Анна и Тимур поженились на последнем курсе института. Весёлая студенческая свадьба и медовый месяц в стройотряде. Романтика прошлых лет.
Успешный инженер, подающий большие надежды и бухгалтер в строительном тресте. Молодым везде у нас дорога. Активисты, комсомольцы, и просто красавцы. Жили небогато, но стабильно.
Перестройка. Кажется, что это слово должно быть связано с чем-то новым и хорошим, но на самом деле принесло тревогу и неопределенность. Заводы закрывались, стройки замораживались. Сначала были сокращения, потом увольнения… Кто-то что-то захватывал, приватизировал, менялись хозяева, менялся профиль предприятия, но рабочих мест не было.
На тот момент Анне и Тимуру было по тридцать пять, двое детей девяти и семи лет.
Дети еще не до конца понимали, что происходит.
Они видели, как мама уходит рано утром, а возвращается поздно вечером, уставшая. Видели, как папа целыми днями сидит дома, листает газеты. По выходным мама тоже работала. Она шла на рынок с носками и рукавицами, которые вязали её мать и бабушка. Там же она продавала статуэтки и книги из совсем недавнего советского прошлого. Успехи были разные. Иногда ничего продать не удавалось. Цены росли, полки в магазинах пустели.
Тимур стал куда-то уходить, Анна надеялась, что он ищет работу. Приходил злой. Значит не нашёл.
— На заводе набирают рабочих, там новый хозяин. Может ты…
— Рабочих! Рабочих! Я инженер! Чувствуешь разницу?
— И чего? Я бухгалтер, а работаю уборщицей в трех местах. Мёрзну на рынке по выходным.
— Что только от твоей работы, с кухни пахнет только вареной картошкой.
— Вот я и прошу помощи. Найди хоть что-то.
— Ты предлагаешь мне идти на рынок? Я себя уважаю, я инженер!
— Я себя тоже уважаю и не позволю, чтобы мои дети голодали. Я не хочу, чтобы с кухни пахло только картошкой или макаронами. Если бы не родители, то и картошкой бы не пахло. Осенью мясо будет. Отец просил помочь с сенокосом.
— Это не для меня, я из-за вашего сена пропущу должность хорошую.
— Какую и где? Где эта должность? Бегает и ищет тебя? Ты хочешь мяса? Тогда должен ехать.
— Это ультиматум?
— Нет, но ты хоть чем-то должен помочь семье.
— Хорошо. Когда?
— Через неделю.
***
Через неделю Тимур уехал, но…
Вечером позвонил отец, они ждали зятя, но не дождались. Уехал, но не туда. Его вещей не было на месте, вернее были, но не все. В выходные Анна и дети поехали в деревню на сенокос. Помогли. Дети остались, а Анна вернулась к работе. Надо детей в школу собирать, деньги очень нужны.
***
Прошло больше года. Тимура искали, но так и не нашли. Анна мыла пол в новом рекламном агентстве. Оно было ближе к дому, и зарплату обещали больше.
— Нам срочно нужен бухгалтер! – кому-то кричал директор. – Срочно, прямо сегодня! Нет, это долго! Сегодня, сейчас. Нужно все проверить. Та старая дура вообще ничего не понимает. У нас могут быть проблемы. Большие!
— Михаил Владимирович, а можно я посмотрю.
— Что посмотришь? Пол в моем кабинете? Сегодня можно там не мыть.
— Документы, я бухгалтер.
— А что же ты пол моешь? Бросай всё и за мной.
— Так работы другой не было, а деньги нужны. У меня ещё три офиса.
— И везде успеваешь?
— Стараюсь. Дети помогают.
— Если очень нужны деньги, то ставку уборщицы я могу оставить за тобой, но и бухгалтером ты у нас будешь.
— Спасибо.
— Спасибо тебе, спасла нас.
Так Анна снова стала бухгалтером, сначала единственным, а потом главным. Агентство росло, дети учились в институте, старшая уже на последнем курсе.
В квартире наконец-то сделали хороший ремонт, обновили мебель. Про Тимура было ничего не известно. Даже дети его уже не вспоминали.
Однажды позвонила свекровь. Созванивались они редко, в основном звонила Анна, поздравляла с праздниками. Про Тимура она ничего не знала, или так говорила.
— Анна, у меня новости. Тимур нашёлся. Приехал, но боится возвращаться к тебе. Приедешь?
— Почти пятнадцать лет прошло, пятнадцать! Где он был?
— Приезжай, сама спросишь.
***
Анна остановила машину у дома свекрови. Детям сказала, но они ехать отказались. Видеть уже бывшего мужа желания не было, просто хотела посмотреть ему в глаза и увидеть, кем стал за эти годы инженер. Разбогател? Главный инженер или ещё выше?
— Вот и Анечка приехала, спасибо, что нашла время. – как-то очень любезно начала свекровь. – Как детки? Учатся? А что же не приехали? Проходи в дом.
В доме свекрови пахло варёной картошкой и чем-то ещё. Только потом Анна поняла, что это был запах квашеной капусты. На столе стоял чайник, ваза с печеньем, сахар. Тут же грязная тарелка из-под супа и закопченая кастрюля. За столом сидел мужчина, совсем не похожий на прежнего красавца и активиста. Лысый, тощий, с обрюзгшим лицом и красными глазами.
— Вот, Тимур, Анечка твоя приехала.
— Мама, выйди. Нам поговорить надо.
— Хорошо, хорошо, ухожу.
— Ну здравствуй, Аня. Хорошо выглядишь. Работа тебе пошла на пользу. Слышал про твои успехи.
— Здравствуй.
— А мне трудно пришлось. Молчишь?
— А что ты от меня хочешь услышать? Как мне было легко? Как мы с детьми мыли пол? Это было легко! А ты дождался своего часа? Кем работал? Инженером? Или все ещё ждёшь должности высокой?
— Зачем ты так? Никому инженеры не нужны. Выживал, ну и выпивал с горя.
— Я уже поняла. Зачем ты хотел меня видеть?
— Так это мать всё, надоел я ей. Она просто сказала, что ты приедешь.
— Приехала. А ты не думаешь, что если бы ты поехал тогда на сенокос, то все было бы не так? Ты о детях думал, когда уходил? Мы косили сено, помогали в деревне, мыли полы. Если бы ты был рядом, было бы проще.
— Как ты представляешь себе инженера в деревне на сенокосе? Я ничего смешного не сказал!
Под столом Тимур задел бутылки, они со звоном покатились по кухне. Анна уже не могла остановиться от смеха, встала и вышла не прощаясь.
— Анечка, Анечка. Ты куда? А как же Тимур? Он болен, поэтому и пьёт. Нервы у него, нервы… Анечка. Лечить его надо.
— Без меня, я не знаю, где лечат таких инженеров.
***
Жизнь продолжается. Нашлась пропажа, которая уже не нужна.
