— Ты дома? Что пожрать есть? Опять котлеты? Надоело уже. Хоть бы курицу в духовке запекла, или пирог какой. Чем ты только занимаешься, не понимаю. У тебя же выходной сегодня.
— А ты опять пьяный пришёл? Работу искал? Деньги уже заканчиваются, а Ване кроссовки нужны новые, и за коммуналку счета пришли. Когда ты за ум возьмёшься? Совсем деградировал уже!
— Заткнись, ты как с мужем разговариваешь? Совсем страх потеряла! Столько лет на моей шее висела, и ничего, хороший муж был. А как работу потерял, плохой стал. Денег всё ей хочется…
— Так я в декрете сидела, пособия получала, а когда Ваня в сад пошёл, я на работу вышла, и кормлю тебя, борова. Тебя из-за пьянки и с работы попёрли, кому такие работнички нужны?
— Сейчас ты синяя будешь, поговори мне тут… Неси пожрать лучше!
Алёна выскочила из квартиры, и пошла в парк, на своё любимое место. Под раскидистой ивой стояла скамейка, где она любила сидеть.
Людей было немного в парке, в основном прогуливались мамочки с колясками. Алёна присела на скамейку, по щекам текли слёзы, которые она никак не могла остановить.
Скоро идти за сыном в детский сад, надо привести себя в порядок. Достала зеркальце из сумки, и начала поправлять волосы, вытирать платочком слёзы.
— Простите, вы не могли бы мне попозировать? У вас глаза такие грустные, что-то случилось?
Алёна повернула голову, и увидела пожилого мужчину, с блокнотом и карандашом в руках.
— Да я не умею позировать. А вы художник?
— А тут не надо ничего уметь, просто сидите и всё, а я набросок сделаю. Я всю жизнь увлекался рисованием, времени вечно не хватало. Потом вышел на пенсию, жена заболела, ухаживал, не до рисунков было.
А год назад не стало моей Варюшки… Теперь вот времени полно, не знаю, куда себя деть. Хожу, делаю зарисовки, гуляю.
— Ну, хорошо. Немного могу посидеть. Мне за сыном скоро в садик идти.
— У меня тоже сын есть, Павел. Только взрослый. Недавно развёлся, приехал из другого города, со мной живёт. А вашему сыночку сколько?
— Шесть лет Ванюшке, маленький ещё.
— Ну, не такой уж и маленький. А вас обидел кто, или что-то случилось? Слёзы просто так не бывают. Простите уж моё стариковское любопытство…
— Да с мужем проблемы, обижает меня, пьяный домой опять пришёл…
— Эх, разве можно такую девушку обижать… Кстати, меня Леонид Иванович зовут, а вас?
— Очень приятно, меня Алёна. Знаете, когда мы поженились, Саша ведь таким не был. А потом, как пить начал, и понеслось… Я бы ушла, да некуда. У мамы брат с семьёй живёт, места нет для меня с Ванюшей. Да и не хочу обременять собой…
— Всякое в жизни бывает, Алёнушка. Вот вроде бы кажется, всё плохо, выхода нет никакого. А судьба раз, и выход находит. Никогда не знаешь, где найдёшь, где потеряешь.
Вы ещё молодая, вся жизнь впереди. Вы достойны лучшей жизни, помните об этом. Не давайте себя и сына в обиду. Знаете что, возьмите вот мой номер телефона, вдруг пригожусь чем.
Алёна взяла зачем-то листик с номером телефона, и положила в сумку. Ей не хотелось обижать этого приятного дядечку.
— Ну, всё, Алёна, смотрите. У вас поразительные черты лица, картины писать можно.
Алёна с изумлением взглянула на рисунок. Неужели это она? Грустная, поникшая… Он точно передал её состояние души в этом рисунке.
— Возьмите, пожалуйста, и больше не грустите. Я хотел бы ещё нарисовать вас весёлой. Надеюсь, мы ещё встретимся, и всё у вас будет хорошо!
Алёна попрощалась с Леонидом Ивановичем, и пошла за сыном в сад. На душе было тяжело. Как вот идти домой, хорошо, если муж заснул, а если нет… Будет орать, швырять вещи, оскорблять её. А сын всё это видит, и понимает…
— Мам, смотри, какой я рисунок нарисовал в садике. Это мишка, в пещеру лезет.
Алёна взглянула на рисунок. Там были одни пятки.
— Сынок, а где мишка — то? Тут одни пятки его…
— Так он в пещеру залез, а пятки торчат снаружи, вот их я и нарисовал!
Алёна рассмеялась, вот уж придумал сынок!
