— Да уж, — шумно выдохнул Максим и стал вытирать пот со лба. — Я, конечно, чувствовал, что будет тяжело. Но чтобы настолько… Лен, он ведь больше, чем мешок картошки весит.
— Ой, да ладно тебе, — улыбнулась Лена. — Это тебе вместо тренажерного зала.
Спустя несколько дней Джек уже ходил по улице сам. Пусть медленно, но сам.
Но говорить о том, что пёс пошел «на поправку» было еще рано. Он всё равно продолжал всего бояться.
*****
Лена и Максим уже почти год как жили вместе, и в какой-то момент они задумались о том, чтобы завести себе собаку. Вот только никак не могли определиться, какую именно.
Ни у Лены, ни у Максима никогда не было собаки, поэтому они немного растерялись, когда речь зашла о том, какой породе отдать предпочтение.
— Может, немецкую овчарку возьмем? — предложил Максим, показывая Лене фотографию на телефоне. — Проверенный, так сказать, вариант. Что скажешь?
— Не знаю… — пожала она плечами. — Нет, собака хорошая, не спорю. Я много фильмов смотрела с её участием. В интернете про неё много читала. Но может, давай ещё поищем?
— Лен, так всю жизнь можно искать и ничего не найти. Надо определяться уже. Чем тебя немецкая овчарка не устраивает? Хорошая ведь собака.
— Да дело не в том, что она меня не устраивает. Просто хочется чего-то простого и в то же время, чтобы радостно было на душе. Смотришь на собаку — и понимаешь, что это именно оно. Твоё, родное…
— Ну тогда нам не фотографии надо рассматривать, а лично с собакой контактировать, — улыбнулся Максим.
— Да понимаю я… — вздохнула Лена, пролистывая очередную фотографию.
— Слушай, я тут, кстати, объявление видел. Про передержку. Ну типа можно взять собаку на какое-то время. Приюту для животных помощь и нам польза — хоть какое-то представление будем иметь о собаках. Ну в смысле опыт.
Лена посмотрела на Максима и задумалась. Сначала эта идея показалась ей безумной. Но потом…
— А знаешь, мне кажется, что можно попробовать. Одно дело фотографии на телефоне смотреть, и совсем другое — общаться с живой собакой. Молодец, Максим, хорошую идею предложил.
Лена так загорелась этой идеей, что даже телефон убрала в сторону.
— Кстати, — задумчиво сказала она. — Кто знает, может среди наших подопечных будет тот, кто нам понравится.
— Не исключаю такого варианта. Только вот в приютах нечасто попадаются породистые собаки. В основном — дворняжки.
— Да дело ведь не в породе, — улыбнулась Лена. — Главное, чтобы сердце ёкало. В хорошем смысле этого слова.
Уже через неделю они с Максимом начали брать собак на передержку.
В приюте для животных мест постоянно не хватало, поэтому волонтер очень обрадовалась, когда Лена и Максим обратились к ней с предложением о помощи. И звонила она им часто.
Квартира у них была небольшая квартира, но место для собаки всегда находилось.
Причем неважно, какого размера она была: маленькая, как такса, или большая, с ротвейлера.
Правда, первое время Лена каждый раз напоминала себе, что привязываться нельзя. Собака ведь временная.
Она приезжает, поправляется, её фотографии появляются в объявлениях, находится хозяин — и она уезжает. В новый дом.
— Не жалеешь, что мы Рекса отдали? — улыбаясь, спросил как-то Максим. — Чистокровный немец. А какой умный!
— Да, Рекс молодчага. Он мне тоже очень понравился. Но мне кажется, что в частном доме ему будет лучше, чем в квартире.
— Согласен, — кивнул Максим в ответ. — Но мне всё равно сложно было с ним расставаться.
— Мне тоже. У нас уже больше десяти собак на передержке было, и каждый раз, когда их забирают, плакать хочется. Они ведь все такие разные, и такие хорошие. Пора уже и нам, наверное, найти себе собаку. Хочется, чтобы она с нами насовсем осталась.
А потом появился он.
Крупный пёс, отдаленно похожий на немецкую овчарку, только гораздо худее.
