Валя торопилась домой, прижимая к груди пакет с продуктами. Осенний дождь превратил асфальт в скользкое зеркало. Внезапно серебристая иномарка вылетела из-за поворота. Валя поскользнулась, пытаясь увернуться от огромной лужи, и её ноги подкосились.
Машина была уже в нескольких метрах. Оглушительный визг тормозов разорвал тишину. Мир словно замер. Валя почувствовала, как сердце уходит в пятки, а время замедляется.
Автомобиль остановился в считанных сантиметрах от неё. Дверца распахнулась, и на мокрый асфальт выскочил мужчина. Шатен лет тридцати пяти, в джинсах и светлой рубашке. Его лицо выражало неподдельное беспокойство.
— Господи, вы целы? Я едва успел затормозить! — его голос дрожал от волнения.
Валя, всё ещё находясь в шоковом состоянии, кивнула. Пакет с продуктами лежал на асфальте, содержимое рассыпалось.
— Давайте я помогу собрать, — мужчина опустился на колени, собирая продукты.
Пока он собирал упавшие товары, Валя пыталась прийти в себя. Её куртка промокла насквозь, но это было уже неважно. Она только что избежала страшной аварии.
— Я должен был ехать медленнее, — виновато произнёс мужчина, передавая ей собранный пакет. — Простите меня, пожалуйста.
— Это не ваша вина, — тихо ответила Валя. — Я сама виновата, подскользнулась.
— Нет, я должен был быть внимательнее. Позвольте мне всё компенсировать? Может, подвезти вас до дома?
Валя колебалась. После такого стресса она была не в состоянии идти пешком.
— Только если не быстро, — наконец согласилась она.
В машине было тепло и сухо. Мужчина представился Михаилом. Он рассказал, что едет с работы домой. Разговор помог Вале немного успокоиться.
— Знаете, — сказал Михаил, паркуясь возле её дома, — сегодня я понял, как хрупка человеческая жизнь. Спасибо, что позволили подвезти вас.
Валя улыбнулась, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. Её голос дрожал, когда она заговорила:
— Спасибо вам. Страшно представить, что могло всё быть по-другому. Меня дома маленький сын ждёт… Он, наверное, уже волнуется.
Михаил внимательно посмотрел на неё:
— Сколько ему?
— Четыре года. Оставила его с соседкой, а сама в магазин побежала. Знаете, он такой непоседа.
— Понимаю. Моему племяннику тоже четыре. Он у меня настоящий энерджайзер! — Михаил улыбнулся, вспоминая малыша. — А вы работаете?
— Да, в аптеке фармацевтом. А вы?
— У меня небольшая фирма. Занимаемся ремонтами и изготовлением мебели. Знаете, я люблю создавать что-то своими руками.
Валя кивнула, механически прокручивая в голове привычные мысли. Очередная случайная встреча, которая растворится в потоке дней, не оставив следа. Четыре года одиночества после ухода Руслана научили её не доверять первому впечатлению.
Машина остановилась у знакомого подъезда. Её пальцы уже коснулись дверной ручки, когда голос Михаила заставил её замереть:
— Постойте. Давайте я помогу донести пакеты? И, если позволите, могу купить новые продукты взамен испорченных.
Внутри всё сжалось от противоречивых чувств. Здравый смысл кричал о предосторожности, но что-то в его искреннем взгляде, в том, как дрогнули его губы, когда он произнёс эти слова, заставило её нарушить собственные правила.
— Хорошо, — прошептала она, удивляясь собственному решению. — Второй этаж, квартира двадцать семь.
Пока поднимались в лифте, мужчина молчал, словно чувствуя её настороженность. В квартире он сразу направился к пакетам, а Валя, засуетившись, начала снимать мокрую куртку.
— Может, чаю? — вырвалось у неё неожиданно даже для самой себя.
Он улыбнулся, и в этой улыбке было что-то такое тёплое, располагающее:
— С удовольствием. Только сначала составим список покупок.
***
— Валюша! — голос Нины Петровны раздался из-за двери, прежде чем она успела постучать. — Ну наконец-то! Матвей уже весь извёлся, всё спрашивает, где его мамочка. Сейчас я его приведу.
Валя улыбнулась, чувствуя, как сердце наполняется теплом при мысли о сыне. Она быстро разулась и прошла в комнату, где начала расставлять покупки.
