Роман открыл дверь, пришел сын Денис с занятий из института, было уже поздно, но отец знал, что у него есть девушка, и они иногда гуляют, ходят в кино, поэтому и не удивился.
Денис хитро улыбался, когда пил чай на кухне:
— Па, подкинь денег, — сын первокурсник физмата. — Завтра же День святого Валентина. Мне надо Вике цветы купить, ну и какую-нибудь прикольную валентинку.
Отец, допивший вечерний чай, полез в карман и протянул сложенную пополам тысячу:
— Держи. Хватит?
Денис отрицательно покачал головой, глядя на купюру.
— Хм… Вика — это та блондинка что ли? — спросил отец.
— А тебе что, не нравятся блондинки? — Денис прищурился с вызовом.
Отец усмехнулся, откинулся на спинку стула и понизил голос до заговорщицкого шепота:
— Сын, я открою тебе одну великую тайну. Только маме не говори, ладно? Мужчинам в моём возрасте… — он сделал театральную паузу, — нравятся исключительно все восемнадцатилетние девушки. Не зависимо от масти.
Денис фыркнул, потом расхохотался. Отец захохотал следом, хлопнув ладонью по столу. На миг они стали не родителем и ребёнком, а двумя мужиками, которые понимали друг друга без лишних слов.
— Ладно, держи, Ромео, — отец достал пятитысячную купюру, — кроме цветов и валентинки купи какой-нибудь подарок своей Вике, или своди в кафе.
Денис сунул деньги в карман.
— Па, спасибо, ты у меня лучший.
— Ладно, иди спать, — проговорил улыбаясь отец, а мать стояла в дверях кухни и наблюдала за своими любимыми мужчинами.
— Слушай… А ты вообще знаешь, кто такой этот Валентин? – спросил отец.
Вопрос застал врасплох. Денис замер, почесал затылок.
— Ну… святой… всех влюблённых, — он пожал плечом. — Валентинки же дарят.
— Ну понятно… — А вот я, когда на третьем курсе учился, в первый раз услышал об этом празднике, — задумчиво протянул отец. — Совершенно случайно.
Он замолчал, и перед глазами вдруг встало прошлое. Начало девяностых. Обшарпанный политех. Объявление на дверях, напечатанное на жёлтой бумаге: «14 февраля во Дворце студентов дискотека, посвящённая Дню святого Валентина».
— Я тогда сначала подумал, что это какая-то секта, — продолжил Роман, улыбаясь собственным воспоминаниям. — Представляешь? Пошёл в библиотеку, взял энциклопедию. Интернета-то у нас тогда — кот наплакал, зачаточное состояние. Сидел, читал про этого Валентина. Еще удивился тогда: раз день святого, значит – это религиозный праздник, и причем тут дискотека… Этой сейчас даже маленькие знают об этом празднике. А я тогда знал только про Татьяну, что она студентов покровительница, ну и про Николая Чудотворца. А про влюблённых — ни-ни. Тогда и узнал, что святой Валентин считается покровителем всех влюбленных и его день в Европе отмечают уже семь столетий.
— И… — спросил заинтригованный сын.
— И пошёл я на эту дискотеку. Но не дошёл, — Роман посмотрел на сына с какой-то новой, мягкой улыбкой, потом на жену, она тоже слушала внимательно и улыбалась. — Вышел из общежития, а она сидит на лавочке возле тополей. Плачет. – Роман кивнул в сторону жены, — сумочку у неё украли. Студентка из педагогического. Лика её звали.
Денис вдруг понял, почему мать до сих пор хранит тот странный самодельный конвертик со старой открыткой.
— И что ты сделал?
— А то и сделал. Купил ей не цветы и не открытку. Купил новый кошелёк. И пирожок с повидлом. — Отец хитро прищурился. — Самый прикольный Валентин получился…
Денис отправился спать, Жена убрала чайные чашки со стола, что-то еще ковырялась на кухне, а Роман сидел в комнате перед телевизором и вспомнил тот день…
— Тебя кто-то обидел, — остановился Ромка возле скамейки, — почему ты плачешь? — спросил тогда он, присаживаясь рядом.
Лика подняла заплаканное лицо. Даже опухшие от слез глаза не могли испортить её красивые голубые глаза с длинными ресницами.
— Сумочку украли, — всхлипнула она. — Там и деньги, и студенческий, и косметичка. А мне надо к бабушке ехать. Родители у меня в другом городе, далеко. А здесь, недалеко, в поселке бабушка Фая живет. Я к ней хотела, на выходные обещала приехать, а теперь… — она разрыдалась с новой силой.
Роман, который никогда не славился особой смелостью перед слезами девушек, вдруг почувствовал в груди что-то незнакомое. Не жалость даже — желание защитить. Он выпрямился и сказал то, чему сам удивился через секунду:
— А давай я с тобой поеду? На автобусе. Денег у меня как раз на билеты хватит.
Лика удивленно моргнула, размазывая слезы по щекам.
— Ты серьезно? Мы же даже не знакомы.
— А давай познакомимся, — Роман протянул руку. — Я — Роман. Студент политеха, третий курс, специальность — технология машиностроения, — он улыбнулся.
