Она сидела в своём кабинете и занималась бумажными делами. У заведующей отделением их немало.
Раздался звонок телефона:
— Анастасия Андреевна, привезли мужчину, рана в области живота. Он нетрезвый.
— Зачем его к нам привези?
— Какая-то женщина, следователь, приказала. Она сейчас к вам направляется.
Не успела поправить прическу, как дверь кабинета открылась и вошла… её подруга-одноклассница:
— Здравствуй, Настя!
— Здравствуй! – обнялись. — Валентина, что случилось?
— Вот привезла тебе, Настя, пострадавшего в драке, к тому же алкоголика.
— Не поняла. Ты же подполковник, большой начальник в городском следственном отделе, и вдруг сама сопровождаешь, не понятно кого, — кивнула на стул. – Садись, рассказывай, чувствую, что неординарное.
— Почему ты не спрашиваешь, кто он такой и, что с ним случилось?
— Ну, и кто он?
— Ромка Гусев.
— Какой Ромка? – Не поняла Анастасия.
— Наш одноклассник.
— Он что алкоголик? Ромка?
— Это он в семнадцать был красавчиком, — произнесла Валентина с ностальгией в голосе. – А теперь и ему, и нам по сорок семь.
— Валентина, а почему ты раньше не рассказывала о нём?
— А что я тебе должна рассказывать? Алкаш и алкаш, — тяжело вдохнула. – А сейчас увидела, жалко стало, решила к тебе отвести. Настя, надо спасть одноклассника.
Подруга тут же позвонила, что-то спросила, дала какие-то указания, а в конце добавила:
— Как будет готов к операции, позвоните. Сама буду присутствовать.
— Что, Настя, старая любовь не забывается?
— Ой, кто бы говорил! – заведующая отделением невольно улыбнулась. — Сама-то как за ним бегала.
— За ним все бегали. Вот только у нас с тобой ума хватила за него замуж не выйти.
— Ромка нас и не звал. Он всё принцессу искал и, чтобы родители у неё богатые были.
— Он был женат на дочке Южакова, — стала делиться информацией подруга-следователь. — Это один из наших областных олигархов. Но этот тесть вскоре понял, что от Ромки в бизнесе толку не будет, быстро их развёл и отправил его обратно домой в наш город. Наш одноклассник пытался и здесь подняться, но и тут у него ничего не получилось. Так потихоньку, и съехал на самое дно.
Вновь раздался звонок телефона:
— Анастасия Андреевна, всё готово к операции.
— Иду, — и выключив телефон, добавила, – спасать нашего одноклассника.
— Ладно, Настя, я пошла. Вечером позвонишь.
***
Открыл глаза. Белый потолок.
«Почему он такой белый? Куда меня в прошлый раз привозили, потолок был какой-то серый. Может я уже того… там, — стал вспоминать. – С кем-то я там подрался, меня в живот ударили, так больно. Потом кто-то кричал, говорил. потом всё исчезло».
Постарался вспомнить, что было дальше, но голова соображала плохо.
«Потом свет, словно, где-то там… может я, правда, умер».
Попытался пошевелиться, повернул голову. Движение отдалось болью во всём теле, особенно в животе. Невольно, изо рта вырвался стон. Тут же над ним появился прекрасный образ в колпаке с красным крестом:
— Как вы себя чувствуете?
— Я где? – прошептал еле слышно.
— В больнице. Сейчас сделаю укольчик и будет легче.
***
Проснулся на следующее утро.
Пошевелил руками – двигаются. Стал ощупывать себя и… с ужасом понял, что в памперсе, мокром. Попытался подняться, но вновь в животе отдалась боль. Подошла санитарка и произнесла спокойным голосом:
— Давай, поменяю памперс!
— Не надо, — вскрикнул Роман, хотя было, очень даже надо.
— Успокойся! Не ты первый, не ты последний, — стала менять памперс.
Едва Роман отошёл от одного потрясения, как дверь открылась вошла женщина в белом халате, но чувствовалось, что она не медсестра и даже не врач, а какая-то начальница.
— Ну, что, Рома, как себя чувствуешь? – её вольный, слегка насмешливый, тон, сразу сбил с толку.
— Нормально. Спасибо вам!
— Эх, Ромка, Ромка! Ведь таким хорошим парнем в школе был!
— А вы кто?
