— Обувь у вас как-то нерационально расставлена, Коленька.
Коля невнятно пробормотал извинения.
Он торопливо задвинул свои кроссовки под нижнюю полку этажерки, освобождая место на коврике.
Лиза вышла из ванной, на ходу вытирая мокрые руки о домашние штаны. В прихожей уже стояла Людмила Ивановна, давняя приятельница свекрови. Гостья критически оглядывала узкое пространство, прижимая к груди объемную кожаную сумку.
— Добрый вечер.
— Да вот, проездом в ваших краях.
Людмила Ивановна расплылась в снисходительной улыбке.
— Ларисочка звонила, просила заскочить, проведать, как вы тут устроились на новом месте. У меня до электрички как раз три часа. Коленька любезно согласился приютить старушку.
Гостье было чуть за шестьдесят. Выглядела она весьма бодро. Яркая помада, идеальная укладка волосок к волоску. Никаких атрибутов немощной пенсионерки.
— Раздевайтесь.
Коля суетливо потянулся к вешалке.
Людмила Ивановна не спеша расстегнула пуговицы своего идеального бежевого плаща. Аккуратно стянула его с плеч и брезгливо оглядела тесный ряд верхней одежды на крючках.
— Коленька, повесь на плечики.
Она передала плащ племяннику.
— Ткань дорогая, мнется от одного взгляда. Только не прижимай к вашим курткам, а то заломы останутся. Я потом не разглажу.
Коля послушно начал двигать ветровки, выискивая свободное пространство для ценного предмета гардероба.
Лиза бросила полотенце на полку в ванной и жестом пригласила гостью пройти дальше.
— Проходите на кухню, раз уж зашли.
Людмила Ивановна миновала коридор. По пути она намеренно заглянула в открытую дверь санузла. Покачала головой, видимо, оценив масштаб совмещенной планировки.
На кухне гостья не стала садиться на предложенный Колей табурет с краю. Она целенаправленно обошла стол и устроилась на стуле Лизы, пристроив свою массивную сумку на соседний.
— Тесновато у вас, ребята.
Людмила Ивановна обвела взглядом кухонный гарнитур.
— Не развернуться. Два человека утром точно лбами столкнутся. Как вы тут завтракаете вообще?
— По очереди.
— Зато свое, — вставил Коля, присаживаясь напротив.
— Ой, ну свое — это громко сказано.
Гостья пренебрежительно махнула рукой с идеальным маникюром.
— Пока банку долг не отдадите, это квартира банка. Лариса говорила, вы тут на пятнадцать лет кабалу взяли.
— На десять.
— Мы стараемся гасить досрочно, — ровно ответила Лиза.
— Надо же, какие молодцы.
Голос Людмилы Ивановны сочился приторной заботой.
— Ларисочка так переживает за тебя, Коленька. Говорит, пашешь с утра до ночи, света белого не видишь. Совсем осунулся. Синяки вон под глазами.
Лиза достала из шкафчика стаканы.
— Коля работает в стандартном графике. С девяти до шести. Как и я.
— Да-да.
Гостья неопределенно повела плечом, пропуская слова Лизы мимо ушей.
— Просто Ларисочка рассказывала, что вся финансовая нагрузка на сыне. Ипотека, ремонт. А у тебя, Коленька, здоровье-то не железное. В детстве вон как бронхитами мучился. Чуть сквозняк — и всё, температура.
Коля потер переносицу. Он упорно избегал смотреть на жену.
— Тетя Люда, нормально всё со здоровьем. Вам воды налить? Или кофе сделать?
— Водички, если можно. Без газа. И не из-под крана, надеюсь?
— Из фильтра, — отрезала Лиза.
Она поставила перед гостьей стеклянный стакан. Сама оперлась поясницей о кухонную столешницу. Ей совершенно не нравился тон этого разговора. Людмила Ивановна явно пришла не просто скоротать время до поезда. Это была самая настоящая инспекция с прямой трансляцией результатов главной заказчице.
— А ремонт вы сами делали?
Гостья провела пальцем по краю стола, словно ища пыль.
— Обои какие-то мрачноватые. Светлые тона расширяют пространство. В журналах так пишут. А тут прямо давит. Словно в пещере сидишь.
— Нам нравится.
— Мы предпочитаем темные оттенки в интерьере. Меньше визуального шума после работы.
