сказал, наконец, Григорий Васильевич, поднявшись и опираясь на ветку, которую протянул ему Витя. — Попробуем как-нибудь доковылять до деревни.
И они пошли. Григорий Васильевич шел очень медленно, то и дело кривясь от боли. Витя и Лена шли рядом с ним.
И даже Рокки с Рыжим теперь никуда не убегали — будто бы понимали всю серьезность происходящего.
Григорий Васильевич часто останавливался, чтобы перевести дыхание, и заодно понять, где они находятся. Вот только, чем дольше они шли, тем меньше он узнавал лес. Кажется, случилось всё-таки то, чего он боялся. Они заблудились.
Они прошли еще немного, а потом Григорий Васильевич понял, что дальше идти не имеет смысла. В лесу становится уже темно, а куда идти, он не знает.
Григорий Васильевич осторожно присел рядом с деревом, затем медленно провёл ладонью по лицу и посмотрел на внуков:
— Значит, так… Слушайте меня внимательно.
Витя и Лену сразу поняли по голосу: сейчас дедушка собирается сказать что-то важное.
— Сегодня мы остаёмся ночевать в лесу. Нужно будет собрать ветки и развести костер. Вот здесь, — он показал рукой на место, где не было сухой травы. Переночуем, силы восстановим, вы ведь тоже устали, наверное, а утром продолжим путь.
Витя молча кивнул в ответ. Он смотрел на дедушкину ногу и чувствовал настоящий страх.
Еще каких-то полчаса он был уверен: дедушка взрослый, он что-нибудь придумает.
А теперь эта уверенность исчезла. Григорий Васильевич понял, о чем думает внук.
— Идите сюда, — тихо сказал он им. Когда Витя с Леной подошли к нему, он их крепко обнял. — Вы только не бойтесь, хорошо? Да, ситуация плохая, но всё обязательно будет хорошо. И простите меня, что так получилось. Я не хотел…
— Всё нормально, дедуль, — сказал Витя. — Мы вместе. И это самое главное.
Через полчаса под чутким руководством дедушки Витя развел костер. Они съели оставшиеся бутерброды, не забыв поделиться с собаками, после чего легли рядом с дедушкой.
Витя с Леной заснули очень быстро.
А Григорий Васильевич закрыл глаза только тогда, когда костер уже догорал.
Несколько раз он доставал свой телефон, но сети по-прежнему не было. Еще и батарея почти разрядилась.
Скорее, от безысходности, чем в надежде на чудо, Григорий Васильевич отправил дочери сообщение, что они находятся в лесу и с ними всё в порядке.
Убрав телефон в карман, Григорий Васильевич крепко так задумался. «Двое маленьких детей, две собаки — по сути, такие же малыши еще, и взрослый, который не был уверен, что завтра утром сможет подняться с земли. И ему впервые за всё время стало страшно. Он уже сто раз пожалел, что пошел в лес вместе с внуками. Светлана ему точно этого никогда не простит. Но изменить что-то он был не в силах.
*****
Утром Григорий Васильевич проснулся первым. Он с удивлением обнаружил, что Рокки и Рыжий лежали вплотную с Витей и Леной, видимо, согревали их ночью своим теплом. «Ну надо же… — удивился он. — Такие маленькие, и уже такие умные».
Григорий Васильевич поднял детей, осмотрел ногу, которая сильно опухла, после чего они отправились в дорогу.
По пути Витя и Лена собирали ягоды, которые хоть немного помогали утолить голод.
А еще они очень часто останавливались, потому что идти долго Григорий Васильевич не мог. Силы быстро покидали его. После обеда он начал заметно слабеть.
Григорий Васильевич, конечно, старался не показывать этого, но Витя всё видел.
— Деда, ты как? Может, привал сделаем?
— Нормально, — улыбнулся Григорий Васильевич. — Нога болит, конечно. Но пока терпимо.
— А до деревни далеко еще?
Это был самый страшный вопрос, потому что Григорий Васильевич уже совсем не понимал, где они находятся. Если бы удалось выйти к речке, на которой они рыбачили, он бы тогда быстро сориентировался. Вот только речка им на глаза не попадалась.
— Если честно, я не знаю… — сказал правду Григорий Васильевич. — Мы с вами заблудились.
— И что теперь делать? — испуганно спросила Лена.
— Мне кажется, что нужно найти какую-нибудь поляну и ждать, пока нас найдут.
— А нас найдут? — спросил Витя.
— Найдут. Обязательно найдут, — Григорий Васильевич сказал это спокойно и твёрдо. — Ваши родители, наверняка, уже приехали и подняли тревогу. А мама у вас такая, что весь район на уши поставит.
Собственно, так оно и было. Светлана вместе с мужем приехали в деревню ранним утром.