— Иду-иду, мой хороший! — донёсся из коридора голос соседки.
Через мгновение в комнату вбежал маленький мальчик, его глаза светились радостью.
— Мамочка! — закричал он, бросаясь к ней.
Валя подхватила сына на руки, крепко прижимая к себе.
— Мой сладкий! Как ты тут без мамы?
— Хорошо! Мы с Ниной Петровной играли в машинки, — сообщил он, сияя от счастья.
Нина Петровна вошла следом, улыбаясь:
— Такой помощник вырос! Всё мне помогал, даже посуду мыл.
Валя благодарно посмотрела на соседку:
— Спасибо вам большое, Нина Петровна. Вы просто спасительница.
— Да что ты, Валюша, — отмахнулась пожилая женщина. — Мне самой приятно с малышом возиться. Он у тебя такой умница.
***
— Матвей, познакомься, это дядя Миша, — произнесла Валя, стараясь, чтобы её голос звучал как можно непринуждённее. — Он подвёз меня домой.
Сын инстинктивно спрятался за материнскую юбку, выглядывая лишь одним настороженным глазом. Михаил, заметив детскую робость, мягко опустился на корточки, стараясь оказаться на одном уровне с малышом.
В комнате воцарилась недолгая пауза. Михаил внимательно рассматривал игрушки, разбросанные по полу, пока его взгляд не остановился на яркой гоночной машинке.
— Ого, сколько у тебя классных машинок! — произнёс он с искренним восхищением. — А эта, красная, похожа на настоящую гоночную. Угадал?
Матвей неуверенно кивнул, не отходя от матери.
Михаил продолжал:
— Знаешь, когда я был маленьким, у меня тоже была такая. Я представлял, что она участвует в самых важных гонках. А у тебя есть любимая машинка?
Мальчик, всё ещё настороженно, но уже с интересом, посмотрел на незнакомца. Его маленькая ручка чуть заметно дёрнулась в сторону полки с игрушками.
Валя молча наблюдала за этой немой беседой, понимая, что иногда доверие рождается из самых простых вещей — искреннего интереса и умения найти общий язык.
— Это Феррари, — наконец прошептал Матвей, не отрывая взгляда от своей любимой игрушки. — Она самая быстрая.
Михаил улыбнулся:
— Ух ты! А ты знаешь, что Феррари — это настоящая легенда? Может, покажешь мне свою коллекцию?
— Ладно, пойду схожу в магазин. Что тебе купить? — спросил Михаил мальчика, стараясь не давить, но и не терять установившийся контакт.
Матвей на мгновение задумался, перебирая в памяти все сладости и игрушки, которые видел в магазине. Его маленькие пальчики нервно теребили край футболки.
— Может, шоколадку? — неуверенно предложил он, бросая быстрый взгляд на маму.
Валя улыбнулась, наблюдая за этой сценой. Она не ожидала, что её сын так быстро растает перед незнакомцем.
— А давай я куплю тебе что-нибудь особенное? — предложил Михаил. — Может, новую машинку или конструктор?
Глаза мальчика загорелись интересом, но он всё ещё колебался.
— Только если мама разрешит, — тихо добавил он, ища поддержки в материнском взгляде.
Валя кивнула:
— Если дядя Миша хочет, то почему бы и нет. Но только что-нибудь небольшое.
— Договорились! — Михаил поднялся с корточек, стараясь не напугать ребёнка резкими движениями. — Ждите меня здесь. Я быстро.
Когда он вышел, Матвей наконец-то осмелился подойти к тому месту, где только что сидел незнакомец.
— Мам, а дядя Миша хороший? — спросил он шёпотом.
— Надеюсь, сынок, — ответила Валя, обнимая ребёнка. — Мы только познакомились, но кажется он очень добрый и внимательный.
Пока Михаил ходил в магазин, Валя с нежностью помогла сыну переодеться в любимую пижаму с динозаврами, аккуратно расправила все складочки и заботливо пригладила непослушные вихры. Мальчик устроился перед экраном с мультиками, но его внимание постоянно отвлекалось:
— Мам, а дядя Миша ещё придёт?
— А где он живёт?
— У него есть свои дети?