— Ну, кому как.
Людмила Ивановна сделала маленький глоток воды.
— У меня вот племянник тоже купил квартиру в ипотеку. Жена его, вертихвостка, настояла на двушке в центре. Хотела, значит, статусное жилье. Перед подружками хвастаться.
Она выразительно посмотрела на Лизу.
— В итоге племянник на трех работах жилы рвал, чтобы ее хотелки оплачивать.
Коля неловко передернул плечами.
— Тетя Люда, у нас немного другая ситуация.
— Да я же не про вас, Коленька!
Гостья всплеснула руками, изображая крайнюю степень искренности.
— Я вообще, про жизнь. Женщинам-то сейчас подавай всё готовое. Чтобы и квартира, и ремонт, и наряды модные. А мужик тяни. Вот племянник мой в больницу с язвой и слег. А жена его через месяц вещички собрала и к родителям упорхнула. Сказала, не готова к трудностям.
Лиза взяла со стола губку. Она принялась протирать и без того чистую поверхность рядом с раковиной. Намек был настолько прямолинейным, что не требовал расшифровки. Свекровь через свою подругу передавала четкое послание.
Квартира куплена на деньги сына, а невестка тут на всем готовом.
Тот факт, что Лиза вложила в первоначальный взнос свои добрачные накопления и сейчас оплачивала ровно половину ежемесячного платежа, Ларисой благополучно игнорировался.
— Мы платим пополам.
— У нас совместный бюджет, — бросила Лиза губку в раковину.
Людмила Ивановна снисходительно улыбнулась.
— Ой, милочка, знаем мы эти совместные бюджеты. Мужчина зарабатывает основное, а женская зарплата так, на булавки да на косметику.
Она поправила воротник своей блузки.
— Ларисочка мне рассказывала, кем ты работаешь. В плановом отделе сидишь, бумажки перекладываешь. Там же копейки платят. На них разве ипотеку потянешь?
Коля начал нервно теребить край своей футболки.
— Мамка просто не в курсе последних повышений.
— Лиза нормально зарабатывает. Больше меня даже иногда. Премии там всякие.
Гостья смерила Колю долгим, сочувствующим взглядом.
— Золотой ты человек, Коленька. Выгораживаешь. Настоящий мужчина. Ларисочка правильно тебя воспитала — всё в семью, всё для жены. Никакого эгоизма.
Лиза открыла ящик под мойкой. Ей нужно было достать новый рулон мусорных пакетов. Просто чтобы занять руки и не сорваться на откровенную грубость. Спорить с этой женщиной было бесполезно. Она пришла с готовым сценарием.
— Ладно, засиделась я тут у вас на кухне.
Людмила Ивановна поднялась со стула.
— Пойду руки ополосну с дороги. А то в электричке потом негде будет. Вы же мне чистое полотенце дадите?
— В ванной висит желтое, — ответил Коля.
Гостья направилась в коридор. Коля облегченно выдохнул. Он явно решил, что неприятная часть разговора окончена.
— Ты бы хоть заступился.
— Лиз, ну человек пожилой, старой закалки.
Коля зашептал, наклонившись через стол.
— Потерпи полчасика. Она уедет и забудем. Зачем скандалить на ровном месте? Мамка обидится потом, если мы ее подругу выставим.
— Она прямо в лицо меня называет содержанкой.
— Она не так сказала.
— Ты преувеличиваешь! Просто волнуется за меня. Родственники же.
Шум воды в ванной так и не раздался.
Лиза ожидала, что гостья вернется на кухню. Но вместо этого из коридора донесся звук открывающейся двери. И это была не дверь в гостиную.
Лиза с пакетом в руках вышла в прихожую.
Людмила Ивановна стояла посреди их спальни.
Это была единственная комната в квартире, которую Лиза считала абсолютно неприкосновенной зоной. Туда даже гости никогда не заходили.
Гостья не просто стояла на пороге. Она по-хозяйски прохаживалась между кроватью и комодом.
— А вот тут вы в корне не правы.
Людмила Ивановна вещала, обращаясь то ли к подошедшей Лизе, то ли к самой себе.
— Кровать стоит совершенно неправильно.
Коля выглянул из кухни, переминаясь с ноги на ногу.
— Тетя Люда, это наша спальня.
— Я вижу, что не столовая.
Она даже не думала выходить. Подошла к окну и бесцеремонно отодвинула плотную штору, впуская уличный свет.