Сообщение, которое отправил ей отец, чудесным образом дошло до неё.
И спустя уже несколько часов в деревне было полно народу. Это и местные жители, и спасатели с полицейскими, и волонтеры.
В общей сложности больше сотни человек принимали участие в поисках пропавших без вести маленьких детей и дедушки. Лес делили на квадраты, проверяли дороги и просеки, осматривали овраги и старые лесные тропы.
Но лес был огромен. Слишком огромен для того, чтобы быстро проверить каждый его метр.
Поэтому вторую ночь Григорий Васильевич вместе с внуками и собаками тоже провели в лесу.
Они, как и вчера, развели костер, собрали побольше веток, чтобы не искать их в темноте, потому что ближе к вечеру сильно похолодало, после чего перекусив ягодами и допив последнюю воду, сели под деревом, прижавшись друг к другу.
Спать почему-то никто не хотел. Григорий Васильевич, как мог успокаивал внуков, а потом…
…потом Рокки и Рыжий вдруг насторожились, устремив свои взгляды в темноту.
Шерсть на спинах поднялась. Обе собаки смотрели в одну сторону. А потом где-то совсем близко раздался вой.
— Только этого не хватало… — испуганно сказал Григорий Васильевич, поднимаясь на ноги и беря в руки палку.
— Дедушка, это волки? — спросил Витя.
— Волки… Нет, ну надо же… Последние два года ни одного волка в лесу не видели. И на тебе — явились.
— А они нас не… — еле сдерживая слезы начала говорить Лена, но дедушка её перебил.
— Витя, подкинь сухих веток в костер.
Мальчик послушно бросился к костру.
Через некоторое время темноте показались желтые глаза. Сначала — с одной стороны. Потом — чуть дальше, в стороне.
Если Григорий Васильевич посчитал правильно, то около четырех-пяти волков было.
— Не двигайтесь, — скомандовал Григорий Васильевич внукам. — Витя встань рядом с Леной и крепко держи её за руку. Чтобы не побежала никуда. И еще собак бы за ошейники придержать.
Спустя еще некоторое время Рыжий залаял. Хрипло, зло, почти срываясь. Рокки тут же присоединился к нему.
А потом из-за дерева вышел первый волк. И почти сразу — метрах в десяти слева — второй.
Витя и Лена очень отчетливо их видели. Серые, худые, почти сливающиеся с темнотой.
— Дедушка… — испуганно сказала Лена.
— Я сказал — не двигайтесь. Всё будет хорошо.
Один из волков внимательно смотрел то на людей, то на костер, и сделал ещё несколько шагов. Второй волк последовал его примеру. А через мгновение из кустов появился третий.
«Где-то должны быть еще двое, — подумал Григорий Васильевич. — Как бы со спины не зашли».
Рыжий хотел было броситься вперёд. Но Витя успел схватить его за ошейник.
— Назад, Рыжий! Нельзя!
Рокки тем временем стоял рядом с Леной и не сводил глаз с третьего волка.
С каждой секундой лай собак становился все громче и яростнее. Волки подошли еще ближе.
Рокки и Рыжий лаяли на них, то пятясь, то снова бросаясь вперёд и отступая. Витя не мог удержать их обоих.
Григорий Васильевич сунул палку в костер, и когда она хорошо разгорелась, стал размахивать ею, как факелом.
— А ну назад! — грозно кричал он.
В тот момент он даже не чувствовал боли в ноге. Страх за внуков был сильнее боли.
Витя с ужасом в глазах смотрел то на дедушку, то на собак. Он прекрасно видел, что Рыжий и Рокки боятся волков не меньше. Лапы у них дрожали, дышали они тяжело.
Они ведь даже не взрослые собаки. Им всего лишь чуть больше полугода.
Но, несмотря на это, Рокки и Рыжий всё равно стояли между волками и своими хозяевами. Намертво стояли.
Два полугодовалых бигля против животных, которые были гораздо сильнее их. Это выглядело нелепо.
И почти безнадежно. Тем не менее они не уходили ни на шаг от Вити и Лены.
Григорий Васильевич видел это и даже поймал себя на мысли, что эти малыши без раздумий бросятся на волков, если те попробуют подойти еще ближе.
Он поднял с земли еще одну ветку, опустил её в костер, после чего сделал несколько шагов вперед и стал яростно размахивать уже двумя факелами.
— А ну пошли отсюда, кому говорю! — крикнул Григорий Васильевич. — Нет тут для вас еды!
Волки медлили.
Они смотрели то на людей, то на собак, но ничего больше не предпринимали. Просто стояли на одном месте, и всё.
Прошла минута. Может, две. Или даже три — в такой напряженной обстановке сложно сказать, наверняка, сколько прошло времени.