В его любопытных глазках светилась неподдельная заинтересованность. Валя отвечала осторожно, сама не понимая, почему её так тревожит эта ситуация. Как объяснить малышу, что не каждая встреча ведёт к чему-то серьёзному?
Вскоре Михаил вернулся. В руках у него были два пакета. Один содержал купленные по списку продукты, а второй оказался полон сюрпризов для Матвея: сок, печенье, шоколад и маленькая гоночная машинка.
— Это для твоего юного автолюбителя, — с улыбкой сказал он, заметив удивлённый взгляд Вали.
Валя занялась приготовлением ужина. Из соседней комнаты доносились приглушённые голоса: Михаил увлечённо беседовал с Матвеем о мультфильме, и время от времени раздавался звонкий детский смех. Девушка остановилась у плиты, прислушиваясь к этим звукам. Когда в последний раз её сын так открыто и радостно общался с незнакомым человеком? И почему именно сейчас, с этим мужчиной, которого она знает всего несколько часов, между ними возникла такая естественная связь?
Она тихонько заглянула в комнату. Михаил сидел на полу, показывая что-то на телефоне, а Матвей, забыв про свою обычную застенчивость, увлечённо рассказывал о своих игрушках. Его личико светилось от радости.
Валя почувствовала, как в груди разливается странное тепло. Может, она действительно слишком долго держала дистанцию? Может, стоит позволить себе немного поверить в то, что случайная встреча может стать началом чего-то доброго?
Когда ужин был готов, она позвала их к столу. Матвей, сияющий от счастья, уже свободно делился с дядей Мишей своими планами на завтра. А Валя, наблюдая за этой картиной, впервые за долгое время поймала себя на мысли, что, возможно, впереди их ждёт что-то хорошее. И, может быть, не стоит бояться новых встреч и знакомств.
За столом Матвей болтал без умолку. Рассказывал про воспитательницу в детском саду, про друга Петьку, про ненавистный сон час и прогулки во дворе. Михаил внимательно слушал, задавая вопросы, и в его взгляде читалась искренняя заинтересованность. Валя, наблюдая за этой сценой, машинально размешивала чай, не в силах оторвать взгляд от этой необычной картины.
После ужина Матвей начал зевать — усталость после насыщенного дня давала о себе знать. Валя отвела его в комнату, где они делили небольшой диван. Вернувшись на кухню, она застала Михаила за мытьём посуды.
— Оставьте, я сама. Вы и так столько для нас сегодня сделали, — мягко произнесла она, чувствуя неловкость от его заботы.
— Мне не сложно. Вы приготовили ужин, я помыл посуду. Всё честно, — улыбнулся он, не прекращая своего занятия.
Валя не смогла сдержать лёгкой улыбки. В его словах было столько простоты и искренности, что сопротивляться этому обаянию становилось всё труднее.
Мягкий свет лампы создавал уютную атмосферу на кухне. Они сидели за столом, и в воздухе витал аромат свежезаваренного чая. Михаил аккуратно размешал мёд в чашке и пододвинул её ближе к Вале.
— Попробуйте, должно быть очень вкусно, — тихо произнёс он, и в его голосе слышалась забота.
Валя сделала небольшой глоток, чувствуя, как тепло напитка согревает изнутри. Молчание между ними было комфортным, но что-то внутри подталкивало её к откровенности.
— Знаете, — начала она, глядя в окно на сгущающиеся сумерки, — когда я узнала о беременности, всё казалось таким простым и понятным. Мы строили планы, мечтали о будущем… А потом он просто исчез. Словно ребёнка никогда и не было.
Михаил не перебивал, лишь изредка кивая, показывая, что он здесь и слышит каждое её слово. Его присутствие давало ей силы продолжать.
— Я пробовала ходить на свидания, новые знакомтсва… — голос её дрогнул, но она собралась с духом. — Сначала всё красиво: улыбки, комплименты. А потом — стандартная фраза: «Извини, я не готов к серьёзным отношениям с ребёнком».
В её глазах промелькнула боль, но она быстро взяла себя в руки.
— Простите, наверное, не стоило всё это вываливать на вас.
Михаил мягко покачал головой:
— Нет, что вы. Такие вещи важно проговаривать. И знаете что? Вы не одиноки в этом. Многие женщины проходят через подобное.
Он помолчал, подбирая правильные слова:
— А ваш Матвей… Он удивительный ребёнок. Такой же открытый и искренний, как вы.
