Анна вышла во двор в половине восьмого и не увидела машину на привычном месте. Сначала решила, что Сергей переставил её подальше от подъезда. Обошла два ряда, позвонила мужу и услышала:
— Не ищи. Я вчера отдал машину маме.
— До вечера?
— До конца лета. Ей на даче без машины никак.
Анна посмотрела на часы. Через сорок минут ей нужно было быть в другом конце города. В багажнике остались образцы для клиента, а дома — папка с документами, которую она собиралась положить в машину перед выездом.
— Ты отдал нашу машину на два месяца и решил сказать утром?
— Я думал, ты сегодня дома.
— У меня встреча. Она в календаре.
— Возьми такси. Один раз можно.
Сергей говорил спокойно, словно речь шла о мелкой накладке, которую легко исправить. Он работал в десяти минутах от метро и ездил на машине редко. Анна трижды в неделю встречалась с клиентами, по вторникам возила дочь на занятия в соседний район, по выходным закупала материалы для домашней мастерской. Муж видел машину под окнами в те часы, когда сам ею не пользовался, и считал, что она стоит без дела.
Машину они купили четыре года назад из общих накоплений. Сергей выбирал модель, Анна внесла половину суммы, потом они вместе оплачивали обслуживание. Свекровь иногда брала автомобиль на день. Если она спрашивала заранее, Анна не возражала.
Но накануне Сергей даже не позвонил жене.
— Что случилось с маминой машиной? — спросила Анна.
— В сервисе сказали, ремонт дорогой. Пока ремонтировать не будет.
— «Пока» — это до осени?
— На даче магазин далеко. Ей нужно возить воду, продукты, всё для огорода. Ты же не предлагаешь ей ходить с сумками три километра?
— Предлагаю не решать её проблему за счёт моей работы и без разговора со мной.
Сергей вздохнул.
— Машина уже у мамы. Не начинай сейчас, я на работе.
Анна поднялась за папкой и вызвала такси. По дороге она позвонила свекрови, объяснила, где в багажнике лежат образцы, и попросила пока их не трогать. Забрать их до встречи всё равно было невозможно: дача находилась в сорока пяти километрах от города.
На встречу Анна опоздала на двадцать минут.
Обещание без согласия
Вечером Сергей вернулся с работы раньше жены и приготовил ужин. Так он обычно пытался смягчить тяжёлый разговор. На столе стояла жареная картошка, рядом лежал чек из сервиса матери.
— Коробка передач, — сказал он. — Почти сто семьдесят тысяч. Мама решила не вкладываться в старую машину.
— И ты решил, что вместо ремонта можно на всё лето забрать нашу?
— Она ничего не забрала. Я сам предложил.
— На какой срок?
— До сентября.
— А меня когда собирался предупредить, что я два месяца буду без машины?
Сергей сел напротив.
— Ань, у тебя большая часть работы из дома. У Лизы до занятий ходит автобус. Неудобно, но не катастрофа.
— Ты уже всё распланировал за меня, за дочь и за свою маму. Только своё расписание оставил прежним.
— Потому что мне машина почти не нужна.
— Конечно. Тебе ведь и не придётся без неё обходиться.
Лиза вошла на кухню за водой и сразу поняла, что родители ссорятся. Анна не хотела втягивать дочь в спор и только спросила:
— Во вторник ты сможешь доехать сама?
— Смогу. Только домой вернусь поздно: после девяти автобус ходит раз в сорок минут.
Сергей сказал, что встретит её после занятия на такси. Лиза пожала плечами и ушла. Сергей проводил её взглядом, будто вопрос был решён. Анна молчала: речь шла не об одной поздней поездке, а о двух месяцах, на которые ей придётся перестроить работу и поездки дочери.
— Мама знает, что я согласилась? — спросила Анна.
Сергей начал резать хлеб.
— Я сказал, что мы справимся.
— Это не ответ.
— Я сказал, что ты работаешь дома и не против помочь.
Анна отложила вилку.
— Значит, ты не только решил за меня. Ты ещё и ответил за меня.
— А что я должен был сказать? Что жена не даёт машину матери?
— Правду: ты не спросил жену.
Сергей вспыхнул. Напомнил, что Валентина Петровна годами забирала Лизу из школы, сидела с ней во время каникул и однажды дала им деньги, когда Сергей остался без работы. Анна этого не отрицала. Она сама отвозила свекровь по делам, покупала лекарства и помогала на даче.
— Я не отказываюсь ей помогать. Я отказываюсь на всё лето отдавать ей нашу машину только потому, что ты хотел показаться щедрым, не поговорив со мной.
— Машина же вернётся. Зачем ты говоришь «отдать»?
— Вернётся осенью. А без неё сейчас останемся мы.
Сергей предложил оплачивать Анне такси на рабочие встречи. Она спросила, из каких денег. Он замолчал. Семейный бюджет был общим. Получалось, что из-за его решения они вдвоём будут ещё два месяца платить за такси.
— Хорошо, — сказала Анна. — Завтра у меня две встречи. У Лизы занятие. Организуешь все поездки сам. В пятницу поедешь на дачу, привезёшь мои образцы и скажешь маме, когда мы заберём машину.
— Я уже пообещал ей лето.
— Тогда сам объясни, почему пообещал ей нашу общую машину, не спросив меня.
Он не согласился. Сказал, что мать обидится и больше никогда не попросит помощи. Анна убрала свою тарелку и не стала продолжать спор. Ей было обидно до дрожи, но ещё сильнее хотелось лечь спать: завтра снова предстояло подстраиваться под решение, о котором её не спросили.
