Карина переехала к мужу сразу же после свадьбы. Он снимал трехкомнатную квартиру уже несколько лет. Точнее, аренду оплачивали его родители, ведь с ним жила его младшая сестра, Катя. Она училась на 4 курсе, подрабатывала. «Золотая девочка’, — считали все, кроме нее.
Формально все было корректно. Катя готовила себе отдельно, убирала за собой, не приводила домой компании. Ее присутствие было бы даже незаметным, если бы не один нюанс. Ее домашний гардероб, вернее, его полное отсутствие.
Катя считала, что она имеет право дома расслабиться. На учебу и различные мероприятия девушка собиралась тщательно, а дома носила такие вещи, которые даже на помойке не примут. К примеру, одним из ее любимых нарядов была старая, когда-то серая, а теперь мышиного цвета майка с полустершимся смайликом, доходившая ей до середины бедер. И под ней — крошечные шортики, которые даже стыдно было бы назвать нижним бельем.
В первый раз Карина столкнулась с этим зрелищем на второй день после переезда. Она вышла из спальни и наткнулась на Катю, которая сонно брела в туалет.
— Сергей, — прошипела Карина, влетев обратно в комнату. — Твоя сестра совсем рехнулась? Она что, голая?
Муж, не открывая глаз, сонно буркнул:
— Она всегда так ходит. Не обращай внимания.
— Всегда?
— Блин, дай поспать, а? Какая мне разница, в чем она?
Карина искренне пыталась не обращать внимания. Но это было невозможно. Катя раздражала ее своими длинными, худыми ногами, неприкрытым нижним бельем, обвисшей майкой, под которой угадывалось отсутствие лифчика. Ей было неприятно. И как женщине, и как человеку, который вынужден делить личное пространство с существом, полностью игнорирующим понятие «личные границы».
Терпела Карина ровно неделю. Однажды, во время завтрака, ее терпение лопнуло. Катя восседала за столом в объемном свитшоте и коротких шортиках, на ногах пушистые тапки в виде зверей, на голове повязка для сна, а спутанные волосы собраны в гульку. Девушка невозмутимо хрустела кукурузными хлопьями, листая ленту в телефоне.
— Кать, — начала она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — А ты не думала купить какой-нибудь домашний костюм? Уютный, красивый.
Она подняла на нее удивленные глаза. Казалось, ей вообще непонятно, о чем идет речь.
— А что, этот некрасивый? — поинтересовалась она с притворной наивностью. — Мне удобно.
Карина замялась. Сказать прямо, что ее раздражал внешний вид, она не отважилась. Поэтому начала издалека:
— Просто к нам же иногда гости приходят. Неловко как-то.
— А мне что до ваших гостей? Или я уже твоим гостям мешаю? — она встала и пошла мыть тарелку, демонстрируя свою почти обнаженную пятую точку. Сергей лишь вздохнул.
— Оставь, Карина, ее в покое. Она и так дома редко бывает, пусть ходит, как хочет. Она же дома. Дома все должны чувствовать себя свободно.
— А я не дома? Почему я должна наблюдать это каждый день? Чего сразу ей голой не начать ходить, — не выдержала Карина. Катя же не стала пререкаться, просто вышла из кухни, не удостоив золовку ответом.
— Почему ты решила, что лучше знаешь, в чем людям дома ходить?
Этот простой вопрос поставил ее в тупик.
— Знаю, и все.
В субботу Карина не выдержала. Они позвали с мужем друзей, достали настольные игры. В разгар веселья пришла Катя. Практически вползла в коридор, грудой свалила вещи на входе и бесформенной кучей села на пуфик. Потом, не обращая ни на кого внимания, прошла в свою комнату, а через пару минут вышла оттуда в халате и пошла в ванную.
Воцарилась мертвая тишина. Двадцать восемь пар глаз с разной степенью смущения и любопытства рассматривали это явление. Каринина подруга Даша поперхнулась вином. Ее муж, Костя, резко уставился в потолок, покраснев. Алла хмыкнула, Игорь с любопытством рассматривал незнакомую ему девушку.
Карина застыла, чувствуя, как по щекам разливается жаркий румянец. Это был ее дом, ее гости, а эта нимфа из деревни портила все.
— Катя, — не выдержав, зло рявкнула она ей в спину. — Ты не могла бы переодеться? У нас гости.
Катя обернулась, медленно, как во сне. Ее лицо абсолютно ничего не выражало. Точнее, на нем была написала какая-то вселенская усталость и тоска.
— Это у вас гости. Если что, со мной не согласованные. Но я вас не трогаю, сидите себе дальше.
— Ты мешаешь всем своим видом! — выдохнула Карина, теряя остатки самообладания. — Можно не тягаться туда-сюда со своими банными принадлежностями и в одном халате?Мне бы тоже хотелось чувствовать себя дома комфортно!