Валя подняла глаза, впервые за весь разговор встретившись с ним взглядом. В его глазах не было ни капли жалости — только искреннее участие и понимание.
— Спасибо, — прошептала она. — Никто раньше так не говорил.
Михаил улыбнулся тёплой, ободряющей улыбкой:
— Просто я вижу то, что есть на самом деле. У Матвея замечательная мама, а вы — удивительная женщина, которая справляется со всем, что жизнь подбрасывает.
Они ещё долго сидели за столом, разговаривая обо всём на свете. И впервые за долгое время Валя почувствовала, что может быть собой — настоящей, без масок и притворства. В этом человеке она находила то, чего так долго искала — понимание и искреннюю заботу.
Михаил достал телефон и, немного помедлив, посмотрел на Валю:
— Можно ваш номер? Я бы хотел… хотел бы встретиться ещё раз. С вами и с Матвеем.
Его голос звучал искренне, без тени сомнения или расчёта. Валя замерла на мгновение, чувствуя, как внутри что-то дрогнуло. За последние годы она привыкла к тому, что мужчины исчезали, едва узнав о сыне. А этот человек…
— Хорошо, — тихо произнесла она, продиктовав свой номер.
Михаил тут же позвонил, чтобы сохранить контакт в обоих телефонах. Его пальцы слегка дрожали, когда он набирал цифры.
— Знаете, — сказал он, убирая телефон в карман, — на выходных открывается новый зоопарк. Может, сходим туда все вместе? Матвею должно понравиться.
Валя колебалась всего секунду:
— Это было бы здорово. Он обожает животных.
Михаил улыбнулся, и в этой улыбке было что-то такое тёплое и искреннее, что Валя вдруг почувствовала, как напряжение покидает её тело.
— Тогда договорились. Я заеду за вами в субботу утром?
— Да, — кивнула она, — будет здорово.
Когда Михаил уже стоял у двери, он обернулся:
— Спасибо вам за этот вечер. Он был… особенным.
Валя улыбнулась, чувствуя, как в груди расцветает робкая надежда:
— Спасибо вам. И вам тоже.
Мысли кружились в голове Вали. Она не могла поверить в происходящее. Столько лет она жила с ощущением собственной неполноценности, с клеймом «мать-одиночка с прицепом», как цинично выражались некоторые.
«Может ли это быть правдой?» — думала она. В памяти всплывали воспоминания о предыдущих встречах. Все они начинались одинаково: цветы, комплименты, обещания. А заканчивались одним и тем же — холодным «извини, я не готов к чужому ребёнку». Или ещё хуже — шепотками за спиной, пренебрежительными взглядами, когда они с Матвеем появлялись вместе.
Валя глубоко вздохнула, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Впервые за долгое время она позволила себе поверить, что счастье возможно. Возможно, если ты открыт сердцем и готов принимать людей такими, какие они есть. Возможно, если ты сам умеешь любить по-настоящему.
На цыпочках она подошла к комнате и замерла на пороге, любуясь спящим сыном. Матвей выглядел таким беззащитным и умиротворённым — его маленькие пальчики нежно поддерживали головку, а на лице застыла лёгкая улыбка. Она присела на край дивана, стараясь не разбудить сына. Её пальцы невесомо скользнули по его мягким волосам, и на мгновение Валя позволила себе помечтать. Может быть, действительно начинается новая глава их жизни?
Но тут же реальность холодным душем окатила её мысли. Сколько раз она уже обманывалась, позволяя себе надеяться?
Телефон в кармане завибрировал. На экране светилось сообщение от Михаила: «Спокойной ночи. До завтра».
Она выключила свет и вышла из комнаты, тихо притворив за собой дверь. Завтра будет новый день, и он принесёт ответы на все вопросы. А пока… пока можно позволить себе немного поверить в чудо.
***
Утреннее солнце робко заглядывало в окно, рисуя на стене причудливые узоры. Матвей сидел за столом, сосредоточенно поедая кашу, когда вдруг поднял глаза на маму.
— Мам, а он правда придёт? — в его голосе слышалась детская наивная надежда.
Валя улыбнулась, стараясь скрыть волнение:
— Надеюсь. Обещал нас сводить в зоопарк.
