– Нет, Дима, в этот раз ты справишься сам, – сказала Елена, решительно скрестив руки на груди. Она стояла у плиты, где закипал чайник, но впервые за десять лет совместной жизни не спешила готовить ужин.
– Что значит «справишься сам»? – Дмитрий оторвался от телефона и удивленно посмотрел на жену. – У меня совещание через час, онлайн. Ты же знаешь, что мои родители приезжают в субботу, нужно всё подготовить.
– Именно об этом я и говорю. Твои родители, Дима. Твои. Почему подготовка полностью на мне?
Дмитрий непонимающе пожал плечами.
– А на ком еще? Я работаю допоздна всю неделю. У меня квартальный отчет горит.
– А у меня аттестация в школе, – голос Елены дрогнул. – Последние две недели я прихожу домой в восемь вечера, готовлю документы до полуночи. И при этом стираю, готовлю, убираю, проверяю уроки с Кириллом.
– Лена, мы сейчас об этом будем спорить? Родители едут всего на три дня.
– Я больше не буду вашей прислугой, – тихо, но твердо произнесла Елена.
Дмитрий замер, не донеся чашку до рта.
– Что ты сказала?
– Я сказала, что больше не буду прислугой в этом доме. Десять лет, Дима. Десять лет я тяну всё на себе. Дом, дети, работа, твои родители, твои друзья, когда они приходят в гости. Я устала.
Алиса, их четырнадцатилетняя дочь, застыла в дверях кухни с наушниками в руках.
– Мам, что случилось?
– Ничего, милая, – Елена попыталась улыбнуться. – Просто мы с папой обсуждаем распределение домашних обязанностей.
– Никаких обязанностей мы не обсуждаем, – отрезал Дмитрий. – Мы обсуждаем, почему мама внезапно решила, что она не хочет заниматься домом.
Алиса медленно опустила наушники.
– А почему только мама должна заниматься домом? – вдруг спросила она, удивив обоих родителей.
– Потому что я работаю, – буркнул Дмитрий. – Кто-то должен зарабатывать деньги на эту квартиру, на твои кроссовки за пятнадцать тысяч, на отпуск летом.
– Мама тоже работает, – тихо сказала Алиса. – Полный день, как и ты.
Елена благодарно посмотрела на дочь. За последний год Алиса заметно повзрослела, и теперь в ней неожиданно проснулось обостренное чувство справедливости.
– Мама работает с детьми в школе, – отмахнулся Дмитрий. – Это другое.
– Другое? – Елена почувствовала, как внутри поднимается волна возмущения. – Ты хоть представляешь, что значит шесть часов подряд работать с тридцатью детьми? А потом прийти домой и заниматься еще и своими детьми? И тобой?
– Мамочка злится, – раздался голос Кирилла, который незаметно проскользнул на кухню и теперь стоял рядом с Алисой. – Почему ты злишься, мам?
– Я не злюсь, солнышко, – Елена присела на корточки перед сыном. – Я просто очень устала. И хочу, чтобы папа и вы немного помогали мне по дому.
– Но ты же мама, – искренне удивился Кирилл. – Мамы же всегда всё делают. Папа говорил.
Елена бросила испепеляющий взгляд на мужа.
– Вот именно эти идеи я и хочу исправить, – она выпрямилась. – С сегодняшнего дня я готовлю только на себя и детей. Стираю только свои вещи и детские. Убираю только за собой.
– Не говори глупостей, – Дмитрий начал раздражаться. – У нас семья, а не общежитие.
– Именно. Семья, – кивнула Елена. – А в семье все помогают друг другу, а не сваливают всё на одного человека.
– Мы ещё поговорим об этом, – Дмитрий взглянул на часы. – У меня совещание через пятнадцать минут. Ужин на столе будет?
– Для детей и для меня – да, – спокойно ответила Елена. – Для тебя – в холодильнике есть полуфабрикаты, разогрей сам.
– Ты это серьезно сейчас? – Дмитрий недоверчиво посмотрел на нее.
– Абсолютно.
– Хорошо, – он выдавил улыбку, обращаясь к детям. – Мама немного устала, давайте дадим ей отдохнуть сегодня. Закажем пиццу, а?
– Ура! – обрадовался Кирилл.
– Не на сегодня, Дима, – покачала головой Елена. – Навсегда. Или по крайней мере до тех пор, пока мы не разделим обязанности по-честному.
