— Надюша, дорогая моя, выручай!
Галина Семёновна позвонила в дверь рано утром, когда молодая женщина крепко спала и поэтому хотела ответить таким же крепким словом потревожившей. Но увидев заплаканную соседку, промолчала, хотя и хотелось выпустить пар, рассказать всему миру, что утренний сон священен, прерывать его страшный грех.
— Сестра заболела — вытирала слёзы пожилая женщина, всхлипывая — срочно выезжаю к ней, а у меня на даче Платоша один остался. Вчера вечером ушёл на гулянки, так и не вернулся, пришлось без него в город уехать. Боюсь, что сгинет там от голода и холода без меня, пожалуйста, съезди и забери его домой.
Платон был любимым котом Галины Семеновны, здоровым как конь и упитанным как два Карлсона, и мог на своих запасах прожить месяц и это пошло бы ему только на пользу. Сошел жирок с боков, постройнел и похорошел, как хорошеют мужчины среднего возраста, занявшиеся своим телом. (Таких немного, но они есть, и смотреть на них очень приятно, 😉 черт побери.)
Плавно возвращаемся к Платону, он сегодня у нас почти главный герой, Наде из-за него пришлось ехать за двадцать километров, в свой единственный выходной.
На даче у соседки она была несколько раз, по доброте душевной, на своей машине отвозила ее с рассадой. За это Галина Семёновна угощала яблоками и грушами, приносила зелень и лук, а ещё пыталась навязать ей огромные кабачки-переростки. Однажды уговорила взять несколько штук, наивная женщина согласилась принять подарок, сказала заветное — да! Вследствии чего в прихожей полгода валялись несколько штук похожих на снаряды кабачков, а между ними светились лучистые как морские звёзды патиссоны. Надежда спотыкалась об них, материлась по поводу присутствия овощей в квартире и собрала целую коллекцию рецептов как их готовить, но так и не дошла с ними до кухни.
Больше она не допустила таких подарков, что приходится выносить тайком от соседки в мусорку, зато радовалась грушам, большим и сочным. И в этом году, соседка успела привезти всего один раз, совсем немного, только-только чтобы раздразнить аппетит и мечтать о продолжении кулинарного романа.
— Ну и ладно — подумала неунывающая женщина — поеду и наберу сама, заодно и Платошу привезу домой, чтобы не дай бог не отощал на подножном корме.
Дом и улицу она помнила, но в саду не была ни разу, обычно приезжала и скидывала у ворот коробки и узлы и смывалась, пока не припахали таскать.
Кот просидел на крыльце полдня и обрадовался соседке, он был неглуп и понял, что хозяйка исчезла внезапно и видимо надолго. Платон не переживал насчёт еды и ночёвки, всё это можно найти по соседям, которые его хорошо знали. Душу стала грызть тоска одиночества и заброшенности, как же так, прийти после гулянки домой и даже некому отругать за грязные лапы!?
Сперва обозвать всякими словами, а потом налить сливок и предложить кусок вкусненького, после еды взять на колени и гладить. Без этих процедур жизнь любого кота грустна и тосклива, а тем более такого как Платоша, общительного и ласкового.
Поэтому появление Надежды было встречено бурно, ее облобызали, обгладили, прошу не путать с «обгадили» и показали, где можно попить чай и отдохнуть. Но гостью интересовало совсем другое, поэтому она пошла обыскивать небольшой участок с целью добыть сладкие груши. Обойдя все шесть соток, так полюбившихся ей фруктов она не нашла, хотя заглянула даже под кусты, на всякий случай. Сейчас вывели разные сорта деревьев, есть даже такие что от горшка два вершка, а дают плоды вёдрами, так что на всякий случай, Надя проверила даже колючий крыжовник. Но фрукты словно под землю провалились, хотя кто знает может так и есть, бывают же земляные груши.
Платоша принёс мышку в зубах и попытался угостить им добрую соседку чтобы успокоилась, но та всё не унималась. Грушевого дерева, ни карликового, ни земляного, не было нигде, ни в дровяном сарае, ни в предбаннике и даже за туалетом.