А потом первый волк неожиданно отступил. Второй ещё немного постоял, и тоже исчез среди деревьев. Следом за ним пропал и третий волк. Двое других (а они точно были) так и не показались на глаза.
— Дедушка, они ушли? — шепотом спросил Витя.
— Пока еще рано что-то говорить. Но то, что они отступили, это уже хороший знак.
А потом он посмотрел на собак, которые по-прежнему стояли чуть впереди и всматривались в темноту. И не как обычно посмотрел. А с уважением.
Вот если бы Григорий Васильевич своими глазами не увидел, как эти малыши бросались на взрослых волков, ни за что бы в это не поверил. Но он видел…
Григорий Васильевич ещё долго стоял у костра с палкой наготове. Витя тоже смотрел по сторонам, гладя по очереди Рокки и Рыжего. И этой ночью никто не спал.
Кроме Лены, которая держалась до последнего, но в конце концов, сомкнула глаза.
Волки, к счастью, больше их не тревожили. И что напугало хищников больше — хромой дед с факелами в руках или два лопоухих щенка, которые готовы были вцепиться им в глотку, до сих пор никто не знает. Никто, кроме волков, понятное дело.
*****
Ближе к обеду следующего дня Витя, который собирал ветки для костра, вдруг услышал странный звук. Точнее — первым звук услышал Рокки, и тут же навострил уши.
А Витя заметил это и, замерев на месте, стал прислушиваться. Вот тогда он и услышал этот звук.
Где-то далеко гудел мотор.
Сначала Витя подумал, что ему показалось — ну откуда в лесу мотор? Тут поблизости нет никаких дорог. Но звук становился сильнее, отчетливее и ближе.
— Дедушка! — закричал Витя. — Ты слышишь?
Григорий Васильевич, который дремал, прижавшись спиной к дереву, открыл глаза и стал вслушиваться.
— Что это?
— Машина! — крикнул Витя. — Точно машина.
— Да какая машина? Тут не проехать нигде.
Витя и Лена поднялись на пригорок и стали смотреть по сторонам. Звук, который был совсем близко, вдруг стал отдаляться. И тогда дети стали кричать. Григорий Васильевич тоже поднялся, но забираться на пригорок не стал — всё равно не сможет.
Рокки вместе с Рыжим вдруг сорвались с места и побежали в ту сторону, откуда доносился звук.
Витя и Лена хотели броситься следом за ними, но дедушка крикнул им, чтобы они оставались на месте.
Собаки на некоторое время пропали из поля зрения, а потом появились.
И буквально через пару секунд из-за деревьев появился человек на квадроцикле. Он резко заглушил двигатель, слез с квадроцикла и бросился к ним.
— Вы Витя и Лена?
Дети молча кивнули.
— Господи… Слава Богу, — мужчина присел перед ними. — А дедушка ваш где? Вы же с дедушкой в лес ушли?
— Он там, ниже, — махнул рукой Витя. — Он в капкан попал, и ему ходить тяжело.
— Понятно. Не переживайте, мы обязательно поможем вашему дедушке. А собачки у вас молодцы, — улыбнулся мужчина. — Если бы не они, так бы и проехал мимо.
Затем мужчина вспомнил что-то и достал рацию.
— Всем внимание! Нашёл! Я их нашёл! Дети живы!
Позже взрослые будут говорить о работе спасателей. О волонтёрах. О местных жителях, которые прочесывали лес день и ночь. О тех, кто ехал по бездорожью, искал следы и не позволял себе остановиться. И это будет правильно.
Потому что все эти люди очень старались.
Но, помимо этого, еще очень долго будут вспоминать и двух собак. Тех самых полугодовалых биглей.
Они постоянно оставались рядом с детьми. Когда становилось холодно, ложились возле них.
Когда дети уходили слишком далеко, не отходили от них ни на шаг. И даже когда в темноте появились волки, они встали между ними и детьми. Не потому, что были бесстрашными.
Нет. Они тоже боялись. Даже сильнее, чем дети.
Просто, понимаете… они не могли поступить иначе. Для собаки, наверное, это и есть самое простое объяснение верности.
Что бы ни происходило, какая бы беда ни случилась с человеком, они никогда его не бросят.
И если нужно — отдадут за него свою жизнь.
P. S.
Этот рассказ написан на основе реальных событий, которые произошли в 2024 году в тайге Тюменской области. Некоторые события, а также имена героев изменены.
Но главное осталось неизменным.
И главное в этой истории то, что две собаки до последнего были рядом с людьми.
Своим примером они в очередной раз доказали, что животные спасают людей, которых любят. И совершенно неважно, взрослые они или совсем маленькие.