Дмитрий смерил ее долгим взглядом, потом выдохнул и вышел из кухни. Через несколько минут хлопнула дверь его кабинета.
– Мам, ты правда не будешь готовить папе? – тихо спросил Кирилл.
– Папа взрослый человек, солнышко, – Елена погладила сына по голове. – Он может приготовить себе еду сам. Так же, как я готовлю для всех нас.
– Я поняла, – вдруг сказала Алиса. – Это как в том фильме, где жена объявила забастовку?
– Что-то вроде того, – улыбнулась Елена. – Только это не забастовка. Это начало новых правил в нашем доме.
Первые три дня прошли в странном напряжении. Дмитрий демонстративно заказывал еду на дом, сам стирал свои рубашки (довольно неумело) и делал вид, что его ничуть не беспокоит решение жены.
Елена держалась твердо, хотя внутри всё сжималось от страха. В начале их отношений всё было иначе. Дмитрий помогал с домашними делами, они вместе готовили по выходным, строили планы на равных. Когда же всё изменилось? После рождения Алисы? Или когда Дмитрий получил повышение и стал больше пропадать на работе?
На четвертый день начались проблемы. Гора немытой посуды в раковине (Дмитрия) выросла до неприличных размеров. На полу в ванной комнате валялись грязные футболки и носки (тоже его). Кирилл начал капризничать, потому что «папа разрешает играть в компьютер дольше, когда мама задерживается».
В пятницу вечером, за день до приезда родителей Дмитрия, в доме разразился настоящий скандал.
– Лена, ты перегибаешь палку, – Дмитрий зашел на кухню, где Елена проверяла тетради учеников. – Завтра приезжают мои родители, а в доме бардак.
– В твоей части дома бардак, – спокойно поправила его Елена. – Моя часть и детская в полном порядке.
– Это один дом! – повысил голос Дмитрий. – Не смешно уже, правда. Я понял твой посыл, да, я могу иногда больше помогать. Но это перебор.
– Иногда больше помогать? – Елена подняла глаза от тетрадей. – Дима, я не прошу тебя «иногда помогать». Я прошу разделить обязанности поровну. Всегда. Как равные партнеры.
– Лена, я работаю…
– Я тоже работаю, Дима. И моя зарплата, на минуточку, почти сорок процентов нашего бюджета. Или ты считаешь, что твоя работа важнее моей?
– Я не это имел в виду.
– А что ты имел в виду? – Елена отложила красную ручку. – Объясни мне, потому что я правда не понимаю, почему в 2025 году я должна быть домработницей для тебя только потому, что я женщина.
Дмитрий тяжело опустился на стул напротив.
– У нас всегда так было. Так заведено в семьях. Моя мама всё делала для отца.
– И как думаешь, твоя мама была счастлива?
– Она никогда не жаловалась.
– Не жаловалась не значит была счастлива, Дима, – тихо сказала Елена.
В этот момент зазвонил телефон. Дмитрий ответил, его лицо напряглось.
– Да, мама. Да, ждем вас завтра… Что? Уже сегодня? – он бросил взгляд на Елену. – Да, конечно, мы будем дома. Хорошо, ждем.
Он опустил телефон.
– Они приезжают сегодня. Поезд прибывает через два часа.
– Что? – Елена побледнела. – Почему так рано?
– Решили выехать вечерним, чтобы не тратить завтрашний день на дорогу.
Они смотрели друг на друга несколько долгих секунд.
– Я не буду убирать твой бардак, – наконец произнесла Елена. – И готовить на шестерых тоже не буду.
– Хорошо, – внезапно согласился Дмитрий. – Я сам. Скажи только, что нужно сделать.
Елена удивленно моргнула, но быстро взяла себя в руки.
– Убрать гостиную. Застелить диван свежим бельем. Приготовить ужин. Помыть полы. Разобрать гору своей посуды в раковине.
– Я справлюсь, – Дмитрий встал из-за стола решительно. – Но мне нужна твоя помощь с ужином. Я не успею всё сделать за два часа.
Елена покачала головой.
– Нет, Дима. Я не буду помогать. Ты сам пригласил родителей, сам изменил планы, сам не убирал за собой неделю. Теперь справляйся. Или звони им и переноси визит.
– Ты это назло делаешь? – прищурился он.
– Нет. Я это делаю, чтобы ты понял, каково мне было все эти годы.