— У вас изголовье на север смотрит. Энергия утекает. Спать будете плохо, ссориться начнете. Надо переставить вот к этой стене.
— Нам прекрасно спится.
Лиза остановилась в дверном проеме, перегородив выход.
— И переставлять мы ничего не планируем. Покиньте, пожалуйста, комнату.
Людмила Ивановна пропустила просьбу мимо ушей. Она развернулась и подошла к открытому шкафу, створку которого Коля забыл задвинуть утром.
— И шкаф этот громоздкий.
Гостья ткнула пальцем в сторону полок.
— Милочка, ну кто так мебель расставляет на двенадцати квадратах? Темнотища. Убрать немедленно. Оставить одни полки.
Она повернулась к племяннику.
— У Ларисочки вкус безупречный. Ей бы сюда приехать, она бы вам тут всё переиначила. А то живешь, Коленька, как в чулане. На твои же деньги куплено, мог бы и слово вставить!
С этими словами Людмила Ивановна протянула руку. Она провела ладонью по стопке свитеров Лизы, лежащих на полке.
— Синтетика сплошная.
Она брезгливо отдернула руку.
— Деньги на ветер.
Коля топтался за спиной жены.
— Неудобно же.
Он попытался оттащить Лизу за локоть.
— Ну пусть посмотрит. Уедет скоро. Чего ты начинаешь?
— Я начинаю?
Лиза повернула голову и посмотрела на мужа.
Тот спрятал глаза.
Лиза перевела взгляд на гостью. Людмила Ивановна уже присматривалась к туалетному столику, явно планируя проверить состав кремов.
Хруст плотного пластика разорвал напряжение.
Лиза развернула черный мусорный пакет, который всё это время держала в руках. Обычный, на шестьдесят литров.
Она сделала два шага назад. Вышла в коридор и подошла к вешалке.
Сняла с плечиков тот самый идеальный бежевый плащ, над которым Коля трясся десять минут назад. Аккуратно, но очень быстро свернула его в плотный валик.
И сунула на самое дно черного пакета.
Людмила Ивановна выглянула из спальни. Улыбка превосходства моментально сползла с ее лица.
— Это что еще за фокусы?
Она шагнула в прихожую.
— На выход.
Лиза сказала это без малейшего повышения голоса. Она протянула гостье черный тюк.
— Ваш плащ уже упакован. До электрички как раз успеете доехать с комфортом. Без заломов на дорогой ткани.
— Да как ты смеешь!
Людмила Ивановна выхватила пакет, судорожно заглядывая внутрь.
— Я к вам с добром! С советом! Я Ларисочке всё расскажу! Какую змею Коленька пригрел на своей шее!
— Обязательно расскажите.
Лиза распахнула входную дверь на лестничную площадку.
— Скажите, что инспекция не пройдена. Метраж спальни не согласован. До свидания.
Коля попытался вмешаться.
— Лиз, ну ты перегибаешь палку. Тетя Люда, вы извините.
— Коленька, ноги моей больше в этом доме не будет!
Людмила Ивановна, прижимая к себе мусорный пакет, выскочила на площадку.
— Живи со своей хамкой! Посмотрим, как ты запоешь, когда она тебя без штанов оставит и полквартиры отберет!
Лиза не стала слушать продолжение монолога.
Она просто закрыла дверь. Повернула замок на два оборота.
В прихожей стало удивительно просторно. Без присутствия маминой подруги и ее ценных советов дышалось гораздо легче.
Коля тяжело опустился на край скамьи у порога.
— Ну и зачем?
Он уставился в пол.
— Теперь мать мне весь мозг выест. Скажет, что мы Людмилу выставили как бродяжку с мешком. Тебе трудно было промолчать?
Лиза прошла на кухню. Она бросила пустой рулон от пакетов на стол.
— В следующий раз, когда твоя мама захочет провести оценку недвижимости.
Она налила себе воды из фильтра.
— Пусть инспектирует свою квартиру. Ясно?
Коля не ответил.
Он так и остался сидеть в коридоре, переваривая случившееся. Спорить действительно было не о чем. Граница была проведена четко, и даже он это понял.
Через неделю свекровь позвонила сыну. Разговор был долгим и на повышенных тонах, но Лизу к телефону никто не позвал. В гости к ним больше не просились.