Из-за худобы тело казалось непривычно большим: длинные ноги, широкая грудь, выступающие рёбра.
Ему было года три, может, четыре. Но выглядел он так, будто жизнь успела изрядно его потрепать.
Шерсть тусклая, на теле несколько старых шрамов, а взгляд постоянно перебегает с одного человека на другого, словно пёс заранее пытается понять, откуда ждать неприятностей.
— С этим псом вообще проблема, — вздохнула волонтер, когда Максим с Леной приехали в приют. — Зашуганный очень. Боится абсолютно всего. Но больше всего — людей.
— Нас, получается, тоже будет бояться? — спросил Максим.
— Я не настаиваю. Вы можете отказаться. Потому что с ним реально тяжело будет. Но и пристроить его возможности пока нет. И вряд ли появится. Кому такой пес проблемный нужен? Но если вдруг вы согласитесь, буду вам очень признательна.
Лена посмотрела на Максима. Тот, в свою очередь, смотрел на пса, который стоял рядом с дверцей вольера и прижимая то одно, то другое ухо к голове, опасливо смотрел по сторонам.
— Максим, что скажешь? Возьмем? — спросила Лена, когда он перевел на неё взгляд.
— Даже не знаю… А справимся?
— Я бы и в приюте его оставила, — снова заговорила волонтер, но Джек очень собак боится. Лежит целыми днями в углу, даже есть отказывается. А у меня пока нет для него отдельного вольера. Недели через две только освободится место.
— Максим, давай попробуем. Ну жалко ведь собаку, — Лена подошла к парню и взяла его за руку. Мы справимся.
— Ну хорошо, давай, — улыбнулся он.
Пока Лена и Максим знакомились со своим новым подопечным, который от страха дрожал как осиновый лист на ветру, волонтер рассказала вкратце его историю.
Нашли этого пса несколько дней назад возле промзоны. Точнее — его, лежачего на под кустами у тротуара увидел кто-то и позвонил в приют.
А ребята, которые в тот день «дежурили», приехали и забрали его.
Поймать его было не просто. Пес постоянно пытался убежать, но при этом не лаял и даже не рычал. А когда его наконец удалось поймать, сопротивляться он почти не стал.
Это Лену больше всего удивило. Обычно испуганная собака либо пытается убежать, либо отчаянно защищается. А Джек… он просто сдался. Словно бы решил, что от него уже ничего не зависит. При этом с его размерами он бы запросто мог «отбиться».
— Да он не агрессивный вообще, — сказала волонтер, догадавшись, о чем думает Лена. — Ребята, которые поехали за ними, сами говорили, что они сначала побаивались подходить к нему близко, а потом поняли, что он не будет кусать.
— Потому, наверное, над ним и издевались все, кому не лень, — задумчиво сказала Лена. — Как же сильно он нас боится… — прошептала она, бросив взгляд на Джека.
— Сильно… — вздохнула волонтер. — Вы уж там постарайтесь с ним помягче.
— Обязательно постараемся, — ответила Лена, а потом присела рядом с псом и очень осторожно провела рукой по его голове.
В первый вечер, когда Лена с Максимом привезли его домой, он почти не двигался. Лёг у стены в прихожей и пролежал там несколько часов подряд.
Лена долго на него смотрела, потом поставила рядом миску с водой. Пёс поднял на неё свои глаза, потом перевел взгляд на миску, но ни к воде, ни к еде так и не притронулся.
— Не бойся, — тихо сказала Лена. — Мы тебя не обидим. Наоборот, помочь хотим. Дом тебе найти.
Джек отвёл глаза в сторону. Лена тогда ещё не знала, что такие слова для него ничего не значат.
После всего того, что с ним случилось за эти годы, он не понимал человеческих обещаний.
Ему требовалось время…
*****
На прогулках панический страх Джека становился ещё более заметнее. Если из квартиры он худо-бедно выходил нормально, то стоило только открыть дверь подъезда, как пёс сразу напрягался.