Когда раздался звонок в дверь, Елена сидела в детской с Кириллом, помогая ему с домашним заданием по математике. Алиса читала книгу, лежа на своей кровати.
– Бабушка и дедушка приехали! – воскликнул Кирилл и бросился к двери.
Из прихожей послышались радостные приветствия, поцелуи, восторженные возгласы. Елена медленно вышла в коридор.
– Леночка, золотце! – Нина Сергеевна заключила ее в объятия. – Как ты похудела, милая! Дмитрий тебя совсем не кормит?
– Здравствуйте, Нина Сергеевна, – Елена обняла свекровь в ответ. – Владимир Петрович, рада вас видеть.
– И мы рады, дочка, – отец Дмитрия пожал ей руку.
– Проходите на кухню, – Дмитрий суетливо забрал у родителей сумки. – Я приготовил ужин.
– Ты? – Нина Сергеевна рассмеялась. – С каких пор ты готовишь, сынок?
– С сегодняшнего дня, мама, – натянуто улыбнулся Дмитрий. – Лена очень занята на работе, у нее аттестация, так что я решил взять часть забот на себя.
Елена удивленно подняла брови, но промолчала.
Кухня выглядела… странно. Дмитрий явно пытался убрать, но делал это впопыхах. На плите стояла сковорода с чем-то подгоревшим, запах стоял соответствующий. На столе красовалась купленная в магазине готовая еда, наспех выложенная на тарелки.
– Э-э, ну, присаживайтесь, – Дмитрий неловко отодвинул стулья. – Я сейчас всё подам.
– Дай-ка я помогу, – Нина Сергеевна тут же направилась к плите.
– Не надо, мама, – Дмитрий преградил ей путь. – Вы с дороги, отдыхайте.
– Что с вами обоими такое? – Нина Сергеевна переводила взгляд с сына на невестку. – Какие-то вы напряженные.
– Всё в порядке, – хором ответили Елена и Дмитрий, а потом обменялись быстрыми взглядами.
Ужин проходил в странной атмосфере. Владимир Петрович рассказывал о новостях из их города, Нина Сергеевна расспрашивала внуков об учебе, но напряжение висело в воздухе.
– Так, – наконец сказала Нина Сергеевна, отложив вилку. – Что у вас происходит? Вы поссорились?
– Нет, мама, всё хорошо, – начал было Дмитрий, но Алиса его перебила.
– Мама объявила забастовку, потому что папа ничего не делает по дому.
Повисла тишина.
– Алиса! – Дмитрий строго посмотрел на дочь.
– А что? Это правда, – пожала плечами девочка. – Маме надоело быть прислугой для всех.
– Леночка, это правда? – Нина Сергеевна повернулась к невестке.
Елена глубоко вздохнула.
– Да. Я решила, что пора изменить ситуацию в нашей семье. Дима считает, что домашние обязанности – это моя работа. Я с этим не согласна.
– Так я и знал, – проворчал Владимир Петрович. – Начиталась этих своих… как их… феминисток. В наше время жены о мужьях заботились, а не права качали.
– Папа, не начинай, – поморщился Дмитрий.
– А что не начинать? – развел руками Владимир Петрович. – Я правду говорю. Мать вон, всю жизнь дом тянула, работала, нас с сестрой растила, и ничего, не жаловалась.
– И правильно делала, что не жаловалась, – неожиданно резко сказала Нина Сергеевна, удивив всех за столом. – Потому что толку от жалоб не было никакого. Леночка молодец, что высказалась. Я вот промолчала, а ты, Володя, так и не научился даже носки свои в корзину для белья складывать.
– Мама? – Дмитрий изумленно уставился на мать.
– Что «мама»? – Нина Сергеевна выпрямила спину. – Я тридцать пять лет замужем за твоим отцом, и тридцать пять лет поднимаю его носки с пола. А ведь тоже работала всю жизнь, между прочим. Но у нас так было принято – женщина все успевай, и деньги зарабатывай, и дом в порядке держи, и детей воспитывай, и мужа обхаживай. А мужчине что? Пришел с работы, телевизор, диван, пиво. Это правильно, по-твоему?
– Но мам, ты же никогда…
– Никогда не жаловалась? Правильно. И что мне это дало? – Нина Сергеевна горько усмехнулась. – Больное сердце, усталость хроническую и мужа, который до сих пор считает, что достаточно денег домой приносить. Нет уж, Леночка правильно делает. Сразу расставляет точки над и, пока молодая.
