Галина Петровна открыла дверь и ничуть не удивилась, увидев Жанну.
Даже в пальто был заметен её округлившийся животик.
— Ну проходи, с чем пришла? — пригласила её к себе Галина Петровна, хотя знала зачем.
Жанна сняла пальто, повесила на крючок, и демонстративно сложила руки на животе,
— А как вы думаете, зачем? Это ребёнок Виталика, вот зачем, куда мне с ним идти? Отчим достал уже, корит и корит, что без мужа рожать буду, а кто в этом виноват, я что ли?
Жанна вызывающе посмотрела на Галину Петровну, но та и глазом не моргнула, лишь спросила,
— А мать твоя что говорит?
— А что она скажет, кому охота без мужа остаться? Отчим сказал ей — выбирай, или это бандитское отродье, или я. Ну она его и выбрала, потом плакать даже вздумала, просила её понять. Мол, и мне только хуже будет, если я дома останусь. Отчим тогда уйдёт, а так хоть её поддержит. У отчима заработок хороший, мать обещала мне деньгами помогать…
Жанна снова замолчала, ждала, что ответит Галина Петровна. Примет её к себе, или нет?
А хозяйка квартиры теперь поняла всё полностью, что не просто о ребёнке заявить, а жить к ней пришла Жанка.
У нее в руке, что она за спину прятала, была объёмная сумка с вещами. Это значит, что хочет она у неё остаться рожать, жить, и ждать Виталика.
Да только ждать его долго придётся, больше десяти лет ему дали.
Ну и ещё кое-что было ясно Галине Петровне.
Знала она, что до неё, где-то с месяц назад, заходила Жанна к Евгению Васильевичу и Татьяне Акимовне. К родителям Андрея, товарища её сына Виталика, с которым они сотворили такое, что теперь сидят оба.
И говорила там Жанна почти то же самое, но что ребеночек этот от Андрея, да жить к ним просилась. У них то и квартира побольше, да и достаток совсем другой, Евгений Васильевич в местной администрации не последнее лицо.
Да только хозяин выдворил Жанну, говорят орал так, что было далеко слышно. Что из-за неё, из-за Жанны, всё так вышло, что это она сыну его голову задурила и тот теперь сидит, хоть и не виноват ни в чём. И не его это ребёнок вообще, а если Жанна ещё к ним придёт, то тогда Евгений Васильевич на неё в полицию заявит. И расскажет, что она тогда с парнями тоже была в той машине, просто убежала сразу, вот её никто и не видел!
Знала это Галина Петровна от соседей Евгения Васильевича, им всё слышно было прекрасно. Да и без этого многие знали, что красавица Жанна ещё в школе очень нравилась и Андрею, и Виталию.
Оба парня старались её внимание привлечь.
Виталик за Жанну уроки делал и сумку её таскал.
А вот у Андрея было побольше возможностей, отец для него денег не жалел. И даже разрешал сыну машину свою брать, иномарку, на которой Андрей катал Жанну по ночному городу, и возил её в кино и в кафе.
Хотя Виталик тогда правду сказал, что не он был за рулём, а Андрей, и тот был хорошо выпивший. Но перед Жанной, как всегда выпендривался, гнал как бешеный, и на красный не остановился, старика сбил на пешеходном переходе.
Старик, правда, тоже был пьян, бомж местный, но он ведь тоже человек, и тоже жить хотел…
Отец за Андрея своего на лапу дал, кому надо, и Андрею присудили шесть лет, а Виталию — двенадцать. Сын Галины Петровны отрицал, что был за рулём, но сразу нашлись свидетели, что это был Виталий. Да и вообще, раз хулиганили вместе, вместе надо и отвечать…
К Виталику Галина Петровна два раза ездила, но он не захотел с матерью близко общаться, озлобился на неё. Через стекло только хмуро сказал,
— Зачем ты вообще меня родила без отца? За Андрюху батя вступился, а за меня некому!
— Не надо было озоровать, — только это и смогла сказать ему Галина Петровна.
А что тут скажешь, она и сама себя винит, что дожила одна до сорока лет, и вдруг решила родить от одного приличного мужчины.
Она тогда в закрытой гостинице работала, где всякие разные начальники приезжали на курсы повышения квалификации. Вот и приехал однажды один симпатичный мужчина, помоложе немного, чем Галинка, но она ему чем-то приглянулась, вот у них и сладилось.
Когда Галина поняла, что беременна, она очень обрадовалась. О доченьке она мечтала, как они будут жить вдвоём, она ей платьишки красивые сошьёт, Галина умеет. И свяжет кофточки, красоточке своей. В кино будет дочку водить, и на детские праздники. А в старости её доченька жалеть будет, да и внуки пойдут, счастье то какое будет.
Но мечты не сбылись, сыночек родился у Галины, Виталик. А чуть позже вдруг встретила она того самого приличного мужчину, от которого она Виталю родила. Он Галину не узнал, после родов она располнела, и ещё больше подурнела.
Оказалось, что он женился в их городе, когда был на учебе в командировке, на дочери какого-то начальника. И уже тоже с колясочкой и с женой молодой гулял.
А дальше ещё чище, Виталик с его Андрюшей в одном детсаду оказался, живут то они почти рядом. А потом и вообще в одну школу пошли учиться, и ещё сильнее сдружились…
Евгений Васильевич Галину на собрании в школе однажды встретил случайно, но снова не признал.