— Вот же он — сказал кот, поняв о чём идёт речь и даже ткнул когтем в сторону соседского участка — могла бы спросить сразу, я бы показал.
Из-за высокого забора виднелась верхушка дерева с желто-зелеными, крупными плодами, и даже концы веток торчали в эту сторону.
— Если Галине Семёновне разрешали собирать, значит и мне можно — решила алчущая сладких плодов Наденька и решительно полезла через забор.
Нет, конечно же она сперва в целях предупреждения постучала палкой по доскам, и два раза громко спросила разрешения на посещение. Если никто не отозвался, логично что хозяева или отсутствуют, или не против поделиться урожаем. Люди в таких ситуациях, конечно же действуют согласно своим интересам, идут и берут, особенно те кто посмелее.
На всякий случай перекрестив лоб, Надежда полезла на забор, который как-то подозрительно трещал и раскачивался. Но желания превыше всего, опасность только обостряет аппетит и гонит адреналин по организму, и никакие заборы не могут остановить горячее сердце и голодный желудок.
Платон под забором переживал и кричал, что совсем рядом есть калитка, но язык кошачий сложноват для людей, поэтому его в этот раз не услышали. Мало того, на него уронили галошу сорок последнего размера, в которые переобулась жаждущая фруктов женщина.
— Тьфу на тебя — сказал кот и ушёл следить за скалолазкой со стороны и зализывать шишку, набитую резиновым изделием номер четыре. Он ещё и там ворчал, применяя все буквы из кошкиного алфавита, не пропуская ни одной. Если думаете, что так просто составлять все нужные слова из трёх-пяти букв, то попробуйте сами, это вам не 33 русских, из которых лепи чего хочешь.
Но Платон был искусным разговорщиком и у него эти несколько букв складывались в повести, особенно когда он возмущался или хотел кушать. Под его пламенную речь, Надежда залезла на самый верх, потянулась и ухватилась за толстую ветку, что вплотную подходила к забору. В предвкушении сладких груш она пропустила момент, когда затрещал древний как наш мир забор, и покачнулся в сторону соседского сада. Спелые плоды под носом затмили разум и усыпили бдительность, поэтому она лишь крепче вцепилась в ветку, когда предательские доски в ряд, плавно ушли из-под ног.
— Пиииии — пронеслось над садовым товариществом, и вышедшему на шум хозяину груши, предстала картина маслом «ГрачА прилетела».
Михаил спал усталый с дороги, ему снились камнепады и обвалы в горах, откуда недавно вернулся, и он с трудом оторвал голову от подушки. В саду у него происходило что-то непонятное, крупная дама, совсем непохожая на Галину Семёновну атаковала его владения, путем тарана забора собственным телом. А потом с воплями осталась висеть на дереве, для устойчивости упираясь ногами на нижнюю ветку, откуда всё время пыталась соскользнуть.
— Вот это груша — восхитился мужчина, разглядывая округлости, что вываливались из-под задранной футболки и сьехавших под влиянием земного притяжения легких шортиков — и не надеялся что такое вырастет, когда сажал дерево.
— Пиии — орала и брыкалась «груша» на ветке, от ее телодвижений одежда расходилась друг от друга всё дальше — что стоишь ржёшь, сними меня отсюда!
Это она уже заметила Михаила и пыталась его привлечь к своему спасению, но тот лишь хохотал, держась за живот.
Наконец дерево не выдержало, ему надоело держать на себе стокилограммовый плод, который ещё и брыкался и орал блажью. Решив пожертвовать ветками и частью фруктов, оно сбросило с себя груз на землю, и сверху присыпало грушами, листьями и ветками.
— Дурак!
Обозвала хохочущего хозяина сада Надежда, надо же кого-то обвинить в своих бедах, подумала и добавила:
— Был бы умным, поймал бы при падении!
— Лучше я дураком останусь — заливался смехом Миша — чем помереть под такой грушей! Случайно не Груней зовут мадам налётчицу, это имя тебе бы подошло!
