Истории

Мартовский ветер был злым в тот день. Колючим, бесцеремонным — таким, который забирается под пальто и

Было начало девятого, когда Лида закрыла за мужем дверь. Семён уехал в командировку — снова, в который раз.

Ирина поняла, что в её браке что-то пошло совсем не туда, не в день скандала, не после очередной ссоры

— Я плачу тебе миллион, и ты исчезаешь из моей жизни. Виктор сказал это за ужином. Не в кабинете адвоката.

Тамара Павловна умела радоваться чужим поражениям так красиво, что со стороны это даже могло сойти за

Римма провела пальцем по краю дубовой столешницы. Готова. Пахло льняным маслом и древесной пылью.

Ночь пахла сиренью сильнее обычного. Николай Петрович остановился у старой липы и впервые за шесть лет

Мокрая земля пахла ноябрём, хотя шёл март. Снег сыпался тонкий, как мука, и таял на крышке гроба, оставляя

Виктор появился в моей жизни осенью, когда клёны уже стояли медно-рыжими и воздух пах первыми заморозками

— Лариса .Я ухожу. От тебя.Сию минуту! Сергей стоял в прихожей с дорожной сумкой — той самой, с которой

В прихожей его встретила мама — крепко обняла, встав на цыпочки, поцеловала в щёку. От неё пахло ванилью

Алина не любила Сергея с первого дня. Не потому что он был плохой. Как раз плохим он не был, и это раздражало

Галина Сергеевна всегда умела говорить так, будто не слова произносила, а аккуратно втыкала иголки под кожу.

Марина никогда не считала себя несчастной женщиной. Вот правда. Если бы кто-то со стороны спросил её

Телефон запищал в кармане брезентовой куртки, когда Нина склонилась над геодезической рейкой.

Тамара склонилась над рабочим столом, где под мягким светом настольной лампы лежала чёрно-белая фотография

Пожилой мужчина в сером плаще пришёл в общежитие техникума на Преображенке уже третий раз за этот октябрь.

— Вы плохо воспитали дочь, — сказала свекровь, глядя прямо в глаза своей сватье. Галина Михайловна опустила