— Мужчина должен вкладываться, иначе он расслабляется! — безапелляционно заявила она, расплачиваясь деньгами моего бывшего.
— Главное, чтобы по фигуре сидело, как вторая кожа. Никаких складок.
Вероника покрутилась перед большим напольным зеркалом, критично рассматривая свое отражение. Тяжелый изумрудный шёлк переливался в свете ламп.
— Мой мужчина терпеть не может, когда одежда висит мешком. Говорит, что его женщина должна выглядеть дорого и статусно. Иначе перед партнерами стыдно.
Лидия молча переколола портновскую булавку на подоле.
— Сделаем. Ничего топорщиться не будет.
— Я вообще-то привыкла в брендовых бутиках одеваться, — затараторила клиентка, поглаживая ткань на бедре.
— Но девочки с пилатеса вас так хвалили. Сказали, мастер просто от бога. А Богдан сказал ни в чём себе не отказывать. У нас годовщина через неделю. Надо соответствовать уровню.
Лидия отступила на шаг. Лицо ее оставалось совершенно непроницаемым, но пальцы крепче перехватили подушечку с иголками.
«Богдан» — это Богдан Эдуардович. Тот самый человек, с которым Лидия прожила в законном браке четырнадцать лет. Тот самый, который три года назад при разводе вывез из их общей квартиры всё, что можно было открутить, оторвать или унести в руках.
Разводились они не просто грязно. Разводились они мелочно. Богдан методично делил каждую тарелку. Лидии тогда достались голые стены и старая швейная машинка, которую муж милостиво оставил, посчитав неликвидным хламом. Сам же он вывез телевизор, стиральную машину, два комплекта дорогого постельного белья и даже микроволновку.
Лидия до сих пор отлично помнила тот ноябрьский вечер. Она сидела на табурете посреди пустой кухни и смотрела, как бывший муж деловито обматывает скотчем дверцу микроволновки, чтобы та не открылась при переноске.
— Ты и её заберёшь?
Она тогда спросила это без слез. Просто от искреннего удивления.
— Я её покупал! — гневно вскинулся Богдан, прижимая к себе бытовой прибор.
— На свои кровные! Моё по праву!
— Я в ней вообще-то готовлю, когда с работы поздно прихожу.
— На плите разогреешь. Не барыня. И вообще, скажи спасибо, что я коммуналку за последний месяц закрыл, а не пополам распилил.
Лидия перевела взгляд на коридор, где уже стояли картонные коробки. Сверху лежал ее утюг.
— А утюг тебе зачем? — поинтересовалась она.
— Ты же сам рубашки сроду не гладил.
— Матери отвезу, — отрезал бывший муж.
— Это она деньги на него дарила. Значит, имущество мое.
Она тогда не стала скандалить. Молча дождалась, пока повернется ключ в замке, и тяжело выдохнула. А на следующий день достала ту самую старую машинку. Сначала подшивала шторы соседкам, потом брала мелкий ремонт одежды. Строчила по ночам, чтобы было на что купить продукты. Через год сарафанное радио разнесло по району, что мастер Лида творит чудеса со сложными тканями.
И вот теперь чудес захотела новая пассия её бывшего мужа.
Лидия узнала Веронику с первой секунды, как та перешагнула порог. Общие знакомые исправно доносили, на кого именно Богдан променял свой брак. Яркая, самоуверенная, с нарощенными ресницами и свежим маникюром. Вероника, разумеется, понятия не имела, кто перед ней. Для нее Лидия была просто «лучшей портнихой в городе», безымянным обслуживающим персоналом.
— Красивый цвет, — ровно произнесла Лидия, расправляя складку на спине.
— Но обойдётся недёшево. Шёлк капризный, работы здесь немало.
— Ой, да плевать на цену!
Вероника легкомысленно махнула рукой, сверкнув крупным камнем на кольце.
— Богдан платит. Он у меня такой щедрый. Прямо балует постоянно. Пылинки сдувает. Буквально вчера на спа-салон тридцатку отвалил и даже не пикнул.