— Мам, а ты что грустная пришла? Опять папка пьяный?
— Да, сынок. Ты в своей комнате сиди, и не лезь к нему, хорошо? Он дурной, когда пьяный…
— Мам… А почему мы не уйдём от него? Нам же плохо. Он всегда кричит на тебя и меня, всем недовольный. И водкой от него воняет. У других мальчиков папы нормальные, на рыбалку ходят, в футбол играют. А мой только на диване лежит и ругается.
— Да некуда нам идти, сынок. Квартира, где мы сейчас живём, принадлежит бабушке Свете, она не переписывает её на папу нашего специально, чтобы нам ничего не досталось при разводе.
К бабе Вере мы не можем пойти, там места нет. Вот и маемся тут с ним… Мне тебя жалко так, но я не знаю, что делать. Зарплата у меня маленькая, квартиру снять не смогу, жить тогда не на что будет.
Муж не спал, смотрел телевизор, лёжа на диване.
— Припёрлась? Где тебя носило? Самому пришлось еду греть. Что ты за жена такая никчёмная. Могла бы пивка мужу купить. Я, между прочим, работу искал в интернете. Одно место нашёл, на собеседование пойду завтра. Не грех и отметить!
— Нечего пока отмечать. Вот как пить бросишь, зарплату будешь стабильно носить, перестанешь оскорблять меня, вот тогда и радоваться будем. А так, ты в животное превратился уже…
— Ты что несёшь? Сказал, хочу пива, значит будет пиво!
Он схватил сумку Алёны и начал рыться там, искать кошелёк.
— Это что за мазня? Ты что ли? Вот ты куда ходила, к хахалю? Рисовал тебя? Так, а это что за номер, карандашиком написанный? Хахаля твоего? Ну-ка, позвоню ему сейчас, расскажу, как с замужними мутить…
Взяв её телефон, начал набирать номер. Алёна подбежала и вырвала свой телефон из рук мужа.
— Не смей никому звонить, этот человек не хахаль, просто нарисовал меня и дал свой номер.
— Ага, расскажи мне тут. Просто так ничего не бывает! Сейчас ты у меня получишь, будешь знать, как шашни крутить на стороне!
Алёна ловко увернулась от руки мужа. Она схватила сына, сумку, и выбежала с ним из квартиры.
— Мам, а куда мы пойдём? Я кушать хочу.
— Сынок, сейчас я что-нибудь придумаю.
Трясущимися руками Алёна набрала номер мамы.
— Алло, мам, Сашка пьяный бузит, руку на меня поднял, мы с Ваней, ушли из дома. Можно к вам приедем сейчас?
— Дочь, ну что, первый раз он пьяный домой пришёл, что-ли, ничего, перебесится. Вечно убегать будешь? Ты же знаешь, что к нам некуда… Вам спать даже негде будет, мы и так, как селёдки в банке тут ютимся. Иди домой, купи ему пива, что-ли, может, угомонится…
Алёна скинула звонок. Идти ей некуда. К подруге Оле, разве что. Оля не отвечала на звонок.
Вдруг позвонили с неизвестного номера.
— Алло, вы звонили мне недавно, я не смог ответить, в душе был. Что вы хотели?
Алёна узнала голос Леонида Ивановича. Муж успел набрать его номер, пока Алёна не выхватила телефон. Господи, неудобно-то как вышло…
— Алло, Леонид Иванович, это Алёна. Вы меня рисовали в парке сегодня. Извините, случайно так вышло.
— Алёна, у вас всё нормально? Что с голосом, вы опять плачете? Муж обидел вас?
— Да всё нормально, извините, ради Бога…
— Значит так. Приезжайте сейчас же ко мне, запоминайте адрес…
***
Алёна не знала, что делать. Идти к незнакомому человеку домой было странно. Идти домой было страшно и опасно. Муж, как никогда был злой и агрессивный. К маме она точно не пойдёт, подруга не перезвонила. Остаётся всё-таки Леонид Иванович.
— Ванюш, мы сейчас сходим к одному моему знакомому. Он хороший человек, зовут Леонид Иванович, умеет красиво рисовать.
Она зашла в магазин, купила продукты, и пешком пошла с Ваней по адресу, который продиктовал Леонид Иванович. Он жил в пятнадцати минутах ходьбы от них.
— Здравствуйте, Алёна, здравствуйте Иван. Проходите, пожалуйста, я как раз чайник поставил, будем чай пить.
