— Я никогда не приму этот факт! — орала Вика на мать после полученной новости.
— Дочка, пожалуйста, не нужно так реагировать, — просила её Людмила. — Ничего же страшного не произошло, наоборот, у нас радостное событие, и мы делимся им пока только с тобой.
— Ага, прямо радостней не придумаешь, — носилась по комнате девица. — Сначала моя мать отправилась под венец в сорок пять лет, а теперь сообщает о скором рождении брата или сестры.
— Конечно, нужно радоваться, ты старшая, в этом году окончишь школу, отправишься на учебу в институт и, в принципе, будешь к нам приезжать только в качестве гостьи, — рассуждал Иван. — Тебе не придется возиться с малышом, если желания не будет.
— А я смотрю, вы в нашей квартире прямо хозяином себя почувствовали и уже рассказываете мне, как мне быть и что делать, — кричала она в сторону отчима.
— Может и не хозяин, но я муж твоей матери, старше тебя по возрасту и требую элементарного уважения, — пытался сохранять спокойствие Иван.
— Да пошли вы все вместе со своим младенцем, — кричала она, направляясь в сторону двери и хватая по дороге рюкзак. — Не собираюсь я принимать никаких малышей и вас знать не хочу.
Людмила горько разрыдалась от звука захлопнувшейся двери. Муж пытался её успокоить, напоминал, что нервничать нельзя, только женщина не могла себя сдерживать.
— Может и правда не стоило нам в таком возрасте ребёнка заводить? — плакала она. — У Вики сейчас трудный период, как бы чего не натворила.
— Всё будет хорошо, перебесится и домой вернётся, — успокаивал её Иван.
На самом деле он и сам был в этом не полностью уверен, только пытался жену поддерживать и нужные слова подбирать. Они действительно с Людмилой встретились в сознательном возрасте, и решили начать новую жизнь. Она давно мужа потеряла в результате аварии и одна дочь воспитывала. Он постоянно был работой занят, да так и не создал семью. А теперь вдруг оба поняли, что сейчас самое время для счастья и если поторопиться, можно многое успеть.
— Жить будем в нашей квартире, чтобы дочку не травмировать ещё и переездом, — просила Людмила.
— Хорошо, только мне кажется, будет правильным расписаться и строить нормальную семью, — уверенно говорил Иван. — Я постараюсь найти общий язык с твоей дочкой. Она взрослая и серьёзная девочка, поэтому должна нормально воспринимать наличие у матери личной жизни.
Но так только им с Людмилой казалось, потому что Вика появление отчима приняла в штыки и постоянно демарши устраивала по любому поводу. Когда они расписаться решили, девчонка демонстративно проигнорировала это событие и даже не явилась на ужин в ресторан. Полгода после этого прошло, а они так и жили, словно на пороховой бочке. Но настоящий взрыв случился на фоне новости о скором пополнении в семье.
— Нужно первым делом Вике сказать, я боюсь её реакции, — переживала Людмила.
— Всё будет нормально, это вообще чудо, что мы получили возможность стать родителями в таком возрасте, — радовался Иван. — Вика обязательно должна нас поддержать и понять.
Людмила тоже на это отчаянно надеялась, только мечты не сбылись. Вика после устроенного скандала из дома сбежала и на связь не выходила. Людмила переживала, названивала дочери, писала сообщения, а она всё игнорировала.
— Я не знаю, что с ней сделаю после возвращения, — расхаживал по комнате Иван.
— Мы ничего не будем дочке говорить, постараемся найти общий язык и помириться, — просила Людмила. — Вике тяжело, нам её нужно понять и поддержать.
Иван не особенно понимал, в чём тяжесть ситуации для избалованного подростка, но жену расстраивать лишний раз не хотел. Вика вернулась через пару дней, постаралась незаметно проскользнуть в свою комнату и отказывалась реагировать на стуки в дверь матери и отчима.
— Что ты хочешь взамен на спокойствие матери? — спросил Иван, подловив падчерицу поздно вечером на кухне. — Она недавно уснула, плохо себя чувствует и сильно переживает из-за тебя.
