Елена и Артём жили в съёмной однокомнатной квартире уже восемь лет. Восемь лет, полных работы, экономии, переживаний и надежд. Их отношения пережили многое — и переезды, и ссоры, и финансовые трудности. Но всегда их связывала одна общая цель — купить свою квартиру.
Они мечтали о просторной двухкомнатной квартире с балконом, где можно было бы поставить цветы, где бы была большая кухня, где они могли бы принимать гостей и просто быть собой, не оглядываясь на соседей.
Сначала казалось, что это невозможно. Зарплаты были средними, а цены на недвижимость росли быстрее, чем они могли откладывать. Но они не сдавались. Каждый месяц часть зарплаты уходила на ипотечный счёт. Они экономили на всём — на кофе, на поездках, на одежде. Иногда это было тяжело, но они верили: всё закончится хорошо.
И вот, наконец, наступило «наконец-то».
Весной они подписали договор купли-продажи. Квартира была не в центре, но хорошая: на пятом этаже девятиэтажного дома, с видом на парк. Две комнаты, балкон, просторная кухня. Тёща Артёма сказала, что она «ниже среднего», но они были счастливы. Это было их жильё.
Первые недели в новой квартире были похожи на медовый месяц. Они перетаскивали мебель, раскладывали вещи, расставляли фотографии. Всё казалось идеальным. Даже соседи по лестничной клетке, которые поприветствовали их с улыбками, казались доброжелательными.
Особенно выделялась одна женщина — Лидия Петровна. Пожилая, с добрыми глазами и навязчивой улыбкой. Она сразу же познакомилась с ними, принесла в подарок банку варенья и сказала:
— Если что — обращайтесь. Я тут давно живу, всё знаю.
Она жила напротив, через площадку. Её дверь всегда была приоткрыта, как будто она ждала гостей. Или просто следила за происходящим.
Сначала это показалось милым. Елена даже подумала, что повезло — есть такая «опытная» соседка, которая знает, как жить в доме.
Но вскоре всё изменилось.
Первая тревога наступила на третий день после переезда.
Утром Елена услышала стук в дверь. Она открыла — это была Лидия Петровна с полотенцем в руках.
— Девочки, вы тут что делаете? Курите?— спросила она, заглядывая в квартиру.
— Нет, конечно, — ответила Елена, удивлённо.
— А откуда тогда запах? — нахмурилась соседка. — Может, вы что-то жарите? Или духами пахнете?
Елена объяснила, что они только завтракали, и запах, скорее всего, от бутербродов с чесноком.
— Ну, тогда научитесь готовить, — сказала Лидия Петровна и ушла.
Вечером того же дня она снова постучалась. На этот раз с пылесосом.
— У вас, наверное, много пыли, вы же недавно переехали? — сказала она. — Дайте я вам помогу.
— Спасибо, мы сами справимся, — ответил Артём, стоя в дверном проёме.
Но Лидия Петровна уже протиснулась внутрь и начала пылесосить ковёр в прихожей.
— Вы же не против? — сказала она, не дожидаясь ответа. — Я просто знаю, как важно сразу навести порядок.
Она оставалась ещё полчаса, проверила, правильно ли они расставили мебель, посоветовала, где лучше поставить горшки с цветами, и ушла, сказав:
— Если что — я рядом.
С каждым днём Лидия Петровна становилась всё более активной.
Она приходила утром, когда они только вставали, и спрашивала, не нужна ли помощь. Она приходила вечером, чтобы «проверить, всё ли в порядке». Она приходила днём, чтобы «отнести что-то на кухню» — хотя у них ничего не было лишнего.
Она знала, во сколько они встают, во сколько уходят на работу, во сколько возвращаются. Она знала, что они любят чай с мятой, а Артём — с лимоном. Она знала, какие у них графики, какие увлечения, даже какие фильмы они смотрят.
— Я просто слышу, как вы разговариваете, — объяснила она однажды Елене. — И мне интересно.
Елена чувствовала себя как в аквариуме. Их личное пространство стало прозрачным.
Первый серьёзный конфликт произошёл через две недели после переезда.
Они решили сделать ремонт в ванной. Позвали бригаду, договорились на выходные. Всё шло по плану, пока Лидия Петровна не появилась в субботу утром с кофе и пирожками.
— Соседи, я принесла вам перекусить, — сказала она, заглядывая в квартиру. — А что это у вас тут творится?