— Иди ты — обиделась Надя и с трудом подняв тело на разодранные в коленях ноги, захромала в образовавшийся проём, но на границе обернулась и заявила ржущему как конь соседу — я сейчас с ведром приду, груши соберу, всё равно пропадут с таким бестолковым хозяином.
И вернулась же, обрадовав Михаила, который уже заикался и пускал пузыри от смеха, и стала деловито собирать рассыпанные по земле плоды.
— Рубашку надень подлиннее — еле выдавил из себя сосед, вытирая слезы — у тебя шорты сзади порвались, всё богатство наружу вываливается.
Вот это было неприятно, через дыру сверкали хлопчатобумажные трусы в мелкий цветочек, прямо как бабушкины панталоны. Дома, в ящике комода лежат наисексуальнейшие, дорогие трусики, но надо же было именно в этот день находиться ей в простых, самых дешёвых, но очень удобных.
«Эх, не зря Любка даже в бане грим не смывает и причёску полиэтиленовым пакетом прикрывает» — вспомнила она про подругу, которая жила по принципу, «вдруг судьба меня стережёт за углом», и всегда была наготове. Только ей это не помогало, красивая, стройная, но так и не сподобилась замуж выйти, или хотя бы сходить ненадолго, чтобы утешиться. В отличии от подруги Надежда не надеялась на боевой раскрас, но всё же показывать симпатичному соседу панталоны было неловко.
Как-никак она дама свободная от двух предыдущих мужей, и вовсе не против сходить ещё раз в ту степь, где женское счастье пасётся.
Медленно и стараясь не смотреть на хохочущего соседа, женщина повернула тыл в противоположную сторону и стала пятиться назад, на ходу сгребая груши с земли.
Последний фрукт, самый большой и гнилой, она положила сверху и швырнула его в Михаила, убегая на участок Галины Семёновны.
— Это вместо спасибо?
Возмутился сосед, но Надюша уже мчалась к машине, припаркованной у ворот, неся в охапке Платона, груши и старый халат хозяйки, висевший на крыльце. Чем-то нужно прикрыть зад, когда приедет в город, там желающих поржать над ее панталонами найдется ещё больше.
Несколько дней она лечила ободранные колени и локти, доедала быстро портящиеся груши и краснела, вспоминая свой конфуз. Неловко конечно вышло, но как получилось, так и получилось, радовало только то, что больше она этого юмориста не увидит.
Поэтому и дверь открыла на стук не раздумывая и не проверив, кто стоит в подъезде, а там давился от смеха, всё тот же противный сосед. И не один, а с ведром груш и букетом цветов сорванных на даче, а ещё он держал кроссовки Надежды, оставленные в спешке у ворот. Она только в автомобиле заметила, что жмёт на педали одной галошей, а вторая нога босая, в спешке уехала, не переобувшись.
— Вот даже не думай, что ты мне понравилась — предупредил ее гость, скалясь во весь рот — просто я никого смешнее в жизни не встречал, поэтому и позвонил Галине Семёновне и узнал, кто ты такая.
— Клоунессу на выезде он нашёл, чтобы его развлекали — пробурчала Надежда, забирая у гостя груши и букет — если хочешь чая, сходи в магазин за пирожными, у меня холодильник пустой.
Платон с удовольствием уминал крем от торта что принёс Михаил, и радовался, что на него никто внимания не обращает. Он аккуратно тянул лапу из-за стола, окунал растопыренные когти в сладкие цветочки и слизывал жирную, сладкую массу не торопясь, смакуя каждый кусочек. Когда мужчина и женщина заинтересовались друг другом, можно у них под носом делать любые пакости, всё равно не заметят.
«Одно только плохо — думал Платон, жмурясь от счастья — сейчас начнут жениться, заведут себе ребёнка, никакого уважения и внимания не останется лично мне.»
Но к тому времени, вернётся Галина Семёновна, они снова поедут на дачу и будут ворчать друг на друга вечерами.
Жизнь продолжается!