Если мимо проезжала машина — он прижимал уши. Если кто-нибудь громко смеялся — непременно вздрагивал. А когда рядом с ним проходил незнакомый человек, Джек старался держаться ближе к Лене. Да что там ближе — он так вжимался своим телом в её ногу, что со стороны казалось, будто он прирос к ней намертво.
— Что вы с собакой сделали? — нахмурившись, спросил какой-то мужчина. — Такой здоровый пес, а всего боится…
Лена не стала ввязываться с ним в дискуссию. Тем более что мужчина этот Джеку сразу не понравился. Да и ей тоже.
Она вообще не понимала людей, которые начинают обвинять в чем-либо, не разобравшись в ситуации.
— Пойдем, Джек, — спокойно сказала он и, потянув за поводок, направилась в сторону парка.
Пес послушно пошел следом за ней. Точнее — он шел рядом с ней. Нога в ногу, как говорится.
И при любой «опасности» (а опасным Джек считал почти всё, что видел на улице), сильно прижимался к Лениной ноге. То к левой, то к правой. То сразу к двум ногам одновременно, если она стояла на месте.
Первые дни Джеку было особенно тяжело. Он боялся сделать даже шаг, поэтому Максиму пришлось нести его на руках в укромное место, где не было людей и машин.
— Да уж, — сказал он, вытирая пот со лба. — Я, конечно, чувствовал, что будет тяжело. Но чтобы настолько… Он ведь больше, чем мешок картошки весит.
— Ой, да ладно тебе, — улыбнулась Лена. — Это тебе вместо тренажерного зала.
Спустя несколько дней Джек уже ходил по улице сам. Пусть медленно, но сам. Но говорить о том, что пес пошел «на поправку» было еще рано. Он всё равно продолжал всего бояться.
Лена не спеша шла вперёд, а он держался рядом, буквально прячась между её ног.
Иногда она останавливалась и смотрела на Джека. Большой и несмотря на хорошо заметную худобу, сильный на вид пёс стоял рядом и смотрел на неё снизу вверх. И дрожал…
— Ну чего ты? — спрашивала Лена.
Джек молчал, часто дыша. Она гладила его по шее, и постепенно дыхание становилось спокойнее.
Лена не знала, что с ним случилось раньше. Да и не хотела ничего придумывать.
Волонтёры, которые работали в приюте, иногда рассказывали страшные истории о найденных собаках, но здесь не было никаких доказательств.
Может быть, его били или держали на цепи. Может быть, просто выбросили, когда он перестал быть удобным.
А может, всё было совсем иначе. Она знала только то, что видела. Этот пёс привык ждать плохого.
Поэтому Лена не торопила его.
Если он останавливался, она терпеливо ждала. Если пугался машины, не натягивала поводок, пока та не проедет. Если пес не хотел заходить в новый двор, они разворачивались и шли в другое место.
Вот только она всё чаще думала о том, что найти дом Джеку будет очень непросто.
Волонтер была права, когда говорила, что такой проблемный пес мало кому нужен.
Лена и сама это поняла. Она видела, как прохожие показывали на Джека пальцами и хихикали.
Другие же — недовольно качали головами. Видимо, как и тот «мимо проходящий» мужчина, с которым Лена столкнулась на прошлой неделе, они думали, что это именно Лена довела собаку до такого состояния.
Дома Джек вел себя намного увереннее. Спустя неделю передержки он стал более «домашним», что ли. Не лежал целыми днями в углу, а иногда ходил по квартире.
Мог подойти к Максиму и осторожно дотронуться своим носом до его руки. Мог положить свою тяжелую голову Лене на колени, когда она сидела на стуле.
Но таким он был только дома.
На прогулке Джек снова становился таким же «всех и всего боящимся», как раньше.
*****
Две недели пролетели очень быстро. В этот раз так получилось, что у Максима было много работы, поэтому именно Лена проводила с Джеком больше времени.
И, как это было с другими собаками, привязалась к нему. Только вот ей почему-то казалось, что в этот раз она привязалась к нему чуть сильнее.
— Ну что, Джек, — сказала Лена, погладив его по голове. — Сегодня последний день мы вместе. Завтра в приют тебя отвезем. Тебе уже подготовили отдельный вольер. И будут искать тебе новый дом. Надеюсь, что у волонтеров получится это сделать.
