Вера Павловна после смерти мужа осталась одна. Дети давно живут в городе, в деревне им не интересно. Мать они навещают, но долго никогда не остаются.
Вера Павловна начала привыкать к своему одиночеству, справлялась со всем своими силами. Когда совсем грустно станет, то навестит своего покойного мужа, приберёт могилу, поплачет, поговорит и возвращается к своим делам. Два месяца прошло, Вера Павловна возвращалась очередной раз с кладбища. Сегодня Виктору исполнилось бы семьдесят, он был на три года старше Веры. Дети не приехали, рабочая неделя, но обещали в выходной.
Вера Павловна подошла к дому. На крыльце сидела её младшая сестра Нина. Мать одна, отцы разные. Семь лет разница в возрасте, особо дружны они не были. Общались, звонили, но близки никогда не были. Даже в детстве находились разногласия.
— Вера, где тебя носит? Я приехала, на двери замок, хорошо сосед сказал, что ты скоро вернёшься.
— Ты бы хоть предупредила. Я никого не жду.
— Ну, здравствуй, сестрёнка. А я вот приехала. Ты же одна, поддержка нужна тебе. С тобой пока поживу, я же тоже одна. Дети у нас выросли, мужей нет.
Сказать что-то против сестре Вера посчитала невежливостью, поэтому промолчала. Пусть погостит, может и изменилась сестрёнка, как-никак возраст.
— Идём в дом, обедать будем.
— Какую комнату мне выделишь?
— У Катерины в комнате располагайся, там кровать удобная. Они все равно на ночь остаются только иногда. Если что, то на диване им постелю.
— Узковата кровать.
— А куда тебе широкая?
— Суп у тебя пресный. Бульон наваристым должен быть.
— У Виктора диета была последние годы, привыкли мы к такому, да и вредно в нашем возрасте жирное, жареное…
— Вредно? Есть надо чего хочешь и когда хочешь. Наслаждаться надо жизнью и едой. А у тебя даже в холодильнике никакого наслаждения нет. Настоечки бы сейчас домашней. Помнишь? У соседки родителей всегда была вишнёвая настойка. Вкусная.
— А ты откуда знаешь? Мы же детьми были.
— А я по праздникам пробовала, когда все вместе собирались. Никто не замечал.
— Ты же мелкая была.
— Вот меня и не подозревали. Теперь будем жить по другому, ты отдыхай, я буду и хозяйством заниматься и еду готовить. В магазин тоже я буду ходить. А ты садись в кресло и смотри сериалы. Я моложе тебя, так что ты теперь под моим присмотром.
— В своём доме я сама справлюсь. Ты привыкла к городской жизни, а тут деревня. Хоть и вода в доме и газ, но на все привычка нужна. Кроме того печь ещё есть, да и баню надо уметь топить. Мы с тобой хоть и выросли в деревне, но ты никогда ничего не делала. А теперь что? Все умеешь?
— Научусь. Переделаем все здесь. Старомодно у тебя.
— Нет, переделывать не будем. Виктор и так все удобства для меня организовал, знал, что одна останусь. И вообще, у меня очень удобно, а не старомодно.
— И чего сопротивляешься изменениям? Надо жить! Вот и занавески сменить пора, завтра я этим займусь. Нам тут вместе жить.
— Нет! Трогать ничего не надо, дом мой, хозяйка я.
— Какая ты стала! А была тихоня. Что случилось?
— Это ты скажи, что случилось. Что ты тут командовать вздумала, Нина? Ты же гостья.
— Гостья три дня, а я вообще-то жить приехала, за тобой присматривать.
— Да не нуждаюсь я в присмотре, у меня дети есть.
— Ну это мы ещё посмотрим.
***
Следующий день. Вера варила суп, а Нина захотела пройти по местным магазинам.
— Выбор у вас тут не очень, но ничего, проживём. Раз у тебя своего винишка нет, то я купила. Перед обедом полезно кровь разогнать. И грядки пора заменить цветами. У вас все овощи есть в магазине, и даже зелень. Я вот и пирогов принесла. Еще теплые были, когда покупала. А суп у тебя опять пустой. А ты чего не пьёшь? Пей, вкусно.
— Нина, отстань. Мне нельзя, давление и сахар. У меня тоже диета. Если хочешь чего-то особенного, то готовь и ешь, но меня не заставляй. Ясно?
— Я же говорю, что присматривать за тобой надо.
— Устала я уже от твоего присмотра. Иди и смотри сериалы, а я в огород.
— А пироги?
— Нет, Нина, я не буду, а ты ешь. Все ешь.
Грядки у Веры были в порядке, поливать ещё рано – жара. Хотелось просто уже побыть одной, а не слушать слова сестры про помощь. Она села на скамейку за домом, там как раз была тень и дул ветерок. Рядом росла смородина, скоро созреет, дальше яблони, вишня. Все вместе с Виктором выбирали в питомнике, урожай уже не первый год. Из окна послышался голос Нины, она с кем-то разговаривала по телефону.
— Не уживусь я с ней. Не пьёт, лишнего не ест, диета у неё. Хозяйка! А если дети её часто приезжать будут, то мне ничего не видать. Вернусь в свою квартиру и буду жить там. Ну болеет, старше меня, на семь лет, но… Сахар и давление, может и ещё что-то, не знаю. Она совсем другая стала. Я же думала, что напою, надавлю, она дом на меня перепишет, и все. Потом осталось бы ждать. Думаю не долго, с мужем у неё разница три года. Конечно неизвестно сколько она протянет… Не получается. Деньги сейчас и мне нужны, а где они. Дом ещё не наш, да и продать то же время надо.
Все, что надо, Вера услышала. Вот зачем приехала сестра. Для себя и своего сына старается. Всю жизнь хитрая была, расчетливая. Вера решительно направилась в дом.
***
— Нина, ты уезжаешь, собирай вещи.
— Не поняла?
— Я все слышала, Нина. Ты совсем не изменилась, тебе надо все получить. Ты и родительский дом одна к рукам прибрала.
— Он для меня и был. Папа обещал.
— А покупали они вместе с мамой его. А этот дом принадлежит моим детям.
— Детям? Уже?
— Уже. Автобус через полчаса. Собирайся. Больше тебе здесь делать нечего.
***
Приехала, погостила и уехала. Наверное уже навсегда. Сестрёнки.
