Немолодая женщина стонала и всхлипывала во сне, а губы её тихо шептали,
— Папа, папа, мне больно!
Муж, похрапывая, повернулся от неё на другой бок.
А она снова наконец очнулась от краткого забытья, чуть не плача.
Уже который день не только колено ноет и бедро, так ещё и плечо ни с того ни с сего разболелось так, что спать невозможно. Никак не примоститься, и так больно, и на спине, и на другом боку.
А муж ворчит в полусне,
— Аня, хватит вертеться, спать не даёшь!
Она кое-как примостила руку на подушку, ногу на сложенное одеяло, и вроде боль затихла.
А на память вдруг пришло, как она болела, да ещё и упала и разбила коленку. Мама тогда ругала маленькую Аню, что она неуклюжая, вечно где-то упадёт или заденет что-то.
Мама у неё была строгая, Аня всегда боялась её расстроить. Она всегда говорила очень правильные вещи, и Аня с детства знала, что она не такая ловкая, как мама, а часто вообще нелепая и слишком медлительная.
— Я тебя, дочка, конечно очень люблю, но… — говорила мама, и вслед за этим следовали долгие перечисления всех её огрехов и неумений. И Аня очень боялась маму огорчить, ведь она такая тоненькая, у нее красивая прическа, волосы уложены волнами, а на губах — розовая помада. От мамы всегда пахнет цветами, это ей папа дарит такие духи. И платья у неё шёлковые, яркие, такие же, как и она сама.
Аня так хотела быть похожей на маму!
Но она, как все говорили, была в папину породу — у неё кость широкая и тоненькой ей не быть никогда. Само слово «порода» напоминало Ане какого-то «урода», и ей казалось, что это про неё так специально говорят, намекают…
Мама правда всем говорила, как она любит свою Анюту и что она сделает из неё человека. И мама и правда старалась, но у неё никак не получалось, потому что Аня не могла стать такой, как было надо…
Маму Аня похоронила недавно, ей было девяносто два. Последние годы мама требовала её вылечить, у неё болело то одно, то другое. Аня очень старалась, но врачи ей намекали, что они не феи и маги, и что у Ирины Семеновны для её возраста шикарное здоровье.
Но мама возмущалась,
— Дети всегда неблагодарные, я для тебя всё делала, чтобы ты выросла по возможности здоровой и симпатичной, хотя мне это нелегко далось. А тебе для матери жалко силы и время тратить…
Когда Анна похоронила маму, у неё осталось чувство вины, что она не смогла для мамы ничего сделать, как ни старалась. И она плакала и жалела её безмерно, она ведь и в старости была красивая, стройная, с благородной сединой в пышных волосах. Анне такой никогда не быть…
А папу Анна не так часто вспоминала, папа умер, когда ей было всего тридцать, у него было больное сердце. Ушёл незаметно, Анна тогда только вышла замуж. Она плакала до сорокового дня, а потом как-то стало спокойнее, она забеременела, родила сына, и счастливая семейная жизнь смягчила потерю…
Конечно она его вспоминала, но только сейчас, мучаясь без сна от боли, она вспомнила, как иногда папа ночами не спал, а сидел в кресле. Говорил, что лежа ему хуже — сердце болит, но это скорой пройдёт.
И тут же папа переходил на Анечкины проблемы. Он любит её такую, какая она была, вместе со всеми недостатками. Точнее, он их не замечал, говорит, что она красавица и умница. Поддерживал и лечил, дул на разбитые коленки, мазал их зелёнкой, утешал и жалел, но очень деликатно и легко.
С ним она всегда была уверенной в себе и в том, что всё будет хорошо.
Просто всё будет хорошо…
И только теперь, когда она стала в том возрасте, до которого папа не дожил, она поняла, какой он был у неё мужественный и как ей не хватает его поддержки…
Потому видимо она и шептала во сне — «папа, мне больно», что знала — лишь он бы смог её утешить…
Анечка с папой
С мужем у Анны всё хорошо, они любят друг друга, но при этом подшучивают и стараются не раскисать. Но иногда так хочется немного жалости и сочувствия…
Утром Анна, совсем для себя неожиданно встала без уже привычной боли в плече и бедре. Странно, она подняла руку, потом присела, но у неё вообще ничего не болело впервые за последние полгода.
Смутно она помнила, как от отчаяния жаловалась папе, как ей больно, и что она стала старая. А потом вроде папа ей даже приснился, впервые за долгие годы.
Он гладил её по голове, как в детстве, и утешал,
— Не бойся, всё проходит, пройдёт и это. А посмотри в окно, какой денёк сегодня! Живи и радуйся, Анечка!
После завтрака Анна Дмитриевна собралась в магазин в каком-то радостном настроении. У подъезда их дома сидел дядя Миша, старенький совсем, он редко теперь выходит. Анна Дмитриевна была рада его видеть, он друг её отца, тоже в этом доме всю жизнь живёт.
— Эх Анютка, Митяй мне сегодня приснился, говорил, передай Анечке моей, что все будет хорошо, а с тобой, говорит, дружище, скоро встретимся, недолго ждать, — улыбался он, глядя на Анну Дмитриевну своими чистыми светлыми глазами.
И она пошла какая то счастливая, немолодая уже женщина, полноватая и не очень красивая, да и ладно, а в душе всё та же девочка…
В магазине пахло свежей выпечкой, и купив необходимое, Анна Дмитриевна вдруг соблазнилась, и положила для себя и мужа в корзину ещё пирожки с курицей и булочки с маком, папа тоже их любил.
Перед ней старенький дедуля неумело пытался оплатить картой свои покупки. Оказалось, что на карте у него нет денег, тогда он достал из кармана трясущейся рукой горсть мелочи, и оглянулся, волнуясь, что очедь задерживает.
У Анны Дмитриевна сердце ухнуло, у него был взгляд, как у её папы, да и вообще он был похож. Если бы папа дожил до старости, наверное он был бы такой же…
— У вас не хватает, — пересчитав мелочь, равнодушно сообщила кассирша. И старик отложил булочки, у него тоже были две булочки с маком, видно он тоже от запаха соблазнился, а денег нет!
— Не убирайте, я оплачу, — Анна Дмитриевна быстро своей картой оплатила и его покупки и свои.
Старик растерялся, а она негромко сказала,
— Здоровья вам, просто вы на моего папу похожи и мне захотелось вас угостить…
Она вышла на улицу и удивилась — дождь кончился, а из-за тучки выглянуло солнце и всё вокруг сверкало от попавших в капли солнечных лучиков…
И так хорошо и радостно было у неё на душе!
Ведь это были знаки, не иначе!
И сон про папу, и его старый друг дядя Миша у подъезда на лавочке. И этот старик в магазине — всё это были знаки от папы. Она всё так же его дочка Анечка и он опять её защищает, папа всегда рядом…
И ей больше не было страшно и тоскливо, что ей уже шестьдесят шесть, ведь папа помог ей сегодня и передал, что всё будет хорошо.
А он никогда свою Анечку не обманывал…
