Истории

Старый дом стоял заколоченный уже лет десять. С тех пор как умерла бабка Ксения, никто туда не заходил.

Веру Громову природа собрала с какой-то необъяснимой, расточительной щедростью. Будто художник, которому

Николай Степанович Бородин, шестидесяти четырёх лет, пенсионер, бывший главный инженер районного дорожного

Пётр Егорович Кузин никогда не верил, что можно прожить с человеком тридцать лет в одном доме и остаться чужим.

Анна приехала в деревню в апреле, через десять дней после похорон. Приехала на автобусе — с чемоданом

Татьяна никогда не думала, что будет плакать оттого, что в доме заплачет ребёнок. Но когда Кирюша впервые

Переезжать я не собиралась. В Дмитрове у меня было все, что нужно человеку на пенсии: двушка в хорошем

Каждую пятницу я собирала для свекрови сумку. Варенье из слив, пирог с капустой и теплые носки из мягкой

Рулоны обоев оттягивали руки. Валентина перехватила их поудобнее и пошла к машине мужа, который ждал

Лера всегда считала, что самые важные вещи в жизни происходят почти незаметно. И только потом, оглядываясь

Изольда вернулась из поликлиники, держа на руках восьмимесячного Ефима, который сосредоточенно жевал

Её звали Анна. Было ей тридцать два. Обычная женщина, не красавица писаная, но с живыми глазами и прекрасной улыбкой.

Когда Алексею позвонили и сказали, что дед умер, он сидел в опенспейсе — отлаживал чужой код, пил третью

Он вернулся в двухтысячном. Девятнадцать лет, контузия, осколочное ранение в плечо, полгода по госпиталям

— Дениска-то с Антоном, слыхал? Клуб старый выкупили. — Какой клуб? Который двадцать лет пустой стоял?

Таня и не подозревала, что у матери столько знакомых. А они все шли и шли к калитке – чужие, незнакомые

Иван вернулся с работы в пятницу в прекрасном настроении. Аня насторожилась сразу, потому что веселым

Свекор глянул на наручные часы и вдруг громко объявил, что посуду Лилия моет непозволительно долго.