Лидия прикусила губу с внутренней стороны. Щедрый Богдан. Человек, который высчитывал по чекам, сколько йогуртов съела жена за неделю, и требовал скидываться на бензин, если подвозил ее до поликлиники в плохую погоду.
— Осторожнее, уколю, — предупредила портниха.
— Вот всегда так, красота требует жертв, — картинно вздохнула девушка.
— Мы с ним год как вместе. Представляете, он ради меня шикарный ресторан снял на годовщину. Правда, сначала жался.
Вероника фыркнула.
— Говорит, давай дома посидим, я сам стейки пожарю, винца купим. Представляете этот кошмар? Чтобы я в свой праздник дома сидела?
— Ужас, — поддакнула Лидия.
— Вот и я так сказала! Я что, кухарка? Бывшая его, небось, у плиты стояла сутками. А толку? Выпер он ее в итоге.
— И правда, какой толк.
— Вот-вот! Он мне сам жаловался. Говорит, жили невыносимо скучно. Она каждую копейку считала, никуда не ходила. Подарка нормального от неё не дождёшься, вечно в каких-то старых кофтах по дому шаркала.
Лидия вспомнила, как три месяца откладывала с мизерной зарплаты Богдану на хорошую зимнюю резину, отказывая себе в новых сапогах. А он потом выдал, что бренд дешевый и вообще он хотел другие шины.
— А вы, значит, копейки не считаете?
Лидия заколола последнюю складку у молнии, выравнивая силуэт.
— Я считаю, что мужчина должен вкладываться! — гордо заявила Вероника.
— Иначе он расслабляется. Если его не доить, он в бревно превратится. Ляжет на диван и будет в потолок плевать. Вот бывшая его расслабила. Он мне рассказывал, как они разводились. Там вообще цирк был.
Лидия перестала скалывать ткань. Выпрямилась.
— И как же?
— Ой, да она из-за каждой тряпки тряслась! Он говорит, еле свои вещи забрал. Она даже утюг отдавать не хотела! Представляете, какая мелочная баба? Вцепилась в этот утюг, орала, что сама его покупала. Ему пришлось силой забирать, чтобы она не разбила.
Лидия сжала челюсти.
«Утюг отдавать не хотела». Надо же, как история повернулась. Богдан тогда сам вырвал шнур из розетки, чуть не уронив доску, и уволок утюг в первую очередь, словно это была величайшая драгоценность.
— Действительно, — сухо обронила Лидия.
— Мелочная женщина. Снимайте аккуратно, через голову. Постарайтесь не зацепить булавки.
В этот момент в сумочке Вероники зазвонил телефон. Девушка радостно схватила аппарат, не обращая внимания на сползающий шёлк.
— Да, котик!
Она включила громкую связь, стягивая ткань с плеч. Знакомый голос Богдана разнесся по комнате.
— Ты скоро там? — недовольно пробубнил бывший муж.
— Я уже сорок минут в машине жду. Тут парковка вообще-то двести рублей в час стоит!
— Котик, ну я же на примерке. Платье просто шик! Слушай, мне под него срочно нужны те туфли из торгового центра. Помнишь, бежевые лодочки? Перекинь мне на карту.
На том конце повисла долгая, тяжелая пауза. Лидия стояла с сантиметром в руках и с откровенным интересом ждала ответа.
— Ник, ну какие туфли? — голос Богдана стал заискивающим и тягучим, каким всегда бывал, когда он пытался отвертеться от трат.
— У тебя полный шкаф обуви. Мы и так на этот ресторан целое состояние убухали. И портнихе твоей платить надо. Давай в следующем месяце?
— Богдан!
Вероника капризно притопнула босой ногой по полу.
— Ты хочешь, чтобы я в старье на годовщину пошла? Чтобы мне перед твоими друзьями стыдно было? Ты же сам говорил, что твоя женщина должна выглядеть на миллион! Или ты мне зубы заговаривал?
— Ну ладно, ладно, не заводись, — торопливо пошел на попятную мужской голос.
— Сколько они там стоят? Двадцатку?
— Сорок.
— Сколько?! — Богдан чуть не поперхнулся.
— За кусок кожи? Ник, это перебор.
— Всё, я обиделась. Можешь вообще не приезжать за мной. Поеду к маме, а годовщину свою сам празднуй.
