Педсовет в колледже проходил бурно. Понятно, решался вопрос, кого из будущих технологов перевести на третий курс, а кто никогда технологом не станет.
Директор глянул на список тех, кого собирались отчислять и спросил:
— Что там по Родионову?
— Не допущу я его к экзамену по философии, — произнесла одна из преподавателей. – Он за весь семестр, если и приходил пару раз ко мне на занятия, то просидел с таким видом…
— У меня тоже самое, — встала преподаватель английского языка.
— Не пойму, как вообще попал в наш колледж? – встала следующая преподаватель. – Отчислять его надо.
Учителя загалдели, а на лице директора мелькнула улыбка:
— И что, никто не заступится за несчастного Родионова?
Слово «несчастного» вызвало смех. Поднялась заместитель директора по воспитательной работе и словно подвела черту под всеми проступками этого студента:
— Он вчера избил двух парней с третьего курса.
Но тут встал физрук
— Антон Родионов нормальный парень. За колледж по всем видам спорта выступает.
— Вот вы его и протащили в наш колледж, — возмутилась Элеонора Романовна заместитель директора по учебной части. – А он только и умеет мяч гонять, да драться.
Тут встал мастер производственного обучения:
— Что-то я не очень понимаю, кого мы готовим в нашем колледже.
— Технологов мы готовим, Николай Алексеевич, — высокомерно произнесла Элеонора Романовна.
— Вот Антон Родионов, — продолжил мастер. – За год научился работать на всех станках. Он не только работает, но и разбирается в техпроцессах. То есть, дай ему чертёж и он, без чьей-либо помощи сам найдёт заготовку, подберёт инструмент, изготовит деталь. А он всего два курса окончил.
— Пока ещё не окончил и едва ли окончит, — вновь вмешалась завуч.
— Это я к тому, — мастер словно не замечал колких замечаний в его адрес. – Вот ко мне в конце учебного года постоянно подходят, чтобы я поставил некоторым девушкам отлично за практику, лишь на том основании, что они идут на красный диплом, а эти девушки бояться подойти к станку и не могут резец от сверла отличить.
— Так учите, объясняйте! — вновь последовало замечание.
— Вот у нас лет десять назад учился Свиридов Сергей. Тоже плохо разбирался в философии, не знал иностранного языка. Зато разбирался в станках. Сейчас он работаем заместителем начальника цеха на заводе.
— Так, — произнёс директор. – Согласен с Николаем Алексеевичем, что Родионова нужно допустить к экзаменам и оценки «удовлетворительно» по общеобразовательным предметам он достоин.
— И что, мы с ним ещё два года будем мучиться? – никак не могла успокоиться завуч.
— А мы Николая Алексеевича поставим на следующий год куратором этой группы. Всё, кто там следующий?
***
На телефоне Полины Владимировны, во время работы, зазвучала мелодия, звонила завуч колледжа, где учился сын. Она выбежала из комнаты мастеров, где работала распредом:
— Здравствуйте! – раздался строгий голос. – Ваш сын устроил драку в колледже. Сейчас у нас будет педсовет, на котором будет решаться вопрос дальнейшей учёбы вашего сына. Его по четырём предметам не допускают до экзаменов.
— Элеонора Романовна, не выгоняйте его! Я с ним поговорю.
— Приходите в колледж. Думаю, к вам будут вопросы не только у меня, но и у директора.
— Хорошо, Элеонора Романовна, я приду.
***
Отпросилась с работы и побежала в колледж, по пути позвонив сыну:
— Антон, что опять случилось?
— Мама, ты о чём?
— С кем ты подрался?
— Пришли к нам в аудиторию, какие-то с третьего курса, — стал виновато оправдываться сын. — Я их культурно попросил выйти, они не поняли…
— А с экзаменами что?
— Мама, это по философии и по английскому…
— Антон, тебе уже семнадцать лет. Я в школе постоянно краснела из-за тебя, теперь здесь, — и приказала. – Никуда из колледжа не уходи, сейчас приду.
— Я в мастерской буду.
***
Директор разговаривал с каким-то неказистым мужчиной, одетым в спецовку. Увидев её, кивнул головой:
— Здравствуйте, Полина Владимировна!
— Здравствуйте, Сергей Петрович? Что там с моим Антоном.
— Все нормально! – и улыбнувшись кивнул на собеседника. – Вот Николай Алексеевич вступился за своего лучшего студента.
— Спасибо вам! – и непонятно было, к кому она обращалась.
— Ладно, беседуете, у меня дела, — и директор ушёл.
— Спасибо вам, Николай Алексеевич! – вновь произнесла женщина. – Он у меня один, без отца рос.
— Нормальный парень, у вас сын. Не расстраивайтесь!