— Ничего с ней не случится, — ответила Вика. — Ничего мне от вас не нужно, и ребёнок ваш совершенно не нужен.
— Тогда просто давай будем жить мирно, — предлагал Иван. — Если тебя волнует материальная сторона вопроса, можешь об этом не думать. Я прекрасно обеспечу нашу семью, членом которой и тебя считаю.
— А мне всё равно, что вы там считаете, только я свое мнение менять не собираюсь, и мне не нужно это позорище в виде престарелой матери, ведущей ребёнка в садик, а потом в школу, — шипела Вика.
— Нам по сорок пять лет, и мы вполне сможем вырастить ребенка и поставить его на ноги, так что тебе нет поводов для беспокойства, — не сдавался Иван. — Об одном прошу, не трепи матери нервы, она же душой за тебя болеет.
— Не нужно так переживать, вы свой выбор сделали, а я свой, так что дальше говорить не о чем, — выпалила она и ушла в свою комнату.
На следующее утро Людмила встала раньше, напекла любимых блинчиков дочери.
— Очень мило, — всё равно была недовольна Вика. — Можно было так сильно не утруждаться, я и без вас с голоду не опухну.
— Дочка, мне же просто хотелось тебя побаловать, давай нормально поговорим, — причитала Людмила. — Я тебя люблю и никогда не перестану.
— А вы в курсе, что в таком возрасте велика опасность родить ребёнка с разными синдромами? — била по больному Вика. — Если родится урод, бросите или домой притащите?
— Пошла вон! — окончательно сдали нервы у Ивана. — Кто ты такая, чтобы так издеваться над матерью?
— Что и требовалось доказать, я вам уже никто, а это создание ещё и не родилось, — выпалила она и опять рванула к двери, слыша плач матери.
— Всё будет нормально, нам просто нужно время, — успокаивал жену Иван. — В крайнем случае, заключим с Викой договор и купим ей однушку в обмен на собственное спокойствие.
— Но она моя дочь, как ты этого не понимаешь, — не могла успокоиться Людмила.
— Я всё понимаю, только сделать ничего не могу, — вздыхал мужчина.
Он не терял надежду достучаться до падчерицы. Иван просто не хотел верить, что у Вики нет сердца, должна же она была любить в этой жизни хотя бы кого-то. Только все попытки примириться с девицей заканчивались неудачами и новым скандалом, от которого больше всех страдала Людмила.
— Ничего, значит нужно дождаться рождения малыша, тогда Вика его увидит и обязательно растает, — выдвигал предположения Иван.
Людмила искренне на это надеялась, только старшая дочь не явилась даже на выписку матери и младшей сестры из роддома. На тот момент она перебралась в студенческое общежитие, поступив в колледж. Людмила и Иван предлагали разные варианты с институтом, только Вика принципиально отказалась и сама поступила учиться на швею. Поселилась в ужасном общежитии, помощь не принимала и дома не появлялась. Людмила знала, дочь берёт деньги у бабушки. Людмила оставляла средства матери, чтобы та Вике передала, но не рассказывала, что это от матери.
— А Вика так ни разу и не пришла на Машу посмотреть, — вытирала слезы Людмила. — Малышке уже месяц, а она до сих пор не знакома со своей старшей сестрой.
— Главное, что с ними обеими всё хорошо, остальное потом жизнь поправит, — рассуждал Иван.
Он не хотел жене говорить, что сам нанёс визит директору колледжа и попросил за Викой присматривать за солидное вознаграждение. Она не разрешала матери и отчиму принимать участие в своей жизни, считала себя слишком крутой и независимой. Поэтому они решили тайком ей помогать, не желая давить.
Иван и Людмила очень надеялись, что однажды Вика сама придёт к ним в гости, не будет хамить и оскорблять, а они просто смогут поговорить. Пока она строила из себя слишком взрослую и независимую, родным людям оставалось оберегать её на расстоянии. Другого выбора у них не было, поэтому жили и любили, как умели.
