В одном городе — Утятинск его название — волшебник вдруг объявился. Самый настоящий — в колпаке остроконечном, с охапкой сертификатов и солидным портфолио. Пришел он откуда-то с севера и поселился на пятом этаже скромного хрущевного терема.
В городе весть о волшебнике передавалась из уст в уста. И все жители хотели сходить к волшебнику — и попросить какого-либо волшебства для улучшения своей жизни. И лучше, конечно, чтобы бесплатно это волшебство сделалось.
А волшебник не желал бесплатно время свое тратить на горожан. Он хоть и был чародеем, но нуждался в человеческом питании и крыше над головой. Себе лично наколдовать материального не умел.
Живет волшебник уже неделю в Утятинске. А к нему только две персоны ходят за деньги.
Теща мэра Элеонора Козявкина ходит. И просит молодильных яблок продать ей побольше. И директор загибающейся конторы по фамилии Гобсеков в тереме все время толчется. У этих персон такое положение, что готовы они платить деньги. Других способов — кроме волшебных — для их запросов не придумало человечество.
Теща Козявкина медицинскими достижениями для молодости пользовалась уже три десятка лет. Прямо все достижения перепробовала. А все равно — не выглядит она молодой красоткой. А даже наоборот. Рот у нее там, где у людей нос. А нос — там, где, кхм, у людей срамное место. Вот и начала она к волшебнику заявляться — выпрашивать молодильные яблоки. Ходит и ходит, просит и просит. Денег полные карманы приносит. А толку все равно нет. Уже с тонну яблок съела, а изменений на копейку — нос чуть только местоположение сменил. Переживает теща — как бы уж живую воду покупать ей не пришлось. А сколько ходить можно? Уже скандалит она и требует книгу жалобную. Утекает ведь время золотое!
И так Козявкина волшебника достала, что выдал он теще вместо яблок волшебный клубочек. Швырнул его с остервенением — как собачники своим игривым питомцам кидают звонкий мяч. Поскакала эта теща за клубочком — и более ее никто не видел в городе. Хотя ходили слухи, что где-то в Тыве похожая по внешним признакам женщина пробегала.
А Гобсеков требовал как-нибудь спасти его контору. И покарать работницу Лошаденко. Мол, он эту женщину трудоустроил, все ей условия создал, а она его контору натурально за месяц утопила. Волшебник шары хрустальные вынул из кармана штанов — и смотрит в шары пристально. И видит Гобсекова в кабинете рабочем. Горячится он, орет. Рядом с ним тетка снулая застыла. Видимо, Лошаденко она и есть.
— Я представлял вас антилопой, Марья Петровна! — орет Гобсеков. — Что вы начнете колотить своими копытами, а на нас повалит финансовое благополучие! Вы что, мультика не смотрели?! Да, именно той антилопой! У вас и фамилия намекала — Лошаденко. А вы? План не выполнили второй месяц. А мы на вас рассчитывали. Мы вам и оклад назначили, и место рабочее выдали. Где деньги, Марь Петровн? Вы нас страшно подвели. Мы все в вас разочарованы! Мы вас накажем! Мы вас то! Мы вас се!
Этому начальнику волшебник сапоги-скороходы выдал. Так и сказал: отдайте вашей несчастной Лошаденко. На курсы для антилоп ее сапоги утащат. Или еще куда — от вас подальше.
А Гобсеков сапог для Лошаденко пожалел и сам их быстренько напялил. Хоть и не его размер был. И сапоги убежали с Гобсековым в неизвестном направлении. Хотя чего это оно неизвестное? Видали Гобсекова в почтовом отделении города Саратов — он оттуда с толстой сумкой на ремне и сапогах выбегал.
Волшебнику надоел город Утятинск страшным образом. Денег в нем нет! А самые богатые персоны разбежались: кто в Саратове, а кто в окрестностях Тывы. И решил он на прощание бесплатно народ обслужить — пусть сарафанное радио работает. Пусть клиентура пустокарманная всем в округе волшебника понахваливает. Знал колдун, что довольный клиент приведет парочку друзей. А недовольный — последних отговорит. И объявил день подарков.
С раннего утра набилось в подъезд к волшебнику народу видимо-невидимо. Все ведь любят бесплатное. И время предновогоднее — самое место для чудес.
Женщины пожилые яблок просят молодильных, женщины молодые — волшебное кольцо. Но непременно с бриллиантом.
Хозяйственные женщины просят скатерть-самобранку.
Женщина-мать с хомяком пришла двухлетним — умоляла накапать ей живой воды для зверушки. И побыстрее — пока дети из школы не вернулись.
Мужчины всех возрастов требовали шапку-невидимку. Чтобы к любовницам незаметно бегать и с работы исчезать. За шапку-невидимку гаишники местные дерутся с этими мужчинами — тоже она им требуется.
Молодожен недовольный еще какой-то к волшебнику ломится — пихает всех локтями и свежее свидетельство о браке показывает. “Требую, — говорит, — с молодухой поработать! Пусть она будет Шахерезадой!”.
Просил гусли-самогуды городской хор пенсионеров. На ковер-самолет подало заявку МУП «Утятинская Автоколонна». Начальник аэропорта пришел — ковер-самолет в бесплатный лизинг выбивает.
Под занавес мэр Утятинска собственной персоной заявился. И просто портфель открыл молча. Мол, все давай. А тещу не надо — пусть дальше бегает.
Волшебнику надоело это все до ужаса. Все орут, все требуют, заявки подают, прошения и постановления. А сосед снизу — нервный мужчина — требует меч-кладенец. И по его взволнованному лицу сразу понятно — для каких именно целей.
Бабка-шептуха с окраины на трамвае прикатила. И какую-то микстурку в бутыле замешивает. Бутыль волшебнику со сладкой улыбкой протягивает. И тоже у нее лицо взволнованное. «Конкурент проклятущий, — шепчет она в ворот дохи собачьей, — допляшешься ты у меня, допрыгаешься».
Надел волшебник шапку-невидимку и удрал подальше из Утятинска. И больше в этом городе никогда-никогда не появлялся. В столицу двинулся — народ там побогаче, пусть и конкуренция посильнее.