Матвей помедлил, ковыряя ложкой в тарелке, а потом произнёс то, что заставило Валю застыть:
— Мой папа тоже мне обещал зоопарк, но не пришёл.
Сердце девушки сжалось от боли. Она не ожидала такого вопроса. Все эти годы она убеждала себя, что сын слишком мал, чтобы помнить отца, что детские воспоминания стираются со временем. Но дети хранят в своей памяти гораздо больше, чем думают взрослые.
Несколько мгновений она молча смотрела на сына, не зная, что ответить. Как объяснить маленькому человечку, что некоторые люди могут не сдерживать свои обещания ?
— Знаешь, — наконец тихо произнесла она, — иногда люди дают обещания, которые не могут выполнить. Но я думаю, дядя Миша — другой. Он обещал, и я верю, что он придёт.
Она присела рядом с сыном, обняла его:
— А пока давай доедим кашу. В зоопарке будет много интересного, и нам нужно набраться сил.
Матвей прижался к маме, и на его лице снова появилась улыбка.
Телефон зазвонил ровно в десять. Валя взглянула на экран и улыбнулась.
— Вы ещё не передумали насчёт зоопарка? — раздался в трубке бодрый, уверенный голос Михаила. — Я буду через полчаса.
У неё внутри что-то дрогнуло от облегчения. Она не призналась бы даже самой себе, но где-то в глубине души всё же таилась маленькая искорка сомнения.
— Нет, мы ждём, — ответила она, стараясь, чтобы голос звужал спокойно. — Матвей уже готов.
В этот момент из комнаты выбежал сын, на ходу застёгивая курточку.
— Мам, он пришёл?
— Ещё нет, но скоро будет, — Валя потрепала его по голове. — Иди пока обувайся.
Через двадцать минут во дворе остановился знакомый автомобиль. Матвей, увидев его, радостно подпрыгнул:
— Это он! Это дядя Миша!
Валя открыла дверь машины. Михаил улыбнулся:
— Готовы к приключениям?
Матвей первым запрыгнул на заднее сиденье, и Валя заметила, как легко и естественно они общаются. В зеркале заднего вида она увидела, как сын что-то оживлённо рассказывает, а Михаил внимательно слушает, кивая в ответ.
Дорога до зоопарка прошла в весёлой беседе. Михаил рассказывал забавные истории, и даже Валя, которая обычно была сдержаннее, не могла удержаться от улыбки.
У входа в зоопарк Матвей буквально подпрыгивал от нетерпения. Пока они покупали билеты, он не переставал задавать вопросы:
— А там есть тигры? А обезьяны? А можно покормить зверей?
Михаил наклонился к нему:
— Обещаю, сегодня ты увидишь столько интересного, что даже устанешь рассказывать об этом вечером.
Валя шла чуть позади, наблюдая за ними.
В зоопарке царило оживление. Матвей, словно маленький вихрь, носился от одной клетки к другой, с восторгом наблюдая за животными. Михаил шёл рядом, рассказывая интересные факты о каждом обитателе зоопарка.
— Смотри, Матвей, это белый медведь! — Михаил указал на могучего зверя. — Знаешь, он может проплыть под водой целых пять километров!
Мальчик замер, широко раскрыв глаза:
— Не может быть!
— Честное слово! — улыбнулся Михаил. — Хочешь, я расскажу тебе, как они охотятся?
Девушку удивляло, насколько легко и естественно Михаил находил общий язык с её сыном. Он не просто отвечал на вопросы, а увлекал мальчика в удивительный мир животных, превращая обычную прогулку в настоящее приключение.
У вольера с обезьянами Матвей остановился:
— Дядя Миша, а можно их покормить?
— Пойдём узнаем, — предложил Михаил и, обратившись к смотрительнице, выяснил, какие угощения можно купить для приматов.
Пока они ждали своей очереди, Михаил наклонился к мальчику:
— Знаешь, Матвей, животные очень похожи на людей. У них тоже есть семьи, друзья, они заботятся друг о друге.
Валя не могла не заметить, как внимательно сын слушает каждое его слово.
После кормления обезьян они зашли в кафе перекусить. Матвей, раскрасневшийся и возбуждённый, делился впечатлениями:
— Дядя Миша, а можно мы ещё придём сюда?
Михаил улыбнулся:
— Если мама не против, можем устраивать такие прогулки почаще.
