Валера тяжело выдохнул. Жанна была не просто красивой — она казалась какой-то нереальной. Ещё вчера он увидел её впервые, а сегодня она просыпалась в его постели.
Совесть, конечно, скребла. Его ждала невеста. До свадьбы оставалось три дня. Но Валера не мог устоять. Да и, честно говоря, не устоял бы ни один мужчина.
Жанна работала моделью. Она была той самой женщиной, рядом с которой у любого сбивается дыхание. Познакомились они накануне совершенно случайно, в небольшом ресторанчике. Валера заскочил туда перекусить после рабочего дня.
Последние недели он жил, как загнанный. Подготовка к свадьбе, работа, бесконечные мелочи. Таня не хотела пышного торжества и повторяла, что это пустая трата денег. Валера упирался.
— Ты не понимаешь. Это плюс для нашей будущей семьи. Мы пригласим нужных людей. Потом они пригодятся в бизнесе.
Таня устало вздохнула.
— Хорошо. Делай, как считаешь нужным.
Валера улыбнулся и вдруг попросил то, что давно вертелось на языке.
— Тань, можно тебя попросить. Не надо всем рассказывать, что твой отец сидел в тюрьме.
Она посмотрела на него спокойно.
— Валер, он сидел совсем недолго. И потом с него сняли обвинения.
— Это неважно. Важен сам факт, что он там был.
Таня нахмурилась.
— Зря ты так. Ты ведь толком и не познакомился с папой. И вообще, мы женимся. А что ты знаешь обо мне, о моей семье?
— Мне достаточно того, что я знаю тебя. Остальное мне неважно.
Она улыбнулась, будто уступая.
— Может, ты и прав.
Отца Тани Валера и правда видел всего один раз. И честно говоря, радости та встреча ему не добавила. Тимофей Николаевич оказался человеком тяжёлым, неудобным в общении. Вместо того чтобы порадоваться, что дочь удачно выходит замуж, он говорил так, будто именно их семья оказывает Валере честь.
Валера тогда мысленно одёргивал себя: ещё неизвестно, как прошлое Тимофея Николаевича может отозваться его делу. Прошлое у таких людей редко остаётся тихим.
Когда они прощались, Тимофей Николаевич произнёс медленно, глядя прямо в глаза:
— Я очень надеюсь, что ты сделаешь мою дочь счастливой. Она любит тебя. Но учти: если ты её обидишь, мы когда-нибудь обязательно встретимся.
Валера даже поёжился. Взгляд у мужчины был такой, что холод прошёл по спине.
Таня тогда поспешила его успокоить.
— Перестань. Даже не думай об этом. Папа не монстр. Тебе просто показалось. Он вообще добрейшей души человек. Он же папа, и этим всё сказано. Все папы такие. И ты таким будешь.
Валера вроде бы стал спокойнее. Но неприятный осадок всё равно остался.
Жанна сладко потянулась и распахнула глаза, будто ничего в мире не тревожит.
— Кофе.
Валера метнулся на кухню, быстро приготовил и вернулся в спальню. Жанна лежала на животе и лениво улыбалась.
— Ты крутой.
Ему стало приятно. И тут в голове предательски щёлкнуло: вот если бы он женился на Жанне, а не на Тане, он мог бы видеть такую красоту каждое утро.
Валера сел рядом, не удержался и спросил:
— Жанна, а ты вообще думала о замужестве?
Она посмотрела на него внимательнее, чем раньше.
— Конечно думала. Ты же умный. Понимаешь, век модели короткий. Надо успеть устроить себе нормальную жизнь.
Валера хмыкнул.
— Да у тебя, наверное, с мужчинами проблем нет. Ты такая…
Жанна усмехнулась, и от этой улыбки вдруг повеяло холодком.
— Вот тут ты ошибаешься. Думаешь, у модели не должно быть репутации. А ещё в моём окружении почти все мужчины женаты. Какой смысл тратить на них время.
Он сам не понял, как вырвалось:
— А я холостой. Ты бы вышла за меня?
Жанна посмотрела серьёзно, без кокетства.
— Вышла бы. Ты молодой, красивый. У тебя своё дело, оно приносит доход. Значит, нас не ждёт коммуналка с тараканами.
Валера даже сглотнул.
— А любовь?
Жанна снова усмехнулась, будто объясняла очевидное.
— Любовь, Валерочка, придумали бедняки и неудачники, чтобы не тратиться на подарки. Что такое любовь. Сегодня она есть, завтра её нет. Гораздо важнее быть с человеком на одной волне. И постель тоже важна. Но у нас с тобой, кажется, в этом всё хорошо.
Валера слушал и восхищался. Жанна была не только красива — она ещё и говорила так, как будто ставила точку в его сомнениях. Ему казалось, она произносит правильные вещи.
Таню он, конечно, любил. Но между ними постоянно были недомолвки, обиды, взгляды исподлобья. Это выматывало. И то, как Таня любила прижаться лбом к его лбу и просто так сидеть, его раздражало. Валера всегда считал: если люди касаются друг друга, должно быть продолжение. А всё остальное — детский сад.
