С первых дней семейной жизни Влада пыталась бороться с ненавистной ей привычкой мужа Глеба. Еще в юности ей не нравились неопрятные парни, с немытыми волосами на голове, висящими сосульками.
— Терпеть не могу нечистоплотных парней, — всегда она говорила подружке Ирке.
— Ой, а я и не замечаю ничего такого, — весело отзывалась она. – Мне кажется все парни одинаковые.
— Не скажи, — говорила Влада. – Наоборот…
Замуж вышла Влада за Глеба, встречаясь с ним полтора года. У него масса достоинств. Она рада, что ей достался такой классный мужчина. Опрятный, чистоплотный, такой чистюля, что куда там…
— Влада, моя рубашка готова? – каждое утро слышала она.
Глеб никогда не наденет на себя не отглаженную рубашку или футболку. Тем более он руководитель офиса, где много девушек и женщин. Еще перед свадьбой Глеб сразу озвучил ей:
— Семейная жизнь наша должна быть спокойной, жить будем друг для друга, помогать будем друг другу и еще у меня важная просьба. Мои рубашки всегда должны быть отглажены. Честно скажу, сам не умею гладить, мама всегда старалась.
— Хорошо, Глеб, согласна. Ты же знаешь, я тоже люблю, чтобы все было аккуратно и в порядке, — отозвалась Влада.
заботливый и любящий муж
По сей день, а прожили они уже добрых пятнадцать лет, недоразумений по этому поводу не было. Да и вообще, их семейная жизнь удалась. Сын Гоша тоже оказался аккуратным. Глеб заботливый и любящий муж и отец. На других женщин особо не смотрит, ну как не смотрит. Конечно не пропускает мимо красоток, смотрит, как и все мужчины, но не более того. Никогда не допускает таких моментов и провокаций, чтобы жена ревновала.
— Владка, ты у меня самая-самая, — часто говорил он жене, вручая цветы и по поводу, и без повода.
Баловал жену и подарочками небольшими. А жена млела и тоже говорила, что у неё самый лучший муж во Вселенной. Но все-таки у Глеба имелся один недостаток. С этим недостатком она боролась столько, сколько живут вместе.
Он чистюля, каждый день принимает душ, а летом и два раза. После выходит из ванной с набедренной повязкой из полотенца и весь мокрый. Никогда не вытирался. Он высыхал, разгуливая по квартире, утром завтракая, а потом одевался на работу.
Это конечно все ничего, не раздражает жену. Но… когда вечером после душа он таким мокрым ложится в кровать, Владе очень не нравится, и она начинает выговаривать:
— Глеб, ну сколько можно тебе долдонить об этом. Вытирайся, когда ложишься в постель. Укладываешься мокрым, словно тюлень из проруби…
Но на него ничего не действовало. Сила привычки! Привычку сложно искоренить или поменять.
— Жена, ты должна уже привыкнуть за столько лет, — отвечал спокойно муж.
Влада в общем-то смирилась давно, но иногда все равно напоминала ему об этом. А он снисходительно улыбался на эти её замечания, но не менялся.
Глеб очень любил кататься на горных лыжах, он и жену научил, теперь иногда вместе выезжают на горнолыжный комплекс и Гошу тоже берут с собой. Он катается не хуже отца.
Как-то приехал Глеб с работы и сообщил:
— Владик, — так он называл её ласково, — у меня нарисовался отпуск, ты можешь тоже взять отпуск дней на десять? Если что, позвоню твоему шефу Артему, все -таки мы друзья.
— Ого. Что я слышу, ты захотел в отпуск? – обрадовалась она. – Наверное, смогу, ну если, что, сообщу тебе.
— И куда мы двинем?
— На горнолыжку на Алтай. Правда Гошку придется оставить на бабушку. Не стоит от уроков отрывать. Наверное, расстроится?
— Наверное, — но в это время сын вышел из своей комнаты на кухню.
— Слышу, речь обо мне, и почему это я расстроюсь?
— Сынок, мы с папой решили на недельку на Алтай поехать, вернее полететь на самолете, покататься на лыжах, а у тебя школа… — ответила Влада.
— Понятно. А летом у нас будет отпуск? – спросил он, глядя на отца.
— Будет, сынок, будет – обнял его Глеб. — А как же, мы ж договаривались, что ты хорошо закончишь учебный год и поедем на море.
— Ладно, проживем с бабулей как-нибудь. Зато она выполняет все мои заявки на вкусную еду и никогда не ворчит, — улыбнулся Гоша.
Глеб с Владой из аэропорта на такси сразу отправились на горнолыжный комплекс. Когда приехали на место, увидели волшебную картину, на фоне снежных гор бревенчатые дома. Вошли в один из них. Внутри оказался очень комфортабельным. На первом этаже кухня, где суетилась хозяйка, большая столовая, гостиная, сауна и даже библиотека. На втором этаже три номера для постояльцев, большая бильярдная.