— Николай Алексеевич, а где у вас мастерские. Я здесь плохо ориентируюсь, а Антон сказал, что там меня ждать будет.
— Идёмте я вас провожу. Как раз туда и иду.
***
Антон улыбнулся, увидев маму в кампании со своим мастером:
— Николай Алексеевич, я всё сделал и станок убрал, — сразу доложил он своему руководителю.
— Переодевайся, иди домой! – и повернулся к женщине и стал рассказывать. – Вот здесь они проходят практику, учатся работать на станках. Ваш Антон уже на всех научился работать, он у меня лучший специалист в группе.
Как матери было приятно слышать такое о своём сыне, ведь обычно она и в школе, и в колледже слышала о сыне лишь плохое, хоть и не всегда считала его поступки такими уж и плохими. Дрался он лишь с теми, кто старше и крупнее его, восстанавливая справедливость, правда, понятие о справедливости у сына было несколько иное, чем у взрослых. И в учёбе он делил все предметы на нужные для него и, которые ему не нравились. Нравились ему, в основном, физкультура, труд и ОБЖ, где он был всегда первым.
Вскоре из раздевалки вышел сын:
— Мне срочно в одно место надо сходить, меня ждут.
— Но…
— Полина Владимировна, пусть идёт, — предложил мастер. – Я сейчас переоденусь и провожу вас.
Женщина растерялась, но мужчины уже куда-то исчезли, а в голову интересные мысли полезли:
«А куда он хочет меня проводить? Меня давно никто никуда не провожал, если только в молодости один красавец, пока ни узнал, что я беременна. Он что не женат? Наверно, на вид далеко не красавец и ростом, лишь немного выше меня. А ведь мне через полгода сорок исполнится, а сыну скоро восемнадцать».
Вернулся мастер быстро, но уже успел умыться, переодеться и расчесаться:
«Вроде, вполне нормальный мужчина», — невольно мелькнула хорошая мысль.
— Идемте, Полина Владимировна! – произнёс он, улыбнувшись.
***
Вышли из колледжа, и мастер сразу предложил:
— Полина Владимировна, может не будем ждать маршрутку? До вашего дома и пешком за полчаса дойдём.
— Откуда вы знаете. где я живу? – но тут же рассмеялась. – Ах да, вы же хорошо знаете моего сына.
— Мы несколько раз вместе возвращались из колледжа.
— Тогда я вас под руку возьму.
Хотела взять, но тут же отдернула руку и вопросительно посмотрела ему в лицо.
— Не женат! – произнёс он, как бы отвечая сразу на все вопросы.
Она всё поняла и смело взяла своего нового знакомого под руку.
***
Торопиться у Антона была уважительная причина, его ждала подруга. Для каждого семнадцатилетнего парня, каким бы он не был, подобная причина была самой уважительной.
И сейчас он, счастливый и гордый, шёл под руку с красивой девушкой. Ведь именно такие моменты отделяют детство от юности. Если рядом с тобой девушка, которая тебе нравится, и ты этого не скрываешь, то вполне имеешь права считать себя взрослым.
— Вот отчислили бы тебя, чтобы ты делал? – отчитывала его подруга.
— Пошёл бы в армию. Всё равно, когда-никогда всё равно пойду, — и вдруг спросил. – Ты меня ждать будешь?
— Конечно, буду! Но лучше, если ты пойдёшь в армию через два года, после окончания колледжа, а не сейчас.
— Сам знаю. Если будет колледж и армия, когда вернусь, пойду работать в полицию.
— Ты знаешь, кто тебя сегодня спас от отчисления?
— Конечно, знаю, Николай Алексеевич.
— Николай Алексеевич! – вдруг вскрикнула девушка.
— Что с тобой?
— Смотри! Твой мастер с твоей мамой под ручку идёт!
— О-па-на! – вскрикнул парень.
— Антон, только ты не вздумай вмешиваться. Твоей маме сколько лет?
— Тридцать девять.
— Моя тётка в сорок пять второй раз замуж вышла, — стала объяснять свою позицию подруга. – Думаешь им любви не хочется? Хочется, ещё больше, чем нам. Твоя мама почти восемнадцать лет с тобой возилась. Через два года ты в армию уйдешь, потом на мне женишься. Сразу говорю, я ни с твоими, ни со своими родителями жить не буду. Вот твоя мама и останется одна. Так пусть пока ещё нестарая, найдёт себе мужчину, а Николай Алексеевич хороший.
Антон с удивлением посмотрел на свою подругу, покачал головой:
— Ярослава, как интересно ты рассуждаешь! Я никогда об этом не думал. Ладно! Мне Николай Алексеевич тоже нравится.
— Ты своей маме, о том, что мы их видели, пока ничего не говори. Придёт время, она тебе сама обо всём расскажет.
***
Полина вернулась домой поздно.
