Прозвенел звонок с последнего урока, и Андрей, собирая в портфель учебники и тетради, спросил Мишу, своего приятеля и соседа по парте: «Ну что, сегодня, как обычно, в девятнадцать покатаем командой?» — «Сорян, — покачал головой Андрей, — не раньше восьми смогу. Мама вчера ногу подвернула, почти ходить не может. Мне Соню надо из художки забрать. Туда-то она сама, а обратно боится — темно.»
«Чего? — Андрей рассмеялся, закинул рюкзак на плечо и махнул Мише — идем! — Ты серьезно? Тебе сколько лет? Пять?» – «Пятнадцать, как и тебе,» — пожал плечами Миша. — «И ты до сих пор мамочку слушаешься? Слать ее лесом не пробовал?» — «Не пробовал. И пробовать не хочу.» — «Ну и зря. Я не в смысле, что прямо вот ругаться надо, нет. Ты же умный парень, объясни ей просто, что ее дочь — ее ответственность. Не твоя. Родительские обязанности есть, а братских — нет. Хочешь ссылку на Семейный кодекс дам? Там ничего про обязанности детей не написано. Это закон!»
«Может, в законе и не написано, — спокойно возразил Миша, — Но помогать друг другу надо. Я не развалюсь оттого, что полчаса прогуляюсь, а мама нервничать не будет.» — «Но ведь ты потратишь свое время! Ты мог бы уроки сделать…» — «За полчаса? Смешно. Тем более, мы с тобой играть собирались в это время.» — «А хоть бы и играть! Ты имеешь право! А мать не имеет права вешать на тебя сестру!» — «Так она и не вешает. Она, кстати, даже не просила меня, я сам предложил. Я же вижу, что она плохо себя чувствует. И закрыли тему!»
Ребята оделись, вышли из школы и хмуро пожали друг другу руки — оба остались недовольны друг другом, хоть ссоры и не произошло. Они разошлись в разные стороны и оба всю дорогу до дома думали об этом споре.
Миша сказал правду: мама предложила Соне сегодня прогулять художественную школу, раз она боится возвращаться одна в темноте, Соня кивнула, но было видно, что она очень расстроилась — у них намечался какой-то интересный мастер-класс. А Миша вспомнил, как месяц назад Соня не пошла на день рождения к подружке, хотя ей очень хотелось.
Тогда у него были очень важные соревнования по тхэквондо, которые проходили в другом городе, до которого надо было добираться на машине больше часа. Или три часа — общественным транспортом. В принципе, он был к этому готов, но его десятилетняя сестра сказала, что это нечестно: мама отвезет ее на праздник, а Миша будет по электричкам прыгать совсем один. Да и «поболеть» за него никто не придет. Поэтому Соня подруге подарит подарок в понедельник, а в субботу они все вместе поедут на соревнования на машине. Тогда Миша оценил эту жертву. На соревнованиях он занял третье место, что было огромной удачей — соперники попались очень сильные — и устал так, что из зала буквально выполз, понимая, что, если бы пришлось обратно ехать снова на маршрутке, электричке, метро и автобусе, он просто рухнул бы от усталости.
И вот теперь мама сидела на больничном, а у Сони мастер-класс в художке. Да хоть бы и просто занятия!.. Миша знал, как это важно для сестры, и сам предложил свою помощь. Сегодня он заберет ее после занятий. И в четверг тоже, если будет нужно. А в пятницу поможет маме дойти до врача: на улице скользко и даже короткий путь до поликлиники — метров сто — может стать для нее опасным.
…А Андрей просто кипел от возмущения — так ему было обидно за друга. Нет, в самом деле! Как так-то? Взрослый парень, почти отличник, спортом занимается — и так прогибаться перед матерью! Сестру он, видите ли, встретить должен! Да не должен он ничего, что за чушь! Он имеет полное право на отдых. А его мать не должна вешать на него свои обязанности. Это ее зона ответственности! И вообще. Миша — несовершеннолетний. Так-то ему вообще нельзя сестру забирать! За нее отвечает мать! Только мать! И уж никак не брат. И это совсем неважно, чем будет заниматься Миша — на тренировку пойдет, уроки будет делать, с друзьями в команде играть в игру на компе или просто спать завалится — это его личное дело. И его личное время, посягать на которое никто не имеет права. Нет, однозначно, надо будет с ним беседу провести.