— Извините, что так вышло. Мы немного посидим, и уйдём. Вот, возьмите печенье к чаю, конфеты…
— Вы, наверное, голодны? Я тут пельмешки сварил, вкусные такие, попробуйте. А потом и чайку… Иван, любишь пельмени?
— Ага, люблю, со сметаной.
— Ну, вот и хорошо, ешь, не стесняйся. Алёна, расскажите мне, что у вас в жизни происходит, может, смогу чем помочь.
Алёна начала рассказывать, речь лилась, она почему-то доверяла этому пожилому человеку, который проявил искреннее участие.
— А теперь, я понимаю, что не хочу жить с ним, я страдаю, ребёнок, но выхода не вижу… Работаю медсестрой, график 2 дня через 2. Зарплата невысокая, жилья своего нет, и купить при всём желании не получится.
От родителей помощи тоже не будет, тупик какой-то образовался…
— Алёна, выход есть всегда, пока мы живы. Знаете, я тут подумал… Мне врач назначил капельницы, нужно или ходить в больницу, там сделают, или можно на дому делать, в частном порядке. Я больницы терпеть не могу, дома лучше.
Предлагаю вам с Ваней пока жить здесь. У меня трёхкомнатная квартира с удобствами. В одной комнате я живу, в другой сын, а в третьей вы будете. Ну, не идти же вам к мужу, который в любой момент может ударить, обидеть вас и сына. Это опасно.
Живите, сколько надо. Сын работает допоздна, практически не видимся, да и уезжать отсюда он планирует. Мне с вами не так скучно будет, соглашайтесь. Я вам ещё и за капельницы платить буду, всё же приработок.
— Ой, ну что вы… Неудобно это, мы вам чужие люди. Я что-нибудь придумаю, не переживайте.
— Значит, решено. Пойдёмте, покажи вашу комнату. Располагайтесь. Завтра надо будет вещи ваши забрать, я схожу с вами, помогу. Надо, чтобы мужа не было дома, а то скандал опять учинит.
Алёна растерянно глянула на сына, который уплетал конфеты, запивая чаем.
— Мам, давай у дедушки останемся. Тут тихо, спокойно, никто не орёт. Без папки хорошо…
— Ну, ладно, я согласна. У меня завтра как раз выходной, заберу самое необходимое из дома. За капельницы платить мне ничего не надо, это я вам ещё должна буду за проживание.
Я могу готовить, убирать, помогать во всём. Спасибо большое за помощь! Я действительно не знаю, куда бы мы пошли…
— Ну, вот и чудесно. О, вот и сын пришёл. Знакомьтесь, Павел, это Алёна и её сын Иван. Они пока у нас поживут, Алёна медсестра, будет ставить капельницы мне.
Павел с удивлением взглянул на отца и Алёну, поздоровался.
— Я в душ, поем, и спать лягу. Что — то неважно себя чувствую. Извините.
Алёна чувствовала себя неловко. Пришла в чужую квартиру, к чужим людям. Неудивительно, что Павел с каким-то неодобрением посмотрел на неё.
В комнате, которую предоставил Леонид Иванович, было просторно и уютно. Диван, книжный шкаф, стол, стулья, вся мебель была нужная.
— Располагайтесь, и отдыхайте. Не буду вам мешать.
Несколько раз звонил муж, но Алёна не отвечала, выключила звук.
На следующий день, утром, Леонид Иванович приготовил завтрак, и пригласил Алёну и Ваню к столу. Алёна отвела сына в сад, и вернулась. Павла не было уже дома.
— Леонид Иванович, давайте я капельницу вам подключу, и наведу тут порядок в квартире, если вы не против. Мне хочется быть полезной. А потом схожу за вещами домой.
Леонид Иванович согласился с её планом действий. Ему нравилась эта простая, искренняя девушка, от души хотелось помочь. Ему всегда хотелось дочку, но Бог дал только одного сына.
— Леонид Иванович, я сама пойду, я справлюсь. Лежите, отдыхайте, пожалуйста.
Алёна не знала, дома муж, или нет. Вроде собирался на собеседование, но в какое время, она не знала.
Подойдя к двери своей квартиры, она прислушалась. Было тихо. Может спит, а может и нет дома. Тихонько отомкнула дверь и зашла. Фух, нет его. Быстро начала собирать вещи, свои и Ванины. Взяла несколько игрушек сына, самых любимых.
Получилось две полные большие сумки. Все вещи, она конечно, не могла забрать за один раз. Летние вещи были уже не нужны, осень на дворе, поэтому она их не взяла.
Вытянув сумки во двор, она ломала голову, как будет их тащить. Вдруг появился муж. В помятой рубашке, джинсах. Алёна поняла, что он идёт с собеседования.
