Надежда прекрасно помнила своё детство. Когда мать снова появилась в ее жизни, Наде было сорок. Мать позвонила.
Семья, была совершенно обычной. Жили хорошо. Ездили отдыхать к морю. Отца Нади не стало, когда ей исполнилось двенадцать. Авария на заводе. Семье выплатили небольшую компенсацию. Счастливые моменты детства Надежды закончились. Мать с горя начала пить. Ее ничего не останавливало. Потеряла работу, а Надя вынуждена была жить с бабушкой, матерью отца. Там и без нее ртов хватало, но бабушка ее взяла.
Пять лет Надя жила у нее вместе с тётей Леной и ее детьми. Бабушка ее любила, а вот сестра отца все время норовила обидеть, едой попрекала. Двоюродные сестра и два брата могли и стукнуть, когда бабушка не видела. Из-за этого Надя всегда старалась быть рядом с бабушкой, помогала ей во всем.
Надя поступила в училище в областном центре. Бабушка помогла деньгами, а потом её не стало. Приезжать даже на каникулы стало некуда. К матери? Она и трезвой не бывает. Пыталась Надя к ней ходить, тянуло в родной дом, но вряд ли мать это запомнила.
После смерти бабушки её и в доме тётки не ждали. Деньги пришлось зарабатывать самой. Надя бралась за любую работу.
Встреча с Максимом произошла ещё во время учёбы в училище. Парень тоже подрабатывал везде. Выглядел всегда уставшим. Однажды заснул на лекции. Преподаватель сделал вид, что не заметил, да и строго с него не спрашивал, понимал. Максима воспитывала одна мать, у которой была уже последняя стадия рака. Надя считала оставшиеся деньги на обед в столовой училища, хватало только на макароны. Купила. Максим подсел к ней и поделился котлетой, две купил. Так завязалось их знакомство и дружба. Сначала была только дружба, стали даже работать вместе. После училища надо было искать работу по профессии, жилье, начинать взрослую жизнь. Максим предложил переехать к нему. Старая пятиэтажка, квартира на втором этаже, сырость осенью, холод зимой, зато крыша над головой.
— У нас с мамой две комнаты. В одной она, но я могу на кухне спать, мне так удобней. А тебе диван. Мы справимся. Только прости, но тут беспорядок. Я не успеваю, а мама совсем не может.
Мать Максима обрадовалась, сын не один остаётся, ей было уже совсем тяжело, часто вызывали скорую.
— Вы бы поженились, пока я живая. Привёл девушку, значит надо жениться. Нехорошо так жить. Она и в доме прибрала, и готовит на всех.
И они поженились. Мать Максима умерла через месяц после их тихой свадьбы.
— Надя, у нас ведь еще и дача есть.
— Дача?
— Я совсем про неё забыл, мама болела, я учился, работал, не до неё было. А вот сейчас в наследство вступать.
Дачу они оставили, а квартиру хотелось поменять. Дом старый, сырость, грибок. Работали, копили. Максим брал дополнительные смены, Надежда старалась на всем экономить. Огород дачный помогал, картошка и овощи свои.
Дачные соседи стали вместо маленьких дачных домиков строить большие, для круглогодичного проживания. Участки позволяли. Максим тоже захотел дом.
— А я согласна. Я же из деревни. И дети обрадуются, им тут нравится.
Все накопления вложили в стройку, в кредит влезли, а когда переехали, то и квартиру продали. Недорого, но кредиты погасили. Дети помогали в обустройстве дома.
Звонок матери раздался неожиданно.
— Дочь, прости меня. Не хотела тебе звонить, стыдно очень. Не вешай трубку, я ничего не прошу. Мне осталось совсем немного, я уже не пью. Последние дни. Мне надо отдать тебе долг. – мать плакала. – Этим не откупишься, но завещание я написала. Ты не удивляйся. Я пила, но так получилось. Мой дом, и ещё два дома. Это от моих мужей осталось. Я еще два раза замужем была, кроме твоего отца. Делай с ними, что хочешь.
А у нас в лесу лисички.
Надя и сама расплакалась. Ей так не хватало матери. Максим её успокаивал.
— Тебе надо поехать, иначе потом ты не простишь себе. Последние дни, может месяц. Вместе поедем я так и не знаком с ней. Может придётся забрать её к себе.
Мать Надежды лежала в больнице, похудевшая, тёмные круги под глазами, сухая жёлтая кожа.
— Прости, дочка.
Это были последние ее слова.
Похороны, поминки, все прошло. После похорон появилась тётя Лена. Та самая. Деревня одна.
— Надежда! Пора долги отдавать. Я тебя воспитывала, кормила, поила, в люди вывела. Была тебе вместо матери. Считай, что это компенсация за те годы. Дом твоей матери не надо, он старый, а вот два дома оставь братьям. Они женились, у них семьи, а скитаются в городе по съёмным квартирам. Как только вступишь в наследство, то сразу сделай им подарки. Они сейчас пустуют, там ремонты нужны, мои мальчики этим и займутся. Как раз весной и начнём обустройство.
— Вы меня не содержали, это делала бабушка. И почему я должна давать что-то братьями, которые меня били и портили мне тетради.
— Это было детство. Не надо обижаться. Все уже взрослые, все серьёзные стали. В апреле оформляем документы, а пока я пошла. Мы тебя ждём. А дом матери можешь продать. У вас и так много богатства. Парни мои справки навели о тебе. Дом огромный, машина хорошая. Машину я и сама вижу. Не поверила им, но теперь вижу. Дочь алкоголички, а воспитание моё.
— Меня бабушка воспитала, а после её смерти никто не помогал. Сами работали и сами добились.
— А воспитание моё!
***
Через полгода тётя Лена позвонила и орала. Она уже растрезвонила всей деревне, что сыновья дома будут продавать. Будут в городе брать ипотеку на эти деньги. Дома продавались, и покупатели были. Только продавала их Надежда. Все три дома! Какая несправедливость! Дочь алкоголички, которую она вырастила, в люди вывела, не хочет делиться. А ведь богатая! Нет в жизни справедливости. Её сыновья старше Надежды, но ничего ещё не добились, квартир нет, машин нет, живут на съёмных квартирах, ездят на автобусе. А тут! И делиться не хочет. А ведь должна!
Надежда не считала, что должна тёте и её сыновьям. Ничего не должна. А если вспомнить все старое, то и общаться не должна.
