Валерия вернулась домой почти на два часа раньше обычного. Вечернюю планерку на фабрике отменили, и начальница отпустила смену.
Женщина обрадовалась, что успеет не спеша приготовить ужин к приезду мужа.
Геннадий обещал вернуться из командировки к восьми, и ей хотелось приготовить что-нибудь нормальное, домашнее, а не полуфабрикаты.
Открыв дверь, она с немалым удивлением обнаружила на кухне свекровь. У Тамары Петровны был свой ключ, и она нередко приезжала без приглашения и без предупреждения.
Тамара Петровна сидела за столом. Рядом с ней примостился незнакомый мужчина лет шестидесяти.
Между ними лежал раскрытый семейный альбом. Они листали его и негромко обсуждали фотографии. Валерия кашлянула. Свекровь, которая, конечно же, не могла не слышать, что пришла хозяйка, но была так увлечена своим делом, что, казалось, ничего не замечала, подняла голову.
– О! Явилась, не запылилась, – усмехнулась она. – Рановато что-то ты сегодня. Ну ничего, посиди, послушай. Тебе полезно будет.
Валерия не сдвинулась с места.
– Тамара Петровна, может, вы объясните? – нахмурилась она. – Что здесь происходит? Кто этот человек?
– А ты не узнаешь? – сощурилась свекровь. – Совсем память отшибло?
Валерия посмотрела на мужчину, который вежливо приподнялся и улыбнулся ей.
– Не узнаю, – сухо проговорила она.
– А ты глянь, – велела свекровь. – Вот сюда гляди. Вот он, молодой еще. И ты рядом с ним.
Она двинула плечом мужчину.
– Аркадий, ну чего ты? Растерялся, что ли?
Мужчина снова поднялся и расплылся в улыбке:
– Лерочка… – умильно проговорил он. – Ну надо же, сколько лет прошло… А ты почти не изменилась.
Валерия смотрела на него и не узнавала.
– Мы знакомы? – холодно поинтересовалась она.
– Ну как же… – он изобразил обиду. – В универе же… Столько всего было…
За двенадцать лет замужества Валерия привыкла к тому, что свекровь ее не жалует.
Тамара Петровна никогда не повышала на нее голос при сыне, зато умела обронить словечко, от которого потом целую неделю было муторно. То пирог у невестки выходил сухой, то сын, по ее словам, дома недоедает. Валерия терпела и мужу не жаловалась.
Но чтобы свекровь притащила в ее дом постороннего… такого не случалось еще ни разу.
– Тамара Петровна, – Валерия повернулась к свекрови, – вы пришли без предупреждения и привели сюда совершенно незнакомого мне человека. Как так-то?
– Незнакомого? – усмехнулась Тамара Петровна. – Ну-ну, как сказать, как сказать… Хотя, вот что: двенадцать лет мой сын с тобой мается. Двенадцать лет! Двенадцать лет я смотрела на это безобразие и молчала. Но все. Хватит. Пусть Гена сегодня узнает, кто ты на самом деле.
– И кто же я? – холодно поинтересовалась Валерия.
– А вот Аркадий Львович и расскажет.
Свекровь торжествующе кивнула на гостя.
– Расскажет моему сыну, что у вас с ним было. И что до сих пор есть. Я, знаешь ли, не слепая. Все эти твои задержки на работе… телефон вечно на беззвучном режиме… Два и два могу сложить.
Вот оно что… Теперь Валерии все стало ясно. Свекровь давно точила на нее зуб, давно хотела развести сына с нелюбимой невесткой. И вот придумала. Нашла ее студенческую фотографию. Нашла какого-то мужчину и притащила его в дом, чтобы к вечеру, к приезду Геннадия, разыграть спектакль.
Показать сыну живого человека, который в лицо заявит, что у его жены роман.
– И вы думаете, Гена в это поверит? – удивилась она.
– Поверит, – спокойно молвила Тамара Петровна. – Матери он верит. И глазам своим поверит, когда Аркадий при нем все повторит.
Валерия перевела взгляд на гостя. Тот сиял, будто начищенный самовар. Она взяла в руки альбом и глянула на «провокационное» фото. На старом снимке была изображена она. Ей тогда было лет двадцать, и они с однокурсниками ездили на пикник на природу. Рядом, приобняв ее за плечо, стоял высокий мужчина, заметно старше остальных ребят. Валерия прекрасно помнила, кто это.
Константин Михайлович, их куратор. Взрослый уже человек, тогда ему было где-то в районе сорока. Он был женат и никогда не проявлял к студенткам никакого интереса.
Но со стороны, наверное, и вправду могло показаться, что у них с Валерией что-то было.
– Ладно, – подумала Валерия, – пусть приедет Гена и узнает, что представляет собой его мать. Одного не могу понять, где она выкопала этого Аркадия и сколько ему заплатила?
Тамара Петровна внимательно наблюдала за ней.
– Что, нечего сказать? – усмехнулась она. – И правильно. Чего тут говорить-то, когда факт налицо?
Примерно через час приехал муж. Увидел мать, удивился.
– О, привет, мам, – потом он перевел взгляд на гостя. – У нас гости?