Да и в постели у них было неровно. Таня соглашалась неохотно, будто через силу. Потом, правда, разгоралась. Но Валере не хотелось каждый раз тащить будущую жену на аркане.
Он посмотрел на Жанну и сказал, стараясь оставить себе возможность отступить, если она рассмеётся:
— Жанна, а если… попробуем. Создадим ячейку общества. Мне кажется, у нас выйдет идеальный тандем.
Он произнёс это и как шутку, и как правду одновременно.
Жанна не рассмеялась. Она только чуть наклонила голову.
— А знаешь… почему бы и нет. Давай.
Валера застыл.
— Ты серьёзно?
Жанна улыбнулась.
— А ты?
— Я… Да.
— Ну тогда и я — да.
В тот же день они подали заявление. Вечером Таня звонила ему несколько раз подряд. Валера смотрел на экран и не отвечал. Он понимал, что надо бы объясниться. Но решил, что сделает это позже.
Трубку он взял только накануне свадьбы. Той самой, которая должна была быть уже завтра.
— Валера, господи, что происходит. Я думала, случилось что-то страшное. Ты не забыл, что у нас завтра свадьба?
Он набрал побольше воздуха.
— Нет, Таня. Свадьбы не будет. Гостям я уже сказал. Я встретил другую женщину. Не звони мне больше, пожалуйста.
Валера быстро нажал отбой и вытер пот со лба. Сейчас Таня начнёт названивать, подумал он. Но телефон молчал. Он подождал, потом медленно успокоился.
Таня слишком гордая, чтобы бегать за ним. И это было ему даже удобно.
Свадьбу с Жанной они сделали грандиозную. Многое у Валеры уже было закуплено для прежнего торжества, но и так праздник влетел в круглую сумму. Он считал: такая женщина должна жить в роскоши.
Прошло несколько месяцев. Валера снова возвращался домой далеко за полночь. Дела на ферме шли плохо. Вернее, совсем плохо. Причину он знал. Только изменить ничего не мог.
Жанна обходилась ему дорого. В прямом смысле. Он понимал, что она привыкла к красивой жизни. Но не в таких же масштабах.
Он пытался говорить с ней осторожно. Один раз рискнул намекнуть, что нужно чуть умерить аппетиты. Жанна сделала такие глаза, что у него внутри всё сжалось.
— Я не поняла. Ты что за мужик, если не можешь содержать свою женщину?
Он тогда поспешил перевести всё в шутку. И очень надеялся, что она поверила.
Деньги приходилось вытаскивать из фирмы. А компании нужны были срочные закупки. Если не сделать их сейчас, всё остановится. Но платить было нечем.
Валера пропадал на работе с утра до ночи, пытаясь найти хоть какое-то решение. И всё чаще ловил себя на том, что с тоской вспоминает Таню.
Она любила подарки, как любая женщина, но говорила иначе.
— Валер, мне приятно, когда ты даришь. Но это не значит, что каждый раз подарок должен стоить целое состояние. Даже букет цветов меня порадует. А деньги нам пригодятся.
От Жанны такие слова прозвучали бы как признание в слабости.
Валера открыл дверь дома тихо, стараясь не шуметь. Жанна спала отдельно, в своей комнате. Она объясняла это тем, что рядом с ним плохо высыпается. Валера был против, но Жанна умела убеждать.
Он прошёл мимо её двери, сделал ещё шаг и вернулся. Хотел хотя бы поцеловать её, пока она спит.
Он осторожно открыл дверь и застыл. Кровать была пустая. Жанны не было дома.
И тут в голове всплыла неприятная мысль: а ведь, возможно, это не первый раз. Просто раньше он приходил поздно и не проверял.
— Ну погоди же, жёнушка, — прошептал он сквозь зубы.
Валера сел в кресло напротив входной двери. Сначала слушал тишину. Потом устал и уснул.
Проснулся от щелчка замка. В двери поворачивался ключ.
Жанна вошла тихо. Свет не включала. Скинула туфли и направилась к своей комнате. В темноте она не заметила Валеру, но он сделал шаг, и она вздрогнула.
— Не поздновато ли?
Жанна вскрикнула и включила свет.
— Валера. Ты что…
По голосу было ясно: она прилично пьяна.
Валера смотрел на неё и чувствовал, как поднимается злость.
— Жанна, скажи мне, где была замужняя женщина до такого времени. И почему она вернулась в таком виде.
Она молча разглядывала его несколько секунд. Потом фыркнула.
— Ты правильно сказал: замужняя. Я просто замужем. Но я не в тюрьме. А раз мой муж такой неудачник, что не может отправить жену на курорт, ей приходится развлекаться самой.
Жанна развернулась и ушла. Дверь за собой закрыла плотно. Это означало одно: разговор закончен.
Валера до утра не сомкнул глаз. К рассвету решение было готово. Жанна, конечно, эффектная. Но без неё будет лучше.