Лика несмело вложила свою ладошку в его широкую ладонь и слабо улыбнулась.
— Лика. Педагогический, первый курс.
— Ну вот, Лика из педагогического, — он помог ей подняться. — Пошли, а то последний автобус уйдет и мы опоздаем, сейчас я тебе пирожок с повидлом куплю, — больше ничего не мог придумать, чтобы ее успокоить.
До автостанции дошли быстро. Роман купил два билета до поселка, в дорожном ларьке взял два пирожка с повидлом и бутылку газировки. В стареньком, дребезжащем автобусе они сели у окна. Лика постепенно успокоилась, рассказывала, как любит бабушкины пироги с черникой и как бабуля Фая каждое лето варит варенье из крыжовника, густое, изумрудное, лучше всякого магазинного. Как занималась фигурным катанием, но потом бросила, времени не хватало. А родители ее живут в небольшом городе, у нее есть две сестренки — Оля и Наташка.
Роман слушал и не мог наглядеться на то, как она оживает, как блестят её глаза, когда говорит о доме. Он тоже рассказал о своей семье, живет в городе с родителями и здесь же учится.
Потом заговорили о любимых фильмах, но в какой-то момент Лика вдруг замолчала и задремала, положив голову ему на плечо.
А Ромка весь остаток пути боялся пошевелиться, чтобы не разбудить ее. Но когда стали подъезжать к поселку, легонько разбудил ее.
— Лика, просыпайся нам с тобой скоро выходить.
ужинали на кухне, бабушка нажарила блинов
Поселок оказался небольшим, с покосившимися заборами и огромными старыми тополями. Дом бабушки Фаи стоял в самом конце, синий, с резными наличниками и неизменным палисадником, где даже в феврале угадывались под снегом кусты сирени.
Бабушка Фая открыла дверь в стеганой ватной душегрейке, так она ее называла, с седыми кудряшками, выбивающимися из-под платка. Увидев внучку, сначала обрадовалась. Потом увидела Романа, удивилась.
— Это кто такой, Лика? Ты ж говорила, одна приедешь!
Лика, краснея, выложила историю: сумочка, деньги, студенческий билет, добрый человек вызвался помочь. Бабушка Фая слушала, поджав губы, потом вздохнула и покачала головой:
— Эх, внучка-растеряха. Вся в меня в молодости, — и неожиданно мягко добавила, — проходите, молодые люди. Я сейчас накормлю вас.
Ужинали на кухне, пахнущей яблоками и мятой. Бабушка нажарила блинов, достала из погреба пару банок с вареньем, банку маринованных опят. Разговорились. Баба Фая расспрашивала Романа про родителей, про учебу, слушала внимательно, кивала. После ужина Лика с Ромкой вышли во двор, постояли у колодца, посмотрели на звезды, которые в поселке были яркими, как в детстве. Роман взял Лику за руку, она не отняла и вышли за калитку, прогуляться.
Вернулись в дом. Бабушка уже стелила постели.
— Ликуша, ты спи в своей комнатке, я тебе свежее белье постелила, — сказала бабушка. Потом повернулась к Роману, стоявшему в дверях со смущенным видом.
— А ты, добрый рыцарь, — она указала на лежанку за русской печью, — будешь спать там. И смотри у меня — ни-ни…
Роман открыл рот, чтобы спросить, «что именно ни-ни», но бабушка Фая опередила его, указав на кочергу:
— Лика у нас девушка скромная, порядочная. Из благопристойной семьи. До свадьбы ничего такого не позволит. И ты, значит, не позволяй. А если увижу, — она вновь глянула на кочергу, — то я тебя этой самой кочергой отхожу так, что долго будешь помнить.
Роман кивнул.
— Бабушка Фая, я человек честный. Я только… ну… то есть…я же помочь…
— Вот и молодец, что честный, — кивнула баба Фая и для убедительности погрозила пальцем. — Ступай. Завтра блины с черникой будем есть.
— Бабуль, Рома хороший, — заступилась за него Лика, — ну чего ты его пугаешь?
— Я вовсе не пугаю, а просто предупреждаю, — лукаво улыбнулась баба Фая. — Ну так, на всякий случай…
Он лег на жесткую, но уютную лежанку. За печкой было тепло, пахло сушеными травами. Сквозь тонкую стенку слышался тихий голос Лики и бабушки, они о чем-то тихо говорили.
Роман лежал с открытыми глазами и впервые в жизни понял, что дискотека, на которую он так и не попал, и День святого Валентина были лучшими в его жизни. А кочерга, стоявшая в углу, почему-то совсем не пугала.
Он улыбнулся в темноте и закрыл глаза. Лика ему нравилась все больше и больше, сердце радостно прыгало от того, что там в маленькой комнате спит она. Следующий день они провели в поселке, гуляли, играли в снежки, даже на санках покатались с горки, и уже оба знали, что любовь ходит за ними по пятам… Ближе к вечеру ехали в город, он к себе домой, она в общежитие.
С тех пор прошло двадцать семь лет, они уже два года назад отметили серебряную свадьбу. А он всегда благодарит святого Валентина, что в свой день познакомил его с лучшей и самой любимой женщиной на свете.
