Иван вернулся со службы с таким выражением лица, что его супруга даже испугалась.
— Ты чего это, Ваня?
— Ничего… — сказал он тихо, сел на диван и уставился себе под ноги. – Теперь уже – ничего…
— Нет, ты скажи, — настойчиво сказала Мария. – Что-то случилось?
— Говорю же, теперь — всё нормально.
— Не ври! Или я тебя не знаю? Тебя, что, уволили?
— Нет, — замотал Иван головой.
— А что, тогда? Ну! Говори! Всё равно ведь я не отстану, пока не скажешь.
— Да что тут говорить-то? Просто, мы с ней всё-таки, встретились, Маша. Случайно…
— Кто – вы? С кем ты встретился?
— Ну, мы… Я и Катерина… Моя бывшая…
— Ах, Катерина… — Жена замерла, сразу посерела лицом, села рядом с мужем, и недовольно вздохнула. – Значит, свиделись?
— Ага. Я её сегодня нашёл.
— Нашёл? – В голосе Марии почувствовалась обида – Значит, ты её всё это время искал? Да?
— Неосознанно… — кивнул муж. – Чего тут врать-то. Мне же интересно было, как она живёт, после того, как я её бросил…
— И когда ты её искать начал? – Голос у супруги зазвенел, словно она готовилась начать скандалить.
— Прекращай, Мария! – одёрнул её Иван. – Не надо опять начинать старую песню. Всё давно закончилось.
— Как же не надо начинать, если я тебя у неё отбила? Увела! От законной жены оторвала! А ты, значит, все эти годы чувствуешь свою вину перед ней? Так? Ты говори, говори! Правду говори!
— Нет, не так. Просто…
— Что – просто? – перебила супруга мужа. — Ведь ты же тогда первый начал нашу любовь? Первый проявил ко мне интерес. Ведь так?
— А я ни отпираюсь. Я же тогда в тебя так влюбился, что никого больше видеть рядом не хотел.
— А теперь, значит, когда ты её встретил – ты меня разлюбил? Да? Или давно уже меня не любишь? Поэтому искал её?
— Маша! Теперь я тебя люблю ещё больше. И можешь успокоиться – нашей с тобой любви уже никто не помешает.
— А мне кажется – наоборот! Теперь ваша любовь опять вспыхнет!
— Это — невозможно… — вздохнул печально Иван.
— Да, как же невозможно, если ты с такой тоской об этом говоришь! Ты же её искал, и нашёл!
— Ага… Нашёл я… Нашёл её могилку…
— Чего? – Супруга опять замерла.
– Нашёл место, где её похоронили.
— Как это? Ты откуда сейчас? С работы, или…
— С поминок я, Маша? С поминок.
— С каких ещё поминок?
— Я же тебе вчера говорил, что у нас на работе один человек умер. Наш коллега. Сегодня мы его хоронить ездили. На кладбище. Ну, и там… Прямо рядышком с его могилой, я и обнаружил… Мраморный памятник, и на нём написано: «Васильева Катерина Павловна». Число и год рождения… И фото… Она это, Маша… Точно — она…
— И когда её не стало? – тихо спросила Мария.
— Три года назад.
— Вон чего… Значит, отмучилась наша Катя… А я ведь её тоже как-то на улице встретила. Случайно.
— Ты? Когда?
— Тоже, года три назад. А может – четыре. Возникла передо мной, из ниоткуда. Всё такая же красивая… Мы с ней, даже, поговорили. Хорошо так. В-первый раз — по-доброму. По душам.
— И о чём вы говорили?
— О нашем, о бабском. Посмеялись немного.
— Посмеялись?
— Ага… О том, какие глупые мы тогда были. Ну, и про любовь, тоже. Я тебя немножко поругала. Для приличия.
— Чего?
— Говорила, что мне с тобой трудно живётся.
— И зачем это ты так говорила? – Иван сделал обиженное лицо. – Разве мы плохо живём?
— Ну, Ваня, как ты не понимаешь? Я же так говорила, чтобы ей опять обидно не стало. Она, ведь, тебя с такой грустью вспоминала. Хоть и замужняя, но чувствовалось, что любовь к тебе в ней всё ещё живёт.
— Ну, хватит, Маша, придумывать! — Иван даже застонал от тоски. — Всё! Столько лет прошло, а ты всё от ревности никак не избавишься!
— И в тебе, ведь, тоже, живёт к ней любовь, — с тоской вздохнула Маша. — Даже сейчас это слышно.
— Это уже не любовь!
— А что тогда?
— Эхо той любви, Маша. Обычное эхо…
— Эхо?
— Ну, да. Оно.
— Что-то слишком долго это эхо в тебе живёт.
— Так и в тебе оно живёт! Поэтому ты всё никак и не успокоишься. Как речь о Катерине заходит, так ты вся трясёшься! И, даже, сейчас, ревнуешь меня.
— Да, ревную! — кивнула Мария. – Я же себя виноватой чувствую. Я же тебя тогда увела.
— Я сам от неё ушёл.
— Но я же тебя за руку держала. Знаешь, что, Ваня, ты своди меня к ней на могилку, пожалуйста, — попросила вдруг Мария.
— Зачем это тебе?
— А чтобы я успокоилась. Попрошу прощения, и окончательно угомонюсь. Я ещё тогда, при последней встрече, хотела это сделать, но гордость мне не позволила. А теперь… Теперь хочу… Очень…
— Ладно, — после долго паузы согласился Иван. – Если ты хочешь. К родителям на могилу поедем – и зайдём в гости к Катерине. А теперь, давай, что ли, улыбнёмся. Ведь жизнь-то, как не крути – продолжается.
— Продолжается, — повторила за мужем Мария, и, сквозь силу, но улыбнулась