— Опа, и куда это мы собрались с сумками? Никак к хахалю съезжаешь?
— Саша, не начинай… Дай пройти. Я ухожу от тебя. Надоело так жить.
— Нашла другого дурака? Жила в моей квартире, ела мой хлеб, а теперь плохой стал? Ну ты и неблагодарная! Я всё для вас делал, пока работу не потерял. Бедный Саша ей не нужен теперь, понятно, денег захотелось? Давай сюда свои сумки, все вещи на мои деньги куплены были…
— Дай пройти. Не мешай мне, пожалуйста. Так будет лучше…
Саша начал выхватывать сумки у неё из рук. Вдруг из-за дерева вышел Леонид Иванович и подошёл к ним.
— Отпустите её, будьте мужчиной.
— Опаньки, а вот и женишок… Папика себе нашла, старикашку? Ну ты и меркантильная баба, однако… Готова со стариком… Фу…
Забирай свои баулы. Я на старика руку поднимать не буду. Мда, удивила ты меня, конечно… А Ваньку я у тебя заберу, жить с такой мамашей опасно. Не зря мне мама всегда говорила, что ты та ещё…
Саша зашёл в подъезд.
— Алёна, давайте сумку. Я не смог отпустить вас одну, шёл следом как шпион. Вот видите, всё прошло нормально, а не будь меня, неизвестно, как повёл бы себя этот герой! Давайте такси вызову, не переживайте, ехать недалеко, недорого выйдет, не тащить же эти сумки пешком.
— Спасибо вам, но не стоило, я сама справилась бы.
Добравшись на такси, Алёна с Леонидом вошли в квартиру. На кухне сидел Павел и пил чай.
— Папа, хочу с тобой поговорить. Один на один.
— Я в магазин пойду, разговаривайте.
Алёна вышла из квартиры, думая, что же Павел хочет сказать отцу. Наверное, про неё что-то…
***
— Папа, ты меня извини, конечно, но я не совсем понимаю, что эта женщина с ребёнком у нас делает? Необязательно медсестру было приглашать к нам жить, она может ставить капельницы и уходить.
Кто она такая? Может, мошенница. Вынесет всё из квартиры, обчистит, и глазом не моргнёт. Или ты влюбился на старости лет?
— Сынок, Алёна не такая, я тебя уверяю. Уж я людей насквозь вижу. Просто она попала в тяжёлую жизненную ситуацию, и я хочу помочь ей. Она медсестра, её услуги мне сейчас как раз нужны. Ей совсем идти некуда с ребёнком.
— Ох, отец добрая ты душа. Паспорт её хоть посмотри, на всякий случай. А я заболел, температура шпарит, отпросился на пару дней с работы, отлежусь дома.
Алёна вернулась из магазина. Леонид Иванович сидел грустный на кухне.
— Ваш сын, наверное, хочет чтобы мы уехали?
— Нет, Алёна, просто переживает, что мы мало знакомы. Приболел он что-то, температура высокая, а в больницу идти не хочет. Надеюсь, ничего серьёзного.
Ночью Павлу стало плохо, пришлось вызывать скорую помощь.
У Павла оказалось воспаление лёгких. Он категорически отказался ложиться в больницу. Алёна вызвалась помочь с уколами и капельницами. На работе договорилась с напарницей, чтобы та поработала за неё, пока Алёны не будет.
А ещё, коллега предложила ей жить в бабушкиной квартире, бесплатно, главное, чтобы присматривала. Алёна сказала, что чуть позже переберётся туда.
Она ухаживала за Павлом, следила за его состоянием, делала все нужные процедуры.
Леонид Иванович помогал, чем мог. Он занимался с Ваней, ходил с ним гулять.
— Дочь, привет. Ну что там у вас, всё устаканилось? Сашка угомонился?
— Привет, мама. Я не знаю, я не живу дома. Жить с мужем я не хочу.
— А где ты живёшь, что — то я не поняла? Тебе же идти некуда!
— Нашлись добрые люди, приютили. Ладно, мне некогда.
Алёна сбросила звонок. Её душила обида. Родная мать так равнодушно отнеслась, когда ей нужна была помощь, некуда было идти. Спустя столько времени только спросила как дела…
Павлу стало намного лучше, он послушно лечился под руководством участкового терапевта, который приезжал домой, и Алёны.
Павел нашёл общий язык с Алёной. Оказалось, что у них много общих интересов, они разговаривали на разные темы. Леонид Иванович был рад, что сын и Алёна мило беседуют, смеются. Сын после развода был в угнетённом состоянии, редко улыбался, а тут расцвёл прям.