Вздохнула с облегчением, поняв, что сына нет дома. Сразу бросилась на кухню готовить ужин, про обед уже и речи не могло быть. А в голове мысли о новом знакомом, а перед глазами его лицо:
«Какой он скромный! Неудивительно, что до сих пор второй раз не женился. Двадцать лет дочери алименты платил. Причем не через суд, а добровольно. Что там всё это время калымил, какие-то детали на станках делал и продавал. А если дальше будут развиваться отношения? Ведь и Антон когда-никогда узнает. Что будет? Он ведь ещё маленький, ничего не поймёт. Ой, кажется идёт».
Сын зашёл с загадочной улыбкой на лице:
— Мама, есть хочу!
— Иди руки мой, вместе поедим!
Стала торопливо накрывать на стол, понимая, что даже этот простой суп не успеет довариться.
Сын сел за стол, сразу занялся салатом, а Полина спросила:
— С Ярославой был?
— Да. Мама, знаешь, какая она хорошая и умная?
— Чувствую. Если даже ты влюбился, — поняла, что слишком опасная тема разговора, свернула на другую. – Что ты опять в колледже натворил?
— Мама, ничего страшного. Николай Алексеевич уже всё уладил.
Полина вздрогнула, что не ускользнула от взгляда сына, он уже хотел спросить у матери о её отношении к их мастеру, но словно наяву прозвучали слова Ярославы:
«Ты своей маме, пока ничего не говори».
И произнёс вместо этого:
— Мама, когда там всё сварится?
***
Через месяц Антон благополучно сдал зачёты и экзамены за второй курс, конечно, не без помощи мастера производственного обучения. В колледже такое практиковалось. Ведь Николай Алексеевич и ножи, и ножницы наточит, которые будут острыми, как бритва, для сада-огорода, что угодно сделает. Да мало ли что по хозяйству надо сделать, он не откажет. Почему бы по его просьбе не поставить этому Родионову зачёт или «удовлетворительно» на экзамене.
И вот в одну из суббот Полина предупредила сына:
— Никуда не собирайся. Сейчас придёт один человек… ты его хорошо знаешь… поговорим… я сейчас, что-нибудь приготовлю.
Потому, как мать волновалась и заикалась сын понял, что разговор будет серьёзным.
— Хорошо, мама!
Зашел в свою комнату и позвонил своей подруге:
— Ярослава, я к тебе попозже приду.
— Что случилось?
— Мама, попросила. К нам сейчас придёт один человек для серьёзного разговора.
— Антон, это Николай Алексеевич, — любопытство так и сквозило в её голосе.
— Я уже понял.
— Ты там веди себя по-взрослому.
— Что я не понимаю, что ли?
Не успел выключить телефон, раздался голос матери:
— Антон, приведи себя в порядок, оденься красиво.
— Хорошо!
***
Всё приготовлено, всё одеты. Сын, пряча улыбку, наблюдал, как волнуется мать.
И вот заверещал звонок домофона, Мать бросила на сына какой-то умоляющий взгляд и бросилась в прихожую.
Зашёл тот, кого и ждали, поцеловал в щёку, подарил букет цветов. Тут из комнаты вышел сын. Полина напряглась, но у сына на лице не было даже удивления. Подошёл поздоровался со своим мастером:
— Проходите, Николай Алексеевич!
Полина бросилась ставить букет в вазу, а мужчины прошли в комнату, где был накрыт стол.
Когда все уселись. Взрослые растеряно переглянулись, видно вылетело из головы всё, что хотели сказать:
— Сынок, — первой начала Полина, слегка заикаясь. – Николай Алексеевич пришёл… мы с ним…
— Антон, понимаешь…, — попытался прийти ей на выручку мужчина.
— Всё я понимаю, — в отличии от них парень совсем не волновался. – Любовь может прийти не только в семнадцать, но и в сорок. Думаю, что в сорок любви хочется ещё больше, чем в семнадцать. Я рад за вас!
Пару минут взрослые стояли с открытыми глазами. Чего-чего, но такого от Антона они не ожидали. Первой пришла в себя мать:
— Сын, ты уже знал о наших отношениях?
— Конечно.
— Антон, спасибо! – произнёс Николай Алексеевич. – Ты отличный парень.
***
Как изменилась жизнь у Полины. Восемнадцать лет была лишь одна проблема, как вырастить сына. И вдруг всё изменилось.
Она вышла замуж, и это в сорок лет. А затем… у неё родился второй сын.
Антон успешно окончил колледж, и ушёл в армию. Целый год ждала своего старшего.
Вернулся тот, устроился работать в полицию. Женился, конечно, на Ярославе, и она его целый год ждала.
А ещё через год Полина стала бабушкой. Как раз, когда младший сын в садик пошёл.
Разве она могла пять лет назад подумать о таком?