Сам-то Андрей не лыком шит. Два месяца назад его родители развелись, и отец заявил, что платит достаточно алиментов на двоих детей, чтобы ему «не выносили мозг». Он сказал, что у него есть свои дела, поважнее, поэтому такой ерундой, как, например, сходить на родительское собрание в школе или отвести ребенка в доктору, он заниматься не намерен. Мать, конечно, плакала: и из-за развода переживала, и из-за того, что одна осталась. Как ни крути, с Глебом отец все-таки помогал. А теперь у него должен был родиться другой ребенок… Понятно, что на «бывших» детей времени у него нет…
Мать крутилась, как могла, но все равно не все успевала. И вот неделю назад она попросила Андрея вечером не ходить гулять с друзьями, а посидеть с братом. Ему всего четыре года, он боится оставаться один, а ей надо пару раз задержаться на работе — обещали хорошую премию дать.
Вот тогда Андрей и объяснил ей про права и обязанности. Даже соответствующую статью из Семейного кодекса зачитал, мол, воспитание детей — это обязанность родителей, и не братьев. И вообще. Ему всего пятнадцать. Он сам еще ребенок. Он еще и за себя-то толком отвечать не может, не то, что за брата.
«Слушай, но я же не прошу отвечать! — возмутилась тогда мама. — Он будет играть или мультики смотреть. Просто, чтобы он не один дома оставался. И ужин вам двоим разогреть в микроволновке.» — «О! — расхохотался Андрей. — Еще и ужин ему приготовить!» — «Не приготовить, а разогреть. Тебе какая разница — одну тарелку поставить или две?» — «Большая! Может, я себе шаурму на ужин хочу! А разогревать ничего не хочу! Ни одну тарелку, ни две!» — «Но Андрюша… Я же прошу помочь…» — «А я не обязан! Это только твои проблемы! Почему я, подросток, должен заниматься взрослыми делами? Сама разруливай, раз сама родила. Не знаю, няньку найми, раз премию обещали!» — «Хорошо, — медленно проговорила мама, — Я так и сделаю, пожалуй…»
Вот так, легко и просто, буквально с одного разговора, Андрей пресек все попытки сесть ему на шею. Вернее, посадить туда младшего брата. И — о чудо! — мать действительно нашла няню! Сразу! просто написала в домовый чат и нашлась пожилая соседка, которая согласилась приходить и сидеть с Глебом — довольно спокойным и не капризным ребенком, кстати.
…В конце декабря оба восьмых класса собирались ехать на двухдневную экскурсию в Нижний Новгород, с ночевкой в гостинице. Это было настоящим событием и давно уже обсуждалось среди одноклассников: кто с кем будет сидеть в автобусе, кто с кем будет в одном номере и что взять с собой. «Ничего, — пожала плечами мама, когда Андрей задал ей этот вопрос. — Ты не едешь.» — «Как?» — ахнул он. — Ты что??? Как не еду???»
«Так. Я не могу тебя одного отпустить. Ты еще слишком мал, чтобы ехать так далеко без меня. Ты сам говорил, что даже за себя отвечать не можешь, а твоя безопасность — это моя зона ответственности. Поэтому я подумала и отказалась. Ты не едешь. Да и потом… Эта экскурсия — удовольствие недешевое. Я взяла подработку в расчете на премию — за поездку заплатить и купить вам подарки на Новый год. Но увы… Ее хватило как раз на оплату услуг Валентины Ивановны. Няни — это дорогое удовольствие…» — «Но ты обязана!» — Андрей чуть не плакал, а мама достала из шкафа небольшую новенькую книгу в синей обложке, на которой было написано: «Семейный кодекс» и протянула сыну.
«Покажи, пожалуйста, где написано, что я обязана платить за твою экскурсию и покупать дорогие подарки на Новый год. Я такого, прости, не нашла.»
Андрей молчал. Вот он — свод законов, который он выучил чуть ли не наизусть. И про экскурсию там, действительно, ничего не было. Как и про подарки.