— Алёна, спасибо большое тебе за помощь. Честно говоря, я был в недоумении, когда отец разрешил жить у нас. Всё-таки это странно, а теперь, такое чувство, что давно тебя знаю. И Ваня, такой чудесный пацан.
У меня дочка, с женой живёт. Скучаю очень, развод нелегко мне дался. Я всё им оставил, квартиру, машину, и уехал. Не сложилось у нас семьи, к сожалению…
Алёне был симпатичен Павел как мужчина, и как человек. Часто она думала о муже, как он там, надо как-то решать вопрос с разводом. Она решила не тянуть с этим и позвонить ему.
— Саша, я подаю на развод. Надеюсь, ты не будешь чинить препятствий. Живи в своё удовольствие.
— Алёна, я соскучился. Возвращайся. Я буду меньше пить, обещаю. Мне тут совсем есть нечего, мама не хочет мне готовить, а сам я не умею, да и не хочу…
— Нет, Саша, поздно. Я не передумаю.
— Ну, ты… Бросаешь меня одного!
Алёна не стала дальше слушать. Он в своём репертуаре. Хватит. Надо менять свою жизнь, ради сына, ради себя. Ничего, не пропадёт.
Развод прошёл спокойно. Единственное, что расстроило Сашу, что придётся платить алименты, и что нельзя выписать сына из квартиры, пока не пропишется в другом месте. В коридоре суда Алёна увидела мать Саши.
— Ну что, сбежала как крыса? Нашла себе кого-то, и сын мой сразу плохой стал? Может, Ваня вовсе и не от него? Ничему не удивлюсь, я и знала, что ты змея подколодная, не такая жена нужна Сашику…
Алёна ничего не ответила своей уже бывшей свекрови. Пусть живут, как хотят, а у неё начинается новая жизнь!
Алёна перебралась с сыном в квартиру коллеги. Леонид Иванович и Павел помогали с переездом. Все нужные вещи Алёна забрала из Сашиной квартиры. Приезжала вместе с Павлом.
— О, уже новый жених… А тот где, ушатала старичка?
— Успокойся, Саша. Все живы — здоровы.
— Да, я новый мужчина Алёны. И я постараюсь сделать её счастливой!
Алёна с удивлением смотрела на Павла. Новый мужчина… Вот придумал! Специально, наверное, чтобы Саша отстал.
— Павел, это что за новости? Не знала, что у меня мужчина есть. Это специально, моего бывшего позлить?
— Алёна, а я и не шутил. Очень привязался я к тебе, ты прекрасный человек и красивая женщина. Почему бы нам не попробовать начать отношения?
Алёна смущённо ответила согласием. По вечерам они ходили гулять, в кино, часто брали с собой Ваню. Не забывали и Леонида Ивановича.
— Мам, а дядя Паша хочет на тебе пожениться…
— С чего ты взял, Ванюшка?
— Он мне сам сказал. Спрашивал разрешения у меня.
— И что ты ответил?
— Что я не против. Он сказал, что пока это секрет, поняла? Мне он нравится, хороший, не то, что папка…
Алёна и Павел тихонько расписались в Загсе и устроили праздничный ужин в квартире Леонида Ивановича.
— Я рад, дети, что вы нашли друг друга, будьте счастливы! А ты, Алёна, должна мне ещё свой портрет, где ты улыбаешься. Где ты грустная, уже есть, хватит, грусть прошла!
— Дорогой Леонид Иванович! Я вам очень благодарна, что приютили, нашли добрые слова тогда. Вы оказались мне ближе, чем родные люди. Я действительно, достойна лучшей жизни, вы словно открыли мне глаза!
— За вас, мои хорошие! Будьте счастливы!
— Пап, хотим тебе сказать, что уезжаем. Мне предложили работу на севере, и Алёнке место есть. Хотим попробовать там пожить, и поработать. Ванюшка уже себе сапоги и шубу присмотрел, там холодно сейчас.
Леонид Иванович проводил детей в аэропорт и придя домой, сел на диван. На столе остался лежать портрет Алёны, который он нарисовал в первый день знакомства. Это будто было в другой жизни. Теперь глаза Алёны были счастливыми.
А Алёна, летя в самолёте, думала, как непредсказуема жизнь! Она поняла, что давно надо было решиться, и уйти от человека, который думал только о себе, причиняя ей и сыну страдания.
И, правильно сказал Леонид Иванович, выход есть всегда! Каждый человек достоин лучшей жизни!