Она увидела строителей, пыль, провода.
— Так нельзя! — взвилась она. — Вы же знаете, что шуметь нельзя в выходные!
— Мы получили разрешение от управляющей компании, — сказал Артём.
— Это не имеет значения! — возмутилась Лидия Петровна. — Здесь живут люди! Дети! Старики!
Она стала звонить в дверь каждые полчаса, спрашивать, когда закончится шум. Она приходила к управляющему, писала заявления, требовала остановить работы.
Ремонт затянулся на целую неделю.
Лидия Петровна начала появляться в самых неожиданных местах. Будто специально
Однажды они встретились в продуктовом магазине, когда они делали покупки, и начинала советовать, что купить.
— Это мясо не очень свежее, — говорила она, заглядывая в их корзину. — Лучше возьмите то, что вон там.
Встречала их в парке и спрашивала:
— Вы опять гуляете? А не пора ли вам уже домой?
Она звонила по телефону, когда они не отвечали на звонки, спрашивала, «всё ли в порядке».
Она даже приходила к ним на работу — один раз, когда Елена заболела, Лидия Петровна пришла к ней в офис и сказала:
— Я видела, что ты не пришла, решила проверить.
Елена испугалась. Она поняла, что её личная жизнь больше не принадлежит ей.
Они начали избегать дома. Артём стал задерживаться на работе, Елена — ходить в гости к подругам. Они боялись открывать дверь, боялись звонков, боялись даже мысли, что Лидия Петровна снова появится.
Они пытались поговорить с ней напрямую.
— Лидия Петровна, мы благодарны за вашу заботу, — сказала Елена. — Но нам нужно личное пространство.
— Я же просто хочу помочь! — возмутилась та. — Вы молодые, неопытные. А я — старая. У меня есть опыт.
— Но мы не просили об этом опыте, — сказал Артём.
Она нахмурилась, посмотрела на них с обидой и ушла. Но на следующий день она снова появилась.
Однажды вечером, когда они уже легли спать, раздался звонок в дверь. Елена открыла — это была Лидия Петровна с угрожающим видом.
— Вы что, думаете, я дура? — спросила она. — Я всё вижу. Я всё слышу. И если вы продолжите так себя вести, я всё расскажу управляющей компании.
— О чём вы? — спросила Елена.
— О том, что вы шумите, мусорите. Что вы не уважаете других. Что вы плохие соседи.
— Мы не шумим, — сказала Елена.
— А я так говорю, — ответила Лидия Петровна и ушла.
На следующий день они получили письмо от управляющей компании с требованием устранить нарушения.
Жизнь стала кошмаром. Каждый день был наполнен тревогой. Они не могли нормально спать, есть, работать. Их отношения начали трещать.
— Может, нам стоит переехать? — спросил Артём.
— Это же наша квартира! — сказала Елена. — Мы не должны бежать от одной пожилой женщины!
Но они чувствовали себя как в ловушке. Их дом, который должен был стать убежищем, превратился в место страха.
Они начали вести дневник — записывать все визиты Лидии Петровны, все разговоры, все угрозы. Они хотели подать заявление в полицию, но боялись, что никто не поверит.
Спасение пришло неожиданно.
Однажды утром они услышали плач из соседней квартиры. Вышли на площадку — перед дверью Лидии Петровны стояла скорая помощь.
Оказалось, у неё случился инсульт. Её увезли в больницу.
Дом остался без неё. Тишина. Свобода. Они могли дышать.
Лидия Петровна пролежала в больнице месяц. Когда она вернулась, она была другой — слабой, тихой. Она почти не выходила из квартиры.
Иногда она всё ещё подходила к ним, но теперь уже не с упрёками, а с просьбой:
— Можно чашечку чая?
Они стали приглашать её, иногда помогали. Но теперь они знали, где проходит граница.
Прошло полгода. Их квартира наполнилась жизнью. Они завели кота, посадили цветы на балконе, начали принимать гостей.
Они больше не боялись соседей. Они поняли, что мир возможен, если каждый уважает границы другого.
Иногда Лидия Петровна всё ещё стучится. Иногда она говорит лишнего. Но теперь они знают, как с этим справляться.
Их дом — их убежище. Их пространство. Их жизнь.
Жизнь шла полным ходом, жаль что ипотеку платить ещё пятнадцать лет. Зато они счастливы.
Потому что счастье — это не квартира. Это свобода быть собой. И умение защищать это право.