Джек посмотрел на Лену и тяжело вздохнул. Почти как человек вздохнул.
Лена посмотрела в окно. Еще днем ярко светило солнце, а ближе к вечеру погода стала портиться. Небо затянуло серыми облаками и поднялся ветер.
— Максим, может, сходим прогуляемся? — сказала Лена. — В последний раз…
— Лен, я бы с удовольствием, но у меня работы много. Не могу никак. Да и погода смотри какая… Может, ну его?
— Нет, я всё-таки схожу прогуляюсь. Людей на улице мало. Дождя еще нет. Дойдем до парка, побудем там немного и обратно пойдем.
— Зонтик с собой возьми на всякий случай.
— Хорошо, дорогой.
Джек уже стоял у двери. Он по-прежнему не любил находиться на улице, но за последние две недели привык к регулярным вечерним прогулкам. Да и рядом с Леной ему хотелось побыть немного. Привязался он к ней. Сильно привязался.
Лена надела куртку, пристегнула поводок, и они вышли. Сначала всё было спокойно.
Лена шла по тротуару в сторону парка. Джек шёл рядом. Всё как обычно. Они дошли до небольшой двора между домами.
Там росло несколько деревьев, стояли лавочки, была детская площадка, а со всех сторон его окружали старые многоэтажки.
Парк находился чуть дальше, но поскольку людей поблизости не было, Лена решила, что можно погулять и тут. Тем более что погода портилась быстрее, чем она думала.
Они пробыли в этом дворе всего пять минут, а потом раздался первый мощный раскат грома.
— Ну вот, — сказала Лена, подняв голову. — Даже погулять толком не успели.
Джек взволнованно посмотрел сначала на неё, а потом по сторонам. Ветер усиливался.
Сначала по асфальту «побежали» листья. Следом за ними — пакеты и обрывки бумаг. Потом в метрах пяти от них с дерева сорвалась небольшая сухая ветка. Небо потемнело так быстро, будто кто-то выключил свет.
— Так, ладно. Надо идти домой, — громко сказала Лена. Она и сама не поняла, почему повысила голос.
Наверное, пыталась перекричать усиливающийся с каждой минутой ветер.
И только она уже собиралась идти домой, как с неба внезапно хлынул дождь. Да с такой силой хлынул, что первые секунды она почти ничего не видела.
Лена быстро раскрыла зонт, но порывистый ветер буквально выворачивал его наизнанку, и пришлось сложить его обратно.
Над головой раздался очередной очередной раскат грома. Лена вздрогнула. Джек инстинктивно прижался к её ногам. Она поняла, что пес боится, и уже корила себя за то, что вытащила его на улицу.
— Надо спрятаться где-то, пока дождь немного не утихнет, — сказала Лена.
Сначала она хотела зайти в подъезд, но все подъезды были закрыты, поэтому пришлось забиться в дальний угол двора, под дерево.
Дерево это, конечно, почти никак не спасало от дождя, но всяко лучше, чем стоять на открытом пространстве.
Где-то наверху что-то громко стучало. Но Лена не обращала на этот звук внимания, а иногда и вовсе его не слышала, потому что он растворялся в завываниях ветра.
Она лишь сильнее сжимала поводок и гладила Джека, который вел себя очень странно. Ходил из стороны в сторону и периодически поднимал голову.
— Не бойся, мой хороший, — успокаивала она его. — Сейчас дождь закончится, и мы пойдем домой. Прости меня, что заставила тебя понервничать.
И вдруг пёс с силой дёрнул поводок. Так резко и неожиданно, что Лена едва не потеряла равновесие.
— Эй!
Джек отступил на шаг, прижав уши. Потом посмотрел наверх и снова дёрнул.
Лена нахмурилась. Она решила, что, наверное, случайно наступила ему на лапу, вот он и дергается.
— Джек, что случилось? На лапу тебе наступила, да? Ну прости, пожалуйста.