— Сейчас – главврач Анастасия Андреевна, а когда-то, тридцать лет назад, была Настя Яновская.
— Настя? Настя!
— Ладно, отдыхай!
— Настя, а как я здесь очутился?
— Следователь, подполковник юстиции Валентина Ивановна Тарханова привезла. Знаешь такую?
— Нет.
— Валя Шадрина. Помнишь такую?
— Наша одноклассница?!
— Да.
Она вышла, а Роману так стыдно стало, оттого, как он вёл себя с ними тогда, тридцать лет назад и за всю свою непутёвую жизнь, в целом.
И в то же время появилось какое-то удивительное чувство:
«Выходит, в этой жизни, кто-то помнит меня, кому-то я небезразличен. Я в школе всегда строил из себя принца, с высока смотрел и на Настю, и на Валю, а они выросли настоящими людьми, а я так ничего и не добился в жизни.
Какое там «не добился»? Уже опустился, ниже некуда. От бомжа отличаюсь лишь тем, что квартира есть, которую тесть купил, чтобы навсегда от меня отвязаться.
Родители и не знают, что я в больнице. Они сейчас в деревне живут в бабушкином доме. Им уже по семьдесят, а я им даже позвонить не могу, то пьяный, то денег на телефоне нет. Если выкарабкаюсь, надо к ним съездить».
— Гусев, к тебе родственники!
— Мама… папа…
Они зашли, такие постаревшие, а сын и не замечал этого. Мать бросилась к кровати и заплакала:
— Мама, мама, не плачь! – а у самого слёзы невольно полились из глаз. – Всё нормально.
— Как же так, сынок! Опять с кем-то подрался. Тебе ведь уже сорок семь лет.
— Папа, — обратился, словно за помощью. – Скажи, ведь все в молодости дрались.
— Дрались, — сердито произнёс отец. – Вот только молодость у тебя давно прошла, а ума не прибавилось.
— Папа, да ладно тебе, — и чтобы перевести разговор, спросил. – А кто вам сказал, что я в больнице?
— Подруга твоя одноклассница Валя, — стала рассказывать мать. – Она в полиции работает, какой-то начальницей. Сказала, что и операцию тебе делала твоя одноклассница Настя. Они вон какие хорошие стали, а ты так ничего в жизни и не добился.
— Всё, мама, больше пить не буду. Обещаю!
***
Прошёл год.
Анастасия Андреевна утром, как всегда на своей машине, подъехала к больнице и вдруг к ней бросился симпатичный мужчина с букетом цветов:
— Ромка?! – с трудом узнала она.
— Здравствуй, Настя! – и протянул букет. – Это тебе!
— По какому поводу? Вроде никакого праздника нет.
— Ровно год назад, ты меня с того света вытащила.
— Смотрю, ты вновь красавцем стал, — и всё же спросила. — Не пьёшь?
— Год уже, сразу после операции бросил. Валя надо мной шефство взяла, на работу устроила.
— Ещё раз не женился?
— Пока, нет, но…, — на лице мелькнула улыбка.
— Понятно. Ладно, Рома, я пошла. Спасибо тебе за цветы.
***
Зашла в кабинет поставила букет в вазу, достала телефон и набрала номер подруги:
— Валя, привет!
— Привет!
— Ты представляешь? Подхожу сейчас к больнице, а меня встречает Ромка Гусев с букетом цветов, — и удивлённо спросила. – А ты, что смеёшься?
— Представляю! Он полчаса назад меня возле отдела встретил, и тоже с букетом цветов. У него вчера ещё одно событие было. Я ведь его через месяц после больницы, устроила на работу в один офис. Так его вчера, каким-то старшим поставили.
— А ты знаешь, что у него подруга появилась?
— Нет ещё.
— Он мне сегодня случайно проговорился.
— Да, он ведь квартиру продал. Переехал к родителям в поселок. До этого посёлка всего двенадцать километров. Родитель у него старые, за семьдесят, одни с хозяйством уже не справляются.
— Молодец, Ромка! Валя, хорошо, что мы его со дна жизни вытащили.
— Так это наша с тобой работа, — пауза, из телефона послышался взволнованный мужской голос, затем голос подруги. – Настя, пока! Что-то там опять случилось.
— Ой, заговорились мы! Пока, Валентина!
И они бросились, кого-то спасать, вытаскивать со дна жизни.