К вечеру, когда они возвращались домой, Матвей уже клевал носом. В машине было тихо, только иногда мальчик что-то бормотал во сне.
У подъезда Михаил помог достать вещи:
— Спасибо вам за этот день, — искренне сказала Валя. — Матвей в восторге.
— Это вам спасибо, — ответил Михаил. — Я давно так не веселился.
Он посмотрел на Валю долгим взглядом:
— Может, как-нибудь повторим? В следующий раз можно пойти в кино или в игровую комнату.
Валя колебалась всего мгновение:
— Можно конечно. Если вас это не затруднит.
Михаил улыбнулся, и в этой улыбке было что-то такое, от чего её сердце забилось чаще.
— Тогда до встречи, — сказал он, открывая дверь подъезда.
Матвей, проснувшийся от движения, вдруг оживился:
— Дядя Миша, приходи к нам ещё!
— Обязательно приду, — ответил Михаил, глядя на Валю. — Обязательно.
Валя замерла, её руки слегка дрожали, а в глазах читался немой страх. Слова вырвались сами, словно прорвав плотину долго сдерживаемых эмоций:
— Я боюсь… — прошептала она, опустив взгляд.
Михаил внимательно смотрел на неё, не перебивая.
— Чего именно? — спросил он мягко, давая ей возможность высказаться.
— Что ты уйдёшь, — призналась Валя, с трудом справляясь с комом в горле. — Матвей так легко к тебе привязался… А если ты вдруг исчезнешь из нашей жизни? Он и так постоянно спрашивает об отце, а если ещё и ты… Он ведь такой ранимый, такой доверчивый.
Её голос дрогнул, но она продолжала:
— Я не хочу, чтобы он снова переживал боль утраты. Не хочу, чтобы его маленькое сердечко разбивалось из-за очередного разочарования.
Михаил подошёл ближе, но не стал её обнимать — он чувствовал, что сейчас ей нужно пространство для откровенности.
— Понимаю, — тихо произнёс он. — Понимаю твой страх. Но знаешь что? Я здесь не ради забавы. И не собираюсь причинять боль ни тебе, ни Матвею.
Он помолчал, подбирая слова:
— Я вижу, как вы двое дороги друг другу. И я не хочу быть просто ещё одним именем в списке разочарований. Я хочу быть частью вашей жизни — настоящей, искренней частью.
Валя подняла глаза, в которых читалась надежда, смешанная с недоверием.
— Обещаешь? — спросила она почти шёпотом.
Михаил кивнул:
— Обещаю. Я не идеален, но я честен с вами. И я намерен доказать свои слова поступками, а не просто словами.
В его глазах Валя увидела искренность, и впервые за долгое время её страх начал отступать, уступая место робкой надежде на лучшее будущее.
Валя нервно усмехнулась, глядя в сторону:
— И тебя никак не смущает мой «прицеп»? — в её голосе прозвучала горечь, которую она не смогла скрыть.
Михаил нахмурился, его взгляд стал серьёзным:
— Матвей — не «прицеп»! — твёрдо произнёс он. — Это оскорбительное слово, и я не понимаю, как ты можешь так говорить.
Он помолчал, собираясь с мыслями:
— У меня нет детей, не сложилось, — просто сказал он. — Но знаешь что? Я никогда не считал наличие ребёнка у женщины недостатком. Наоборот, это показывает её силу, её способность справляться с трудностями.
Валя подняла глаза, в которых читалось недоверие:
— Многие так говорят поначалу…
Михаил покачал головой:
— Я не «многие». Я говорю то, что думаю. Матвей — замечательный мальчик. И он часть твоей жизни, важная часть. Я не собираюсь делить тебя на «ты» и «твой сын». Вы единое целое, и я принимаю вас такими, какие вы есть.
Его слова повисли в воздухе, и Валя почувствовала, как что-то внутри неё начинает оттаивать. Она не привыкла к такой честности, к такому открытому принятию.
— Прости, — тихо сказала она. — Просто… слишком часто слышала обратное.
Михаил мягко улыбнулся:
— Понимаю. Но давай попробуем верить в лучшее? Без ярлыков и предрассудков?
Валя кивнула, чувствуя, как напряжение постепенно покидает её тело. Возможно, он действительно другой. Возможно, стоит дать ему шанс.