Но пёс будто не слышал её. Он по-прежнему смотрел куда-то наверх. А потом бросился вперед, потянув за собой Лену.
— Джек, Стой! — закричала она.
Но пес не собирался останавливаться. Не прошло и трех секунд, как Лена услышала за спиной страшный грохот, и что-то рухнуло прямо на землю.
Лена вздрогнула и обернулась. Прямо на то место, где она только что стояла с Джеком, упала металлическая пожарная лестница, которая была прикреплена к фасаду одного из домов. Лена подняла голову и увидела, что лестница отсутствовала сразу на двух этажах — на четвертом и пятом.
Какое-то время она стояла на одном месте и пыталась собраться с мыслями.
— Господи… — наконец, дошло до неё. — Да нас бы с Джеком убило бы на месте…
Такая вероятность действительно была. Потому что лестница была довольно массивной.
На всякий случай Лена отошла еще на несколько метров. Дождь понемногу стал слабеть, ветер тоже будто успокаивался. Она опустилась на корточки рядом с Джеком и обхватила его шею обеими руками. Пес тяжело дышал и дрожал всем телом.
Но в его глазах Лена не видела того привычного страха — скорее, он вместе с ней радовался тому, что всё обошлось. Ведь если бы они остались стоять на том месте…
И когда спустя несколько минут Лена вместе с Джеком шла домой, он думала только об одном.
Этот зашуганный пес, на которого многие люди смотрели с усмешкой в глазах, боялся всего на свете — грозы, ветра, улицы, машин и незнакомых людей. Он прижимался к её ногам так, что Лена даже не могла идти. Но, когда опасность действительно была рядом, Джек не спрятался за неё, а потащил её за собой.
*****
Уже будучи дома, Лена показывала Максиму фотографии. На одной был тот самый двор, в котором они гуляли. А на другой — упавшая металлическая конструкция.
Максим долго смотрел на экран. Потом — на Лену. И, наконец, перевёл взгляд на пса, который после сушки феном лежал рядом с диваном.
— Знаешь, Лен… — задумчиво произнес он. — Мне кажется, мы не имеем права его отдавать.
— Я рада, что ты сам об этом сказал, — улыбнулась Лена. — Потому что я для себя уже всё решила. Он остается с нами.
Женщина-волонтер из приюта совсем не ожидала, что Лена и Максим решат оставить Джека себе, но очень обрадовалась этому. Потому что, если вернуть его в приют, то будущее у него будет весьма туманным.
А так у него теперь есть дом и люди, которые его полюбили таким, каким он есть.
Поскольку теперь у них был Джек, то Лена и Максим временно перестали брать собак на передержку и занимались теперь только своей собакой. Они старались вернуть его к нормальной жизни, и кажется, у них это немного начало получаться.
Однажды во время очередной вечерней прогулки Джек впервые сам потянул поводок.
Лена даже остановилась. Пёс посмотрел на неё, потом снова потянул вперёд.
— Ну, веди тогда… — улыбнулась она.
И Джек пошел. Пока еще неуверенно, немного сутулясь, всё ещё оглядываясь по сторонам. Но сам.
А Лена шла следом за ним. В тот момент ей показалось, что именно сейчас Джек впервые по-настоящему поверил, что впереди может быть не только опасность.
Может быть дорога, дерево, газон. Может быть трава, небо, солнце, в конце концов.
Но самое главное — впереди может быть (и есть!) дом, в который ты обязательно вернёшься.
Когда за окном была гроза или просто сильный дождь, он всегда приходил к Лене, если та была дома, клал голову ей на колени, и они вместе вспоминали тот последний день, который действительно мог стать последним…
Но именно благодаря Джеку, который вовремя учуял (хотя, скорее всего — услышал) опасность, этот «последний день» стал началом новой жизни и днем, когда сбылась мечта Лены и Максима.
Они, наконец, завели себе собаку. Пусть не породистую. Но любимую — точно.
Лена в такие моменты долго-долго гладила его по голове, а у неё перед глазами проносились события того дня. Дождь, сильный ветер, металлический скрежет и три секунды. Всего три секунды, которые отделяли её от чего-то очень ужасного…