Тамара Петровна печально и одновременно с торжеством в глазах смотрела на сына.
– Ну артистка… – подумала Валерия.
– Гости, сынок, гости, – вздохнула свекровь. – И какие гости… Присядь-ка.
Геннадий послушно сел, и Тамара Петровна тут же водрузила ему на колени альбом.
– Вот, Гена, глянь, – она склонилась над его плечом. – Мне тяжело это говорить, но ты должен знать, с кем жил все эти годы. Вот, смотри. Узнаешь?
– Это Лера с однокурсниками, – отозвался Геннадий. – И? Я сто раз этот снимок видел. Что тут такого?
– Угу… – поджала губы свекровь. – Ты вот сюда глянь, вот сюда.
Иона ткнула пальцем в Константина Михайловича.
– Вон твоя Лера в обнимку с мужчиной. А вот и он сам, собственной персоной. Аркадий Львович. Ее давняя любовь…
Геннадий поднял глаза на мать.
– Мам… – проговорил он. – На фото Константин Михайлович, Лерин куратор. Он был тогда с ними на пикнике. А вас как зовут?
И он повернулся к гостю.
– Эм… – растерялся тот.
Тамара Петровна попыталась спасти положение.
– Ну, может быть, я и попутала! – произнесла она. – Может быть, это и не та карточка. Но связь-то была. И есть, и вот, живой свидетель этому безобразию… Верно, Аркадий Львович?
Тот совсем смешался. Вероятно, он уже и не рад был, что впутался в эту авантюру.
– Аркадий! – рявкнула Тамара Петровна. – Ты что, язык проглотил? Ну скажи ему, скажи, что у вас с Лерой было!
Но Аркадий Львович уже, по всей видимости, все решил для себя.
– Э, нет, Том, звиняй, – развязно проговорил он. – Никакой Леры я до сегодняшнего дня в глаза не видел. Ты меня наняла роль сыграть, вот и весь наш роман.
– Вот как, – криво улыбнулся Геннадий. – И за сколько же вы договорились?
– За пятнадцать, – буркнул Аркадий Львович и исподлобья глянул на Тамару Петровну. – Вторую часть давай сюда.
– Чего? Какую-такую вторую часть? Я ничего не… – заверещала свекровь.
– Аванс ты мне выдала, а восемь тысяч когда отдашь?
– Так, стоп! – Геннадий поднял вверх руку. – Мама, объясни, в чем дело. Кто этот человек?
Тамара Петровна надулась как индюк, а потом ее прорвало.
– А что мне было делать?! – закричала она. – Я тебе с самого начала твердила, что она тебе не пара! Простая работница без роду без племени. Я тебе добра хотела! Хотела, чтобы ты нашел себе нормальную жену, а не вот это вот! Да, я попросила своего знакомого, временно безработного! Да, я все придумала! Потому что иначе ты бы ее вовек не бросил!
Тамара Петровна осеклась, поняв, что сказала слишком много. Но слово не воробей…
Геннадий долго молчал.
Потом подошел к жене, положил руку ей на плечо. Обернулся к матери.
– Значит, двенадцать лет ты ждала. И вот придумала такое.
– Гена…
– Помолчи, мама, – он произнес это негромко, но она осеклась на полуслове. – Лера пришла с работы и застала у себя дома чужого человека, которого привела ты. Ты рылась в ее вещах. Ты платила деньги, чтобы ее оболгать. И после всего этого хочешь, чтобы я встал на твою сторону?
– Я твоя мать…
– Мать… – Геннадий кивнул. – Поэтому я сейчас и не вызываю полицию. Но ключ ты мне сейчас отдашь.
Тамара Петровна прижала сумочку к груди.
– Какой еще ключ?
– От нашей квартиры. Давай его сюда.
Несколько секунд свекровь не двигалась. Потом все-таки вернула ключ.
– А теперь уходите, – сухо велел Геннадий.
Аркадий Львович качнулся было к выходу, но у самой двери притормозил.
– Так это… нам бы вторую половину. Восемь тысяч, Тома.
– Уходите! – потребовал Геннадий. – Разбирайтесь где хотите, кто кому и сколько должен. Но в моем доме чтобы вашего духа не было через тридцать секунд. Время пошло!
Сперва ушел Аркадий Львович, за ним, охая и причитая, двинулась Тамара Петровна. В комнате наконец сделалось спокойно. Валерия взяла со стола свой альбом, прижала его к груди и опустилась на диван.
Геннадий сел рядом.
– М-да… дела… – только и произнес он.
А потом осторожно привлек к себе жену.
– Я бы никогда не поверил, – прошептал он. – Ну, что ты мне… А то, что было до меня… Мы говорили уже не раз. Да бог с ним, с прошлым. Было и было.
– Ничего не было, – отозвалась Валерия. – Ну, не с куратором, по крайней мере. И мы тоже об этом говорили.
– Помню и верю, – улыбнулся муж.
И крепче прижал ее к себе.
Тамара Петровна не извинилась перед Валерией. Но женщина и не ждет от нее извинений. Ей достаточно того, что свекровь больше не приходит к ним без приглашения и без предупреждения.
