Истории

Худая длинноволосая женщина со следами былой красоты с нежностью смотрела на молодого красивого мужчину.

— Мне нравится этот парень! – грубо хохотнул Иван Петрович Пуговкин и хлопнул Артема по спине.

-Если ты свяжешься с ним, ты нам больше не дочь, — грохнул кулаком по столу отец Светланы.

Ну вот и всё! Вадим, как смог, приподнялся на своём инвалидном кресле и резким движением распахнул створку

Вдоль кромки поля, засеянного золотистой пшеницей, вела узкая проселочная дорога. По этой дороге, поднимая

В темной комнате с полуразвалившейся стеной передвигалась фигура неопределенного пола. Нужно было хорошенечко

– А у меня сын приедет, вот колбаски возьму. Мария Петровна уж не первому знакомому рассказывала эту новость.

– Мам, ну сколько можно лежать у телевизора? Пошла б – погуляла… Там морозит совсем чуть-чуть

– Чего рассказать-то тебе хотела … Бовариха взяла себе дачников на постой. Студенты. Вчера иду

– Что, Том, дочку ждёшь? Запасаешься? Перед своей недавно окрашенной калиткой встретилась Тамара с соседкой Ириной.

Она сидела на кассе. Именно такая, какая Леониду вполне подходила – тихая, неуверенная в себе, не особо красивая.

– Капусту-то убрала ли? – Нет. Пусть поторчит ещё. Морозов не предвидится. – Это как это не предвидится

– Чего, не спится? – Да разве тут уснёшь, всё мать перед глазами. Не могу я, Миш. Чуть светало.

– Ты летал раньше? – Конечно. У нас иначе никак. И на кукурузниках приходилось, и на вертолете.

– Мам, я все думаю, а почему ты не хочешь съездить? Неужели совсем не тянет? – Да что ты, Наташ!

Денег катастрофически не хватало. Но они ходили по рынку. Арсению нужны были новые сапоги. Старые стали

– Вставай, девонька моя, вставай … Пора уж. Чуть светало. В избе и за окном тишина. Мать громко

– Ангелина Игнатьевна, Ангелина Игнатьевна! По длинному коридору родильного дома быстро, как могла, шла