Когда в дверь позвонили без предупреждения, Светлана ещё не знала, что её жизнь превратится в кошмар на полтора месяца.
— Света, это мы, открывай! — раздался бодрый голос тёти Аллы прямо из-за двери.
Светлана едва успела распахнуть дверь, как Алла Петровна с чемоданом уже протискивалась в прихожую, следом дядя Гриша тащил огромные сумки.
— Вот приехали вас проведать, столько лет не виделись! — заливалась тётя, обнимая племянницу. — Город ваш посмотреть хотим, культурно просветиться.
— Здравствуйте… — растерянно отвечала Светлана. — А нельзя было предупредить?
— Да мы сами не знали, что сегодня получится. Вчера билеты взяли по супер-цене, думаем — а чего тянуть, родня же!
Дядя Гриша молча ставил сумки и уже снимал ботинки, явно настроенный обосноваться всерьёз.
— Проходите, конечно, — пригласила Светлана, мысленно прикидывая, чем кормить нежданных гостей.
Муж Игорь вышел из комнаты, поздоровался с родственниками жены и вопросительно посмотрел на супругу.
— Алла Петровна с Гришей приехали погостить, — объяснила та.
— Ну да, дня на три-четыре задержимся, посмотрим тут всё, — весело подтвердила тётя. — У вас же трёшка, места хватит, мы неприхотливые.
Светлана с Игорем переглянулись. Трёшка-то была, только маленькая: две комнаты и крошечная третья под кабинет, где Игорь удалённо работал.
— Конечно, располагайтесь, — натянуто улыбнулся Игорь.
Три дня превратились в неделю. Неделя растянулась на две.
Алла Петровна с утра командовала на кухне, критиковала Светланины сковородки и требовала купить нормальную тёрку.
— Ты как готовишь на этом барахле? У меня дома всё по высшему разряду, а тут прямо стыдно смотреть!
Дядя Гриша обосновался на диване в зале, смотрел футбол и оставлял пустые чашки на журнальном столике.
— Света, может, пора бы им намекнуть? — шептал по вечерам Игорь. — Я уже две недели в спальне на ноутбуке работаю, спина отваливается.
— Как намекнуть? Они же родня… — растерянно отвечала жена. — Вот завтра поговорю.
Но завтра превращалось в послезавтра, а потом в новую неделю.
Через месяц терпение Игоря лопнуло.
— Алла Петровна, а когда вы домой собираетесь? — спросил он за ужином максимально вежливо.
Тётя замерла с вилкой в руке, потом медленно положила её на тарелку.
— Игорь, ты что, намекаешь, что мы лишние?
— Нет, просто интересуюсь.
— Мы бы рады, конечно, но дома сейчас ремонт делают, — встрял дядя Гриша. — Квартиру сдали на время.
— Как сдали? — не поняла Светлана.
— Ну вот так, — спокойно ответила Алла Петровна. — Нам же Витьке на первоначальный взнос по ипотеке добавить надо было. Вот мы и решили сдать квартиру на год, деньги вперёд получили.
— На год?! — задохнулась Светлана.
— Ну да, а что такого? Вы же семья, у вас места много, потеснитесь немного.
Игорь побагровел.
— То есть вы изначально приехали на год, но забыли предупредить?
— Да чего там предупреждать! Родня поможет, мы бы так же сделали.
— Вы бы так же сделали? — медленно переспросил Игорь. — То есть взяли бы нас на год без предупреждения?
— Ну конечно. Семья же.
Светлана не спала всю ночь.
Она пыталась понять, как так получилось, что её квартира превратилась в коммуналку, а она сама боится что-то сказать собственной тёте.
Утром Алла Петровна объявила, что теперь завтраки будут в восемь, потому что дядя Гриша привык рано есть.
— А мы с Игорем в девять на работу выходим, — робко возразила Светлана.
— Ну и что, встанете пораньше. Полезно для здоровья, — отчеканила тётя.
Игорь вышел из спальни с мрачным лицом.
— Всё, разговор будет сейчас, — сказал он твёрдо.
— Алла Петровна, Григорий Семёнович, нам нужно поговорить, — начал он.
— О чём это? — напряглась тётя.
— Вы не можете жить у нас год. Это невозможно.
— Почему невозможно?! — вскинулась Алла Петровна. — Квартира же бабушкина была, я тоже имею право тут находиться!
— Вы получили свою долю деньгами ещё десять лет назад, — напомнила Светлана. — Помните, когда вам срочно нужны были деньги на машину?
— И что с того? Это всё равно семейное жильё, и я имею моральное право тут быть.
— Морального права недостаточно, — сказал Игорь. — У нас своя жизнь, мне работать негде, Света нервничает.
— Нервничает она, видите ли! — передразнила Алла Петровна. — А нам что, на улицу идти? Квартира сдана.
— Это ваши проблемы, — отрезал Игорь. — Вы должны были спросить разрешения.
— Разрешения у собственной племянницы?! Да мы её на руках носили, когда маленькая была!
— На руках носили, а потом пять лет не звонили, — тихо вставила Светлана.
Алла Петровна обиделась и демонстративно ушла в комнату. Дядя Гриша молча доел кашу и последовал за женой.
Следующие две недели прошли в холодной войне.
Тётя с дядей ели отдельно, не здоровались и шумно вздыхали при виде хозяев. Светлана чувствовала себя виноватой, хотя понимала, что ничего плохого не сделала.
— Может, дать им денег на съёмную квартиру? — предложила она Игорю однажды вечером.
— Ты с ума сошла?! — взорвался тот. — Они приехали без спроса, нагло остались, а мы ещё должны им платить?
— Ну как-то же нужно решать… — всхлипнула Светлана.
— Решать будем по-другому, — твёрдо сказал Игорь.
На следующий день он пригласил Аллу Петровну с Гришей на серьёзный разговор.
— Слушайте внимательно. У вас есть две недели, чтобы найти жильё. Если через две недели вы не съедете, я обращусь в полицию.
— В полицию?! — ахнула тётя. — На родную кровь?!
— На незаконно проживающих граждан, — поправил Игорь. — Вы не прописаны здесь, живёте без согласия собственников. Это нарушение.
Алла Петровна открыла рот, но ничего не сказала.
— Я серьёзно. Две недели.
Через десять дней тётя с дядей съехали.
Собирались они молча, демонстративно хлопали дверцами шкафов и тяжело вздыхали. На пороге Алла Петровна обернулась.
— Запомнишь меня, Светка. Родню бросила — позор.
— До свидания, тётя Алла, — устало ответила Светлана.
Дверь захлопнулась.
Игорь обнял жену.
— Всё. Закончилось.
— Да, — кивнула Светлана и вдруг засмеялась. — Господи, как же хорошо!
Они прошлись по квартире, убирая следы пребывания гостей. В кабинете Игорь наконец сел за свой стол, потянулся и довольно хмыкнул.
На кухне Светлана заварила чай и села у чистого стола, наслаждаясь тишиной.
— Знаешь, — сказала она мужу, когда тот вышел, — теперь я точно знаю: родня родней, а дом должен оставаться домом.
— А я знаю, что больше никаких гостей без предупреждения, — усмехнулся Игорь.
Они чокнулись чашками и выпили чай в своей — наконец-то своей — квартире.