— Перевел, перевел! — лихорадочно выпалил Богдан на одном дыхании.
— Только не начинай. Жду внизу, давай быстрее.
Вероника победно сбросила вызов и хитро подмигнула Лидии.
— Видели? С ними только так и надо. Чуть слабину дашь — всё, сядут на шею и поедут. Это его бывшая, дура, приучила его экономить на себе. А я его быстро перевоспитаю. Будет шелковый.
— Уверена, что перевоспитаете, — кивнула Лидия, собирая булавки в коробку.
— К пятнице платье будет готово. Жду вас в шесть вечера.
Три дня Лидия строчила изумрудный шёлк. Строчила с особым, глубоким удовлетворением. Идеальные швы, сложная драпировка, ручная обработка краев. Она вложила в это платье весь свой профессионализм. Заказ есть заказ. Тем более такой прибыльный и символичный.
В пятницу вечером Вероника впорхнула в прихожую ровно в назначенное время.
Она надела готовое платье и закружилась перед зеркалом. Шёлк струился, идеально подчёркивая каждый изгиб. Девушка выглядела действительно потрясающе.
— Обалдеть! — выдохнула клиентка.
— Это просто отвал башки! Я в нём как голливудская звезда. Подруги от зависти лопнут, когда увидят.
— Рада, что вам нравится, — отозвалась Лидия, складывая обрезки ткани в пакет.
Вероника полезла в брендовую сумочку. Достала пухлый бумажный конверт.
— Мой, конечно, поскрипел зубами сегодня утром, — со смешком призналась девушка.
— Говорит, за кусок ткани такие деньжищи? Начал ныть, что ему машину в ремонт надо гнать, стойки стучат. А я ему прямо сказала: милый, хочешь королеву рядом — плати. Не можешь тянуть — найду того, кто сможет.
— И что он?
— Психанул, дверью хлопнул, но дал!
Вероника победно протянула конверт портнихе.
— Сказал, что я его по миру пущу своими запросами. Ой, да ладно ему прибедняться. У него заначка хорошая, я-то знаю. Врет он всё про ремонт, просто жадничает по привычке.
Лидия взяла конверт. Открыла. Внутри лежала солидная пачка хрустящих крупных купюр. Очень приличная сумма, за которую Лидия в первый год после развода работала по два месяца, не разгибая спины.
Она медленно пересчитала деньги, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло от восстановленной справедливости.
Затем Лидия посмотрела на довольную, сияющую Веронику.
— Носите с удовольствием, — Лидия мягко улыбнулась.
— И Богдану Эдуардовичу обязательно привет передавайте. Скажите, мастер Лида очень благодарна за заказ. И за его невероятную щедрость.
Вероника удивленно вытаращила глаза.
— А вы откуда его отчество знаете? Я вроде не называла.
— Земля круглая, — спокойно ответила Лидия.
— Город маленький. Передайте привет, не забудьте. Прямо так и скажите.
— Обязательно передам! — прощебетала девушка, подхватывая чехол с платьем.
— Вы лучший мастер!
Вероника упорхнула на лестничную площадку, оставив после себя густой шлейф сладких духов.
Лидия закрыла дверь. Прошла на кухню, положила пухлый конверт на стол. Налила себе воды из фильтра.
Деньги Богдана. Те самые деньги, за которые он удавился бы три года назад. Те самые «свои кровные», которые он так яростно защищал от собственной жены, деля старые полотенца и микроволновку. Теперь он сам, своими собственными руками, отдал их ей. И даже не сразу узнает об этом.
А когда Вероника всё-таки передаст горячий привет от «мастера Лиды» в шикарном ресторане… Что ж, пусть у Богдана будет очень интересный и запоминающийся праздничный вечер.
В понедельник Лидия пошла в магазин бытовой техники. Она давно присматривала новый профессиональный парогенератор. Самый мощный, с керамической подошвой и вертикальным отпариванием. Стоил он недешево, но теперь это не имело никакого значения.
Деньги бывшего мужа приятно жгли карман. Старый дешевый утюг, купленный наспех после развода, ей больше был не нужен.