— А кто тебе мешает? Я? Просто признайся, что тебя раздражаю конкретно Я, а не мои шорты и халат.
Сергей моментально вклинился между ними, пытаясь развести девушек в разные стороны. Точнее, удержать свою жену. Ведь его сестра никак не реагировала, теперь на не лице застыла вежливая улыбка.
— Девочки, успокойтесь! Катя, ну переоденься, пожалуйста. Карина, не кричи.
— Не кричи? Ты видишь это? Твоя сестра ходит здесь полуголая. Это халат?
Карина подскочила к Кате и схватила ее за халат, пытаясь натянуть его на колени.
— Или тебе нравится видеть ее полуголый зад? Я смотрю, ей нравится трясти своей матильдой перед нашими друзьями?
В комнате повисло тяжелое, неловкое молчание. Гости смотрели в пол, в свои бокалы, куда угодно, только не на ссорящихся хозяев. Катя фыркнула.
— Ой, извините, что своим существованием порчу вам вашу идеальную семейную жизнь. Я устала и хочу отдохнуть. Так что отвалите от меня. Не нравится — не смотрите.
Она скрылась в ванной, откуда выползла спустя час. Из-за нее вечер был безнадежно испорчен. Когда за гостями закрылась дверь, Карина набросилась на Сергея.
— Я больше так не могу! Я не желаю жить в общежитии! Или она начинает носить дома нормальную одежду, или я съезжаю отсюда.
— Слушай, может быть, хватит истерик? Это ее дом тоже, она ходит здесь в том, в чем ей комфортно.
— Ее дом? А я кто здесь? Постоялец? Она ведет себя как обезьяна! Ей плевать на мои чувства, на мой комфорт. Так что говорить про нее, если тебе плевать на меня. Ты должен поставить ее на место. Знаешь что, неужели вам мама не объяснила, что прилично, а что нет?
Они ругались до хрипоты. В итоге Сергей, не выдержав нападок, пошел «успокоить» Катю. Карина очень хотела узнать, о чем они говорят, но слышала только приглушенные голоса за стеной. Потом муж вышел из комнаты сестры. Лицо злое, сосредоточенное.
— Она сказала, что не будет подстраиваться под тебя. Что это ты переехала к ней, а не наоборот. И вообще, эту квартиру снимают наши родители, а не мы. Так что извинись.
Ответ мужа был сродни пощечине. Катя мало того, что отказалась вести себя прилично, еще и намекнула, что она здесь хозяйка, а не Карина. Точнее, почему намекнула? Прямо заявила.
Прошло три дня. Карина не разговаривала с мужем, храня гордое молчание. Катя вела себя как ни в чем не бывало, только в карих глазах мелькало какое-то злорадство. Она явно выиграла эту битву и теперь наслаждалась.
Не выдержав, Карина решила еще раз поговорить с Сергеем. В конце концов, семейная жизнь — это компромиссы и разговоры. Она не стала ходить вокруг да около, поэтому сразу же прояснила свою позицию.
— Давай начистоту. Жить с твоей сестрой я не намерена. У нас своя семья. Поэтому давай снимем другую квартиру. Или пусть Катя съедет.
Сергей вытаращил на нее глаза. Ещё до свадьбы они все обговорили и он не верил, что жена так быстро решит что-то изменить. От нереальности происходящего у него даже заболела голова. Головная боль, его вечный спутник и враг, по-змеиному вплыла в висок и с наслаждением укусила. Сжав руками голову, он с усилием потер лоб и спокойно произнес:
— У нас и так денег не особо много. Сейчас нам родители оплачивают жилье, а дальше что? Мы тупо не вытянем, те более хотели откладывать деньги.
Карина мило улыбнулась и заправила выбившуюся из прически светлую прядь за ухо:
— Пусть твои родители продолжают нам оплачивать квартиру.
— А Катя?
— А что Катя? Она же подрабатывает, пусть крутится, как хочет. Или пусть твои родители ей помогут.
Сергей смотрел на жену, которая уже с увлечением стала чистить апельсин. Казалось, она живет в совершенно другой реальности, а не в съемной конуре, которую они даже не в состоянии оплачивать.
— То есть мои родители будут оплачивать две квартиры? Только потому, что ты не смогла найти с моей сестрой общий язык?
— Если твои родители не могут обучить взрослую кобылу манерам, то пусть хоть три квартиры оплачивают.
— Знаешь что…
Теперь квартира каждый день сотрясалась от скандалов. Через месяц Карина подала на развод и вернулась жить к родителям. Она искренне считает, что в ее разводе виновата золовка. Но, как говорится, у каждого своя правда…