Утром Сергей заказал Анне такси к первой встрече, а по дороге на работу пытался найти другую машину ко второй. Затем выяснял, когда заканчивается занятие Лизы и как встретить её вечером. В итоге он сам опоздал на работу почти на час. Только тогда он понял, сколько отдельных задач создал одним решением.
Вечером Сергей встретил Лизу после занятия. Они вернулись почти в десять. Дочь была голодна, Сергей раздражён. За ужином он сказал, что день вышел тяжёлым, но мать всё равно нельзя оставлять без помощи.
— Теперь представь так два месяца, — сказала Анна.
— Я понял, что надо было всё организовать.
— Нет. Сначала надо было спросить.
Дорога до дачи
В пятницу они поехали к Валентине Петровне вместе — на электричке и потом на автобусе. Сергей предлагал Анне остаться дома, но в багажнике лежали её рабочие вещи. Кроме того, Анна хотела сама объяснить свекрови, что машину отдали без её ведома.
Свекровь встретила их у калитки.
— А где Лиза? Я думала, привезёте на выходные.
— У неё свои планы, — ответила Анна.
Машина стояла под яблоней. В салоне пахло землёй, на заднем сиденье лежали пустые канистры. За три дня свекровь уже привыкла к мысли, что будет пользоваться автомобилем до конца лета.
— Серёжа сказал, вы всё обсудили, — сказала она, когда Анна открыла багажник.
— Он ошибся. Я узнала утром перед работой.
Свекровь посмотрела на сына.
— Ты сказал, Аня всё равно почти не ездит.
— Я думал, мы справимся, — ответил Сергей.
— Ты думал за всех, — сказала мать. — Мне теперь машину отдавать?
В её голосе сразу появилась обида. Теперь Анна выглядела виноватой: приехала забирать машину, на которую свекровь уже рассчитывала.
— Нам нужно договориться о реальном сроке, — сказала Анна. — Я не могу работать без машины всё лето.
— А мне как продукты возить?
Анна не предлагала свекрови ходить пешком и не обещала поездки каждые выходные. Она спросила, куда и как часто той действительно нужно ездить. Оказалось, что в посёлок дважды в неделю приезжала автолавка, сосед ездил в город по четвергам, а большие бутыли питьевой воды Сергей мог привозить раз в месяц. Каждый день машина Валентине Петровне не требовалась. Но с ней было спокойнее: можно было уехать когда угодно и не просить соседа.
— Я не хочу зависеть от чужих поездок, — сказала она.
— Я тоже, — ответила Анна.
Сергей предложил оставить машину матери до конца недели, а потом возить её по субботам. Анна согласилась оставить автомобиль только до ближайшего воскресенья. Дальше предстояло решить: ремонтировать старую машину, покупать другую или заказывать доставку. Обещать за всю семью поездки каждую субботу она не хотела.
— Значит, я опять останусь без машины, — сказала Валентина Петровна.
— Нет, мам, — впервые вмешался Сергей. — Это я дал тебе нашу, не спросив. Теперь мне и искать другой вариант.
Он говорил без пафоса, устало. За три дня ему пришлось оплачивать такси, менять график и объясняться и с женой, и с матерью. Только теперь он почувствовал, что значит остаться без привычного транспорта.
Они договорились, что в воскресенье Сергей заберёт автомобиль. Мать отказалась провожать их на станцию и весь вечер отвечала односложно. Один разговор не снял обиду: она потеряла удобство, на которое уже рассчитывала всё лето.
В воскресенье Сергей приехал один. Мать отдала документы и ключ, но сказала, что больше ничего у него просить не будет. По дороге домой он не звонил Анне. Вернулся мрачный, поставил на стол сумку с овощами и сообщил:
— Она обиделась.
— Понимаю.
— Тебе легко понимать. Не тебе это сказали.
— Мне три дня говорили, что мои поездки можно отменить. Легко не было никому.
Сергей хотел продолжить спор, но Лиза попросила отвезти её утром за материалами для занятия. Он посмотрел на жену.
— Машина тебе нужна?
— После одиннадцати.
— Тогда отвезу Лизу к девяти и вернусь.
Впервые за неделю Сергей сначала спросил, а уже потом стал договариваться.
Машину Валентины Петровны в итоге отремонтировали не сразу. Сергей нашёл мастерскую дешевле. Мать оплатила большую часть из накоплений, а недостающее он добавил из премии, заранее обсудив сумму с Анной. Пока шёл ремонт, продукты заказывали с доставкой, а сосед дважды подвозил Валентину Петровну до города. Она каждый раз подчёркивала, что не любит просить. Сергей отвечал, что знает. Анна в эти разговоры не вмешивалась.
На дачу они приехали только через три недели. Свекровь встретила не так тепло, как обычно, но всё же поставила чайник. У калитки стояла её старая машина, уже после ремонта.
— Теперь каждый при своей, — сказала она.
В этой фразе ещё слышалась обида. Анна заметила её, но спорить не стала. Поставила на стол пирог и спросила, куда убрать продукты.
Перед их отъездом Валентина Петровна сказала, что на следующей неделе поедет на своей машине за садовой сеткой, и попросила Сергея помочь натянуть её вокруг грядок.
Он открыл календарь в телефоне и посмотрел на Анну.
— В субботу машина нужна тебе. Если я приеду к маме в воскресенье, подойдёт?
— Мне подойдёт, — ответила Анна.
— И мне, — после паузы сказала Валентина Петровна.
Сергей занёс поездку в календарь и только потом завёл двигатель.
