-Папа что, в тюрьме?
Об этом Марина услышала от мальчишек в школе. Не напрямую, нет, только намёки. А когда спросила у них, они смутились и убежали.
-Было бы неплохо, – проворчала бабушка. – Но нет, он просто уехал работать.
-А почему тогда не звонит мне? И не пишет?
Голос Марины дрожал от слёз. Папа был единственным человеком, который её любил, и с тех пор как он перестал ей даже писать, жизнь стала совсем уж невыносимой.
Бабушка пожевала свои губы – Марина терпеть не могла эту её привычку – и сказала:
-Там просто связи нет. И машина за почтой редко приезжает. Напишет.
Было непривычно слышать от бабушки что-то хотя бы нейтральное про папу – она его терпеть не могла и даже не пробовала скрывать это. Она была маминой мамой и считала, что он погубил её дочь. Но это было не так. Бабушке хотелось так думать потому, что она тоже была виновата в том, что случилось. Потому что уехала в город устраивать личную жизнь, познакомившись с дачником Алексеем Егоровичем. Он был слеп на один глаз и обожал рыбалку. Марине он не нравился из-за страшного неподвижного глаза, и она радовалась, когда осенью он возвращался в город. Но в тот год бабушка уехала с ним, и это всё изменило.
Сколько Марина себя помнила, мама всегда была такой: подолгу молчала, лежала в спальне, зашторив окна, плакала. Папа говорил, что мама болеет, но что это за болезнь такая, Марина не знала. Обычно, когда папа уезжал на вахту, к ним переезжала бабушка, но той осенью Марина осталась вдвоём с мамой. Ей было шесть лет, поэтому она не сразу поняла, что случилось, и два дня пыталась разбудить маму, которая была бледная и неподвижная. И только на третий день догадалась позвать соседку.
С тех пор Марина жила с бабушкой, потому что папа часто уезжал. И эта была ужасная жизнь, потому что бабушка ненавидела всех, в том числе и Марину: вечно придиралась к ней, называла ленивой, заставляла делать всю работу по дому и есть суп с луком. И никогда её не обнимала и не говорила, что любит. А Марине этого очень не хватало: только во сне, когда она видела маму, та обнимала её, окутывая теплом и безопасностью.
Папа тоже обнимал Марину. А ещё брал на руки и подкидывал в воздухе, даже когда она подросла.
-Это кто у меня такой красивый! – говорил он.
Марина смеялась и чувствовала себя самой счастливой. Папа всегда рассказывал интересные истории из своей жизни, а когда подолгу был на вахте, присылал длинные письма. Марина по несколько раз в день проверяла почтовый ящик и каждое знала почти наизусть. «Привет, козочка моя золотая!» – так он начинал каждое своё письмо. Почерк у папы был аккуратный, округлый, ни у кого в классе такого не было, даже у самой Марины, которая изо всех сил пыталась писать так же красиво, как и папа.
На этот раз писем долго не было. Она бегала к почтовому ящику, караулила телефон, но папа не отвечал. Бабушка ругалась:
-Хватит бегать, холода домой напускаешь! Уголь ты, что ли, покупала? Или твой папаша безголовый?
Бабушка вечно попрекала Марину деньгами. Марина мечтала, что вырастет, заработает много денег и швырнёт бабушке их в лицо – пусть подавится своими деньгами!
-И телефон не занимай, мне Алексей Егорович будет звонить.
-Сдался тебе этот старик! – огрызалась Марина и получала за это по губам.
Письмо пришло в субботу после обеда. Марина схватила его и долго смотрела на конверт, будто боялась, что он растворится. Потом принялась читать.
«Привет, козочка моя золотая!», – писал папа. Он рассказывал про работу на севере, про снега и льды, про ветра и Белое море.
Марина написала ему ответ и унесла письмо на почту, отдала тёте Люде.
-Сколько марок нужно наклеить?
-Я наклею, беги, детка!
Тётя Люда называла Марину сироткой, и Марина обижалась на это, хотя тётя Люда ей нравилась. Иногда Марина фантазировала, как бы она жила, если бы тётя Люда была её мамой.
Отец долго не приезжал. И писал редко. На вопросы Марины, когда у него будет отпуск, отвечал расплывчато.
«Наверное, это из-за бабушки, – думала Марина. – Она ненавидит его, и папа не хочет сюда приезжать».
И Марина стала тоже ненавидеть бабушку. В ответ. Бабушка ещё больше на неё ругалась, наказывала, ограничивала во всём. И каждый вечер перед сном Марина молилась: хоть бы папа меня забрал, хоть бы папа меня забрал!
Папа забрал её, когда Марина училась в седьмом классе. Приехал внезапно, весёлый и чужой, и сказал, что теперь они будут жить в городе. Бабушка принялась голосить, говорила, что не отпустит Марину, но Марина сказала, что будет жить с папой.
-Ты больше не будешь работать на севере? – спросила Марина у отца.
-Что? На севере? Нет, не буду.
Оказалось, что папа женился. Его жену звали Кристина. Она была красивая и весёлая как тётя Люда. И Марине она понравилась.
-Не хочешь бабушке позвонить? – спрашивала Кристина.
-Не хочу. Я её ненавижу!
-Нельзя так. Она же твоя бабушка. И так много для тебя сделала.
-Да что она сделала? Ругалась на меня вечно! Ненавижу её!
Бабушка сама звонила Марине, но чаще всего Марина притворилась, что спит, или просила Кристину сказать, что её нет дома. Марине хотелось начать новую жизнь с папой, Кристиной и братиком, который скоро должен был родиться, а прошлую жизнь не хотелось вспоминать.
На похороны к бабушке Марина не поехала. Она тогда сдавала выпускные экзамены, и было не до этого. Поехала позже, чтобы разобраться с домом, который бабушка оставила ей в наследство.
Странно, но комнаты, которые в детстве казались просторными, сейчас виделись Марине маленькими, почти кукольными. И везде хлам, который бабушка копила годами: посуда, тряпки, безделушки, книги, какие-то сухоцветы…
Марина открыла один из шкафов, и из неё выпал целый ворох разных бумаг. Она подняла лист, долго смотрела и не могла понять – там несколько раз была написана одна фраза почерком, похожим на папин, но не очень сильно, особенно первые строки. Марина стала проверять другие листы. Там были письма, которые она получала от отца, но только куски: когда слово вырывалось из общего аккуратного строя букв, становилось «бабушкиным», письмо обрывалось. И таких одинаковых писем было много, и много черновиков, на которых выписывались особо трудные слова, подражающие папиному почерку.
В том шкафу Марина нашла стопку своих писем, которые она писала отцу и отдавала тёте Люде. И книжку «Северный дневник» Юрия Казакова. Марина только открыла её и сразу узнала «папины» описания.
Руки дрожали, горло перехватывало. Марина не могла понять, что она чувствовала. Зачем бабушка это делала? Зачем она писала ей письма от имени отца? Почему отец сам не писал? Где он был, пока не женился на Кристине?
В глубине души Марина знала ответы на эти вопросы. И рыдания, которые застряли где-то в районе солнечного сплетения, никак не могли освободиться. Бабушка… Милая бабушка… Почему ты никогда не обнимала меня, не говорила, что любишь? Не умела? Или боялась, что если об этом узнают твои злые духи, то меня тоже заберут, как забрали маму? Ответы на эти вопросы уже не найти. Марина сидела на старом бабушкином ковре, тихонько раскачивалась и очень хотела расплакаться. Но у неё не получалось…