Видно он и не помнил ту мимолётную историю.
А она очень боялась, словно чувствовала, что от этой дружбы Виталика с Андреем добра не жди, и так и вышло…
Ну так что, располагайся, вот комната Виталика, вот шкаф его, живи, раз говоришь, что это его ребёнок, — указала Жанне Галина Петровна.
Жанна пришла за помощью к Галине Петровне
Жанна не ожидала такого легкого решения, даже в лицу изменилась, как удивилась.
— А ты не удивляйся, Виталика я теперь вряд ли дождусь, не хочет он меня видеть. Глаз он там, говорят, повредил, ослеп наполовину. Озлобился, да заматерел, решил по той плохой дорожке и дальше идти, раз судьба у него такая. Да и отбили ему что-то там поначалу, да так, что, говорит, бабам он такой не нужОн, не вернётся он. А ты живи, всё я не одна буду…
От этих слов Жанна совсем притихла, вся спесь с неё слетела. Она то считай с обманом пришла, хотела свою правду доказывать. А правда её и не нужна тут никому, приняли её, живи сказали, и от этого стыдно и больно стало.
Да и Витальку жалко, он ведь был хороший, он и правда любил Жанну, просто с Андреем было веселее, он же всегда был при деньгах…
Денег с жилички своей Галина Петровна не требовала.
Кашу сварит или яичницу сготовит, хочешь — ешь, а не хочешь — иди лесом…
Рожала Жанна тяжело, у неё оказался таз узкий, девочка уже пошла, но застряла, а кесарить было поздно.
Галина Петровна всю ночь на коленях простояла, молилась за Жанку неприкаянную, как и она сама не нужную никому. И утром ранёхонько пошла в больницу, боясь до ужаса страшной новости.
— Что трясешься, мать? Родила твоя девка, врачи у нас хорошие, девку и родила. Успели её вытащить, лежала она поперёк, не пошла в родовые пути, повезло, живы обе.
Петровна так и охнула — девка, внученька значит.
Хоть и чувствовала она и знала даже, что не от Виталика понесла Жанна, но всё одно — не чужая. Ведь Витале её малышка эта племяшкой приходится, хоть он и не знает этого, а значит тоже родная кровь она Галине Петровне, куда не крути…
Забирала Жанну из роддома одна Галина, мать Жанны и знать не знала, что её дочка родила. Зато Петровна вдруг рассуетилась, девчушке купила приданое, кроватку и колясочку. И радость тёплая грела её сердце — не одна она живёт теперь на белом свете.
Жанна помощь от Галины Петровны принимала с осторожностью, словно боялась, что та её вдруг выгонит. Но, вернувшись из роддома, вдруг поверила ей, аж расплакалась, и вдруг призналась,
— Тётя Галя, я ведь обманула тебя, не Виталика это девочка, не было у нас с ним ничего.
— А и ладно, знаю я это, а ты забудь, теперь у нас с тобой новая жизнь. Раз не нужны мы никому, знать вот так и будем выживать, — совсем неожиданно ответила ей Галина Петровна.
Через полгода вдруг Виталик матери позвонил,
— Мам, это правда, что Жанка у тебя живёт? И как она?
— Да трудно нам, но вроде в разум она входит, работать собирается. Мы с ней посменно будем с Катюшей сидеть. А ты не отчаивайся, сынок, погоди, время всё расставит по своим местам…
Через год Евгения Васильевича поймали на крупной взятке.
А потом пересмотрели то старое дело его сына, и признали виновным не Виталия, Андрея.
Виталию же изменили статью, и выпустили по условно-досрочному…
Жанна хотела уйти, но Виталий попросил её остаться. Сам он вскоре на завод устроился, а Жанне сказал, что его спасло лишь то, что она у матери живет, он к ней и вернулся.
— Ты же не такой, проси у мамы прощения, за что ты её укорял, что родила тебя? Она же мать твоя, — вступилась за Галину Петровну Жанна.
Она уже давно полюбила эту одинокую, как и она сама, женщину, которую не баловала судьба.
Маленькая Катюша же немного подросла, и вскоре стала звать Виталика папой.
Как то однажды Жанна зашла тихо в комнату, когда Виталий рассказывал Катюше сказку,
— Вот видишь, дочка, и тогда злая колдунья расколдовала эту девушку, и она полюбила принца.
— Папа, а мама тоже тебя полюбит, да? — обняла его за шею Катюша.
— Я очень хочу в это верить, — улыбнулся Виталий, и оглянулся, почувствовав взгляд Жанны.
А Жанна подошла, обняла их обоих, и прошептала,
— Я уже вас люблю, просто я тоже была, как заколдованная…
Галина Петровна боялась поверить своему счастью. Ведь Жанна с Виталиком поженились, и скоро у них будет второй ребёнок.
Каждый наш шаг творит наше будущее.
Не пригрела бы Галина Петровна тогда Жанну, не простила бы её ложь — и осталась бы одна. Да и сын был в отчаянии от всего, что с ним произошло, и неизвестно, вернулся ли бы.
А теперь они просто счастливы вместе, хотя и боятся до сих пор, что кто-то их осудит и не поймёт. И боятся спугнуть своё счастье, которое им случайно вдруг улыбнулось…
