Николай, живший на другом конце села, бабушке Наталье нравился. Хоть и было ему уже семьдесят, но с виду он ещё был – ого-го — какой кавалер. Видный, одинокий. В их селе других таких мужчин не было.
Да и Наталья тоже была ещё не старой. Шестьдесят пять лет – это же по нынешним меркам – почти, молодая женщина. Всего пять лет как пенсионерка. И поэтому она могла смело мечтать начать новую семейную жизнь. Потому как, была вдовой.
Кстати, в последнее время этот Николай стал частенько останавливаться возле дома Натальи. Она это давно приметила. Специально подглядывала из своего окна за тем, как он, проходя мимо её участка, нет-нет, да остановится минут на пять. Стоит, словно ожидая чего-то, и задумчиво так смотрит на её пятистенок.
А в этот день он не просто остановился возле дома, а ещё и поднялся на крыльцо, и постучался в дверь.
У Наталье даже сердце замерло от какого-то предчувствия. И в голове завертелось: «Не может быть. Неужели это само собой свершилось?»
А он вошёл в избу, и скромно замер возле двери, как будто ему было не семьдесят, а двадцать годков.
— Привет, Наталья, — сказал он неуверенно. – Ты одна?
— А как ты сам думаешь? – заулыбалась она хитро. – Или, рассчитывал, что мой муж — твой дружок бывший, воскрес?
— Ну, нет, конечно, — улыбнулся Николай. – Просто, подумал, может, у тебя дети гостят?
— Ой, что ты притворяешься? – махнула она рукой. – Если бы мои дети приехали, их машина бы стояла возле дома. А ты чего зашёл? По делу какому, или просто – по-соседски чай попить?
— По делу! – кивнул он поспешно. – Именно, по делу.
— Значит, чайник не ставить?
— Нет, не надо. Давай, присядем, и спокойно поговорим.
— Ну, давай, — заулыбалась опять Наталья. – Садись к столу. О чём мы будем с тобой говорить?
— Об одном очень серьёзном деле.
— Всё-таки, о деле?
— Ну, конечно. – Он сел на свободный табурет, и судорожно вздохнул. – В общем, я хочу сделать тебе предложение.
— Чего? – Внутри у Натальи всё задрожало. – Предложение?
— Ага. Очень для тебя выгодное. Точнее – для нас двоих. Ты ведь женщина одинокая. Правильно?
— Почему это, я одинокая? – скромно возразила она. — У меня дети есть. Или ты забыл?
— Не забыл. Но ведь они постоянно в городе живут. И сюда в последнее время носа почти не кажут. Так?
— Ну, так.
— И тебе одной тяжело.
— Да не так уж и тяжело… — жеманно пожала она плечиками, понимая, к чему клонит Николай.
— Но ведь тебе приходится одной тащить не себе всё твоё огромное хозяйство, — продолжил горячо говорить он. — Двадцать соток земли для одной женщины – это очень много. Правильно я говорю?
— Ну, да, — наконец-то, решила согласиться она. – Мне помощник бы очень пригодился. Такой, как ты.
— Как я? – Николай усмехнулся. – Ну, если честно, я и со своим участком устал справляться. Хоть у меня он гораздо меньше. Мы ведь, пенсионеры, становимся ленивыми.
— Это, когда одинокие пенсионеры, — кивнула она. – А когда их в одном доме двое, лениться трудно. Они друг друга заводят, в азарт входят.
— Тут ты права, — кивнул и он. – Но лучше, всё-таки, в нашем возрасте сильно не надрываться. Поэтому я и пришёл к тебе с предложением.
— А я согласна, — сказала она вдруг автоматически, и только потом слегка покраснела.
— Как это? – удивился Николай. – Даже не выслушав меня, сразу – согласна? И даже думать не станешь?
— А что тут думать? – пожала она плечами. – Я, и правда, одинокая, и ты тоже – одинок. Из нас ещё сможет запросто получиться пара.
— Какая ещё пара? – испугался Николай.
— Обычная. Семейная.
— Эй, Наталья, погоди… — Он замер и непонимающими глазами уставился на женщину. — Ты сейчас про что?
— Про твоё предложение. А что?
— Какое предложение? Я ещё тебе ещё ничего не предложил!
— Как это? Ты же сказал, что делаешь предложение.
— Ну, да. Делаю. Но я ещё не объяснил – какое! А моё предложение следующее – предлагаю тебе продать мне половину твоего участка. Теперь поняла, с чем я пришёл?
— Чего?! – Наталью как будто обдало ведром ледяной воды. – Ты зачем ко мне пришёл?
— Ладно, если ты не расслышала, ещё раз повторю – предлагаю продать мне половину твоей земли. Ну, зачем тебе двадцать соток одной? Ты вон, сгорбилась уже вся, от постоянного окучивания грядок. Смотреть на тебя жалко. Прямо, в старуху превратилась, честное слово.
— Ах, смотреть на меня жалко? – Наталья стала взглядом искать веник, который стоял где-то рядом. – И я, значит, горбатая? Это ты из-за этого на мой участок пялишься каждый день? А он тебе, самому-то, зачем? А?
— А я не для себя. Я для сына. Точнее, для его приятеля. Людям нужен участок под дом, чтобы летом отдыхать приезжать. У нас же в деревне хорошо. А у тебя участок большой. Можно запросто его ополовинить.
— Ах, ты, значит, решил меня подвинуть? – Наталья, наконец-то, увидела веник, схватила его в руку, и затрясла им перед носом мужчины. – А ну-ка, быстро, вставай, и проваливай отсюда!
— Эй, Наталья, ты что это?! – Николай испуганно вскочил с табурета, и попятился к двери. – Я же по-хорошему к тебе пришёл! По-соседски! Ведь выгодное же предложение. Люди тебе денег заплатят, и ты меньше в земле ковыряться станешь!
— А ну-ка, иди отсюда, говорю! – Наталья стала на него наступать. – Тоже, предложение он мне пришёл делать… А я-то уши развесила, думала, он меня в жены хочет взять…
— Тебя? В жёны? – Николай замер. – Ты чего? Я же старый!
— Вот теперь я точно вижу – старый ты! И от старости голова твоя перестала совсем соображать! Всё, уходи, говорю! И чтобы больше возле моего дома — не останавливался! Понятно? Я не только половину участка – я даже одного метра никому не отдам! Потому как, мне на своей земле копаться – это удовольствие, а не тяжёлый труд!
С этой поры Николай Наталье разонравился напрочь. Потому что, очень неприятный он человек. И к тому же — оказывается — лентяй. А лентяи настоящей хозяйственной женщине никогда пару составить не смогут.