Владимир Петрович побагровел.
– Нина, ты что такое говоришь? При детях!
– Правду говорю, Володя. Давно пора было сказать.
– То есть, ты поддерживаешь этот… бунт? – Дмитрий недоверчиво смотрел на мать.
– Поддерживаю, – твердо сказала Нина Сергеевна. – И тебе советую прислушаться к жене, пока не поздно. А то останешься, как сосед наш, Виктор Семенович. Жена от него ушла в пятьдесят пять лет, как только дети разъехались. Сказала – находилась за тебя по молодости, а теперь хочу пожить для себя.
Елена не могла поверить своим ушам. Она готовилась к осуждению со стороны свекрови, к непониманию, к традиционным упрекам «не бережешь мужа». Но никак не к этой неожиданной поддержке.
– Спасибо, Нина Сергеевна, – тихо сказала она.
– Не за что, девочка, – свекровь сжала ее руку. – Ты правильно делаешь. Только не перегибай палку, не со зла действуй, а с умом. Ты Диму любишь?
– Люблю, – Елена взглянула на мужа, который сидел с потерянным видом.
– Вот и хорошо. Значит, справитесь, – Нина Сергеевна встала из-за стола. – А теперь, Дмитрий, раз уж ты сегодня в роли хозяйки, пойдем, покажешь, где у вас постельное белье для дивана. Мы с отцом устали с дороги.
После ухода родителей и детей в свои комнаты, Елена и Дмитрий остались вдвоем на кухне.
– Не ожидал такого от мамы, – первым нарушил молчание Дмитрий.
– Я тоже, – призналась Елена. – Думала, она скажет мне, что я неправильная жена и не берегу тебя.
– Похоже, у мамы тоже накипело за эти годы, – Дмитрий потер щеку. – Знаешь, я сегодня впервые задумался, как мы дошли до такого. Ведь раньше всё было по-другому. Помнишь, как мы жили в той маленькой квартире, когда только поженились? Я сам и готовил, и убирал.
– Помню, – кивнула Елена. – Ты даже стирал мои вещи, когда я заболела гриппом на первом году совместной жизни.
– А потом родилась Алиса, и я погрузился в работу, чтобы обеспечивать вас, – Дмитрий вздохнул. – И как-то незаметно вся домашняя работа перешла на тебя.
– Не просто домашняя работа, Дима. Вся ответственность, – поправила его Елена. – Ты не спрашиваешь, что нужно купить детям на лето, какие секции им подобрать, когда записаться к врачу. Ты просто зарабатываешь деньги и всё. А решения принимаю я. И это тоже труд, невидимый, но выматывающий.
Дмитрий долго молчал, потом кивнул.
– Ты права. Я… я не знаю, как это исправить сразу. Но я хочу попробовать.
– Серьезно? – Елена недоверчиво посмотрела на него.
– Да. Сегодня, когда я пытался привести дом в порядок за два часа, я физически ощутил, сколько всего ты делаешь каждый день. И это было… отрезвляюще, – он помолчал. – Я не хочу потерять тебя, Лена. И не хочу быть таким мужем, от которого жена сбегает, как только дети вырастают.
Елена почувствовала, как к горлу подступает комок, но усилием воли подавила эмоции.
– Слова – это хорошо, Дима. Но мне нужны действия. Конкретные действия, а не разовая помощь.
– Я понимаю, – он выглядел серьезным, как никогда. – Что ты предлагаешь?
– Четкое разделение обязанностей. Составим список всех домашних дел и распределим их. С учетом рабочей нагрузки каждого из нас.
– Хорошо, – Дмитрий кивнул. – Начнем завтра?
– Начнем завтра, – согласилась Елена. – Но учти, это не временная мера. Это навсегда.
– Я понял, – он протянул ей руку, как для делового рукопожатия. – Договорились.
Елена пожала его руку, но внутри еще сохранялась настороженность. Она знала, что предстоит долгий путь. Привычки не меняются за один вечер. Дмитрию придется заново учиться быть равноправным партнером, а ей – учиться доверять и делегировать.
Но первый шаг был сделан, и это давало надежду. Не на возвращение к прежней жизни – той, где она была прислугой для всей семьи – а на создание чего-то нового, более справедливого и здорового.
Выходя из кухни, Елена заметила, как Дмитрий начал складывать посуду в посудомоечную машину. Маленький жест, но начало было положено.