— Ого, мне нравится, — воскликнул Глеб, — а тебе? Не обманул мои ожидания мой заместитель Игорек. Они с женой здесь были, он и посоветовал.
— Мне тоже нравится. Классно, чисто и уютно, — входя в номер говорила жена.
— Какая белизна, все сверкает и сияет на солнце, — подойдя к окну, заметил муж. — Такое величие, ох, и покатаемся!
Отдых получился замечательным. Они катались на лыжах, вечерами сидели внизу в кафешке с компанией отдыхающих. Их было три пары. Кроме них были Олег с женой и Руслан с симпатичной девушкой Лерой.
иногда вечером ходили на прогулку
Глеб радовался, он любитель бильярда, а Олег тоже здорово играл. После кафе каждый вечер играли вдвоем, остальные наблюдали, а когда надоедало, расходились по номерам, а эти двое гоняли шары.
За три дня до отъезда оказалось, что у Руслана день рождения.
— Глеб, Влада, приглашаю вас отметить мою днюху, — весело сообщил он. – Вечером мероприятие. Я вижу иногда вечером вы уходите на прогулку.
— Хорошо, Руслик, — отозвался Глеб, — будем, обещаем.
Вечер прошел здорово, веселились, танцевали, разошли чуть ли не под утро.
— Здорово, что мы сюда приехали, — говорила утром жена, — такой воздух шикарный, чистый, свежий и звонкий. Мне кажется больше нигде нет такого воздуха.
— Да. Я тоже обратил внимание на чистоту воздуха, кстати еще в первый день приезда. Как там наш Гошка? Ждет не дождется, ты вчера с ним разговаривала, я слышал.
— Нормально. Говорит, что бабуля каждый день кормит намного лучше, чем мы, — рассмеялась Влада, — вот ведь хитрец, знает, что любимый внук и как крутить бабулей, знает, что она его обожает. Но говорит, соскучился.
— Ну ладно, через два дня улетаем, скоро увидимся, — проговорил Глеб и бодро вскочив, побежал в душ.
Влада любовалась в окно заснеженными горами. Солнце уже встало и освещало все вокруг, снег сиял разноцветными блестками.
— Какая красота, — каждый раз восхищалась она.
Вечером опять сидели внизу, потом Олег предложил:
— Глеб, завтра последний вечер у нас, мы уезжаем с женой, идем сыграем партийку — другую?
— Идем, мы тоже с Владой уезжаем. Дела зовут, не хочется конечно отсюда выбираться. Словно в раю живем, — улыбался он.
Поднявшись на второй этаж, Влада сказала:
— Играйте, я почитаю…
Правда, в номере ей читать расхотелось, она вновь подошла к окну. Там за окном тихо падал снег крупными хлопьями. Она даже выключила свет в номере, чтобы в окно лучше было видно снег в свете яркой иллюминации.
Она, лежа на кровати так и смотрела в окно, и не заметила, как уснула. Проснулась от того, что муж укладывался спать. Повернулась к нему, обняла и вдруг с воплем вскочила…
Её вопль, наверное, разбудил за стенкой соседей. Тут же вспыхнул свет и раздался еще один вопль Глеба.
Влада округлила глаза рядом с ней на постели сжался Олег, он жил за стенкой с женой.
— Ах ты, козел… — Глеб схватил его за руку и тут же залепил кулаком.
Тот схватился за скулу и поднял руку:
— Глеееб, я все объясню, — жалобно говорил он, поднимаясь с пола. – Честное слово, я не хотел, я не специально, я перепутал двери в темноте. Подумал, моя жена уснула, вот я тихонько и пробрался, чтобы не разбудить, не включая свет.
— А как ты в номер попал?
— Как не заперто было, — уже встав и держась за скулу, говорил он.
Глеб глянул на жену.
— Не заперто, — подтвердила жена, — я же тебя ждала, когда ты там наиграешься.
— Ну извините, я пошел. Влада, извини, ради Бога, — проговорил Олег и направился к выходу.
Когда они остались вдвоем, Глеб задумался:
— Слушай, Влада, я не могу понять, когда прибежал на твой крик, в номере темно было. Как же ты поняла, что это не я рядом лег.
Влада рассмеялась.
— Да очень просто. Он был сухой, а ты никогда сухим не ложишься.
Долго они еще смеялись.
— Вот видишь, моя привычка не вытираться, помогла тебе разобраться с мужиками, — подкалывал он жену.
— Да уж, с этих пор я прекращу бороться с твоей привычкой. Похоже, иногда недостаток, который раздражает, способен сослужить неплохую службу, — проговорила смеясь, жена.