Если фирма окончательно рухнет, он ей станет не нужен и на пару часов.
Утром Валера заблокировал все её карты. Сам надел лучший костюм и поехал в банк. Деваться было некуда. Придётся брать кредит и срочно поднимать компанию.
Он убеждал себя, что выкрутится. Кредит отдаст быстро. Работать он умеет.
Буквально несколько дней назад знакомый рассказывал ему про банк в их городе. Банк был относительно молодой, проценты щадящие. Знакомый даже брал там деньги и остался доволен.
— Никакого обмана, — говорил он тогда.
Валера слушал вполуха. Сейчас же лихорадочно вспоминал, куда сунул визитку. Они разговаривали на стоянке. Значит, если он не выбросил её, карточка должна быть в бардачке.
Так и оказалось. Валера нашёл визитку, прочитал адрес и поехал туда.
Его усадили в кресло, попросили подождать. Он нервно постукивал пальцами по подлокотнику, пока вдруг не услышал знакомый голос:
— Боже мой, какие люди.
Валера резко поднялся. Перед ним стоял Тимофей Николаевич.
— Вы… Я…
Тимофей Николаевич смотрел на него спокойно, даже с интересом.
— А ты кого хотел увидеть?
— Это ваш банк?
— Это мой банк.
Он чуть прищурился.
— Что ж, странно. Хотя… ничего. Когда-нибудь ты поймёшь, что многое в жизни лучше не афишировать.
Тимофей Николаевич протянул руку.
— Давай документы.
Валера отдал бумаги. Тимофей Николаевич быстро просмотрел их, ничего не сказал, встал и вышел.
Через минуту в кабинет зашёл клерк. Они начали оформлять заявление. Валера до последнего был уверен: отец Тани не даст ему кредит. Но всё шло слишком гладко.
— Если всё прочли, подпишите здесь и здесь.
Да какое там прочли. В кармане без конца вибрировал телефон. Валера даже не сомневался, кто звонит. Его дорогая Жанночка проснулась и обнаружила, что карты не работают.
Он выбежал из банка и схватил трубку.
Жанна орала так, что у него заложило уши. Валера слушал несколько секунд, а потом перебил:
— Всё, Жанна. Хочешь развлекаться — зарабатывай сама.
Он сбросил вызов.
К вечеру Валера заказал всё, что было нужно фирме. Раздал долги. Выплатил зарплату, которую задерживал уже неделю. Денег не осталось совсем. Но он не паниковал.
Он думал: теперь начнём работать — и вытащим.
Утром его разбудил звонок из банка. Голос был вежливый, но холодный.
Его попросили срочно подъехать.
В кабинете Тимофей Николаевич смотрел на Валеру ровно, как будто речь шла о погоде.
— В каком смысле вернуть сегодня всю сумму?
Тимофей Николаевич пожал плечами.
— Я так захотел.
— Но так не делается. Любой суд поставит вас на место. Вы уверены?
Тимофей Николаевич кивнул на бумаги.
— Всё прописано в договоре.
— Что прописано?
— То, что я могу в любой момент потребовать деньги обратно.
Валера вцепился в документ и судорожно стал читать. И только сейчас увидел нужную строчку.
Он похолодел. Как он мог подписать это.
— Но у меня нет таких денег. Я всё вложил.
Тимофей Николаевич тяжело вздохнул, будто ему неприятно, но иначе нельзя.
— Ну что ж. Тогда мне придётся забрать твою фирму. Не переживай. Если её оценят дороже, я выплачу тебе разницу. А если дешевле — останешься должен.
Через час Валера был дома. Ему хотелось только одного — напиться.
Дом оказался разорён в буквальном смысле. Жанна ушла от него. Вернее, уехала. И уехала не налегке: вместе с мебелью, техникой, всем, что можно было вынести.
Посреди пустой комнаты лежало порванное свидетельство о браке.
Валера нашёл коньяк, до которого Жанна, видимо, не добралась. Налил себе полный стакан.
Кто-то звонил. Потом настойчиво колотил в дверь. Снова звонил.
Валера с трудом поднял голову.
— Кого это чёрт принёс…
Он дошёл до двери, кое-как повернул замок и открыл.
На пороге стоял Тимофей Николаевич. Рядом — двое каких-то мужчин с папками. И Таня.
Таня выглядела так, будто пришла на бал. Спокойная, собранная, красивая. Королева.
Все молча вошли. Мужчины разложили документы прямо на пустом столе. Валера понял: сейчас он станет нищим окончательно.
Он бросился к Тане.
— Таня. Танечка. Прошу тебя. Вспомни всё хорошее, что было между нами. Поговори с отцом.
Таня посмотрела на него с искренним удивлением.
— А между нами что-то было?
Валера медленно опустился на стул, будто из него вынули кости.
Один из мужчин придвинул бумаги.
— Подпишите здесь. И здесь. Татьяна Тимофеевна — новый владелец вашей фирмы.
Когда всё было закончено, они поднялись и направились к двери. Валера в последней попытке схватил Таню за руку.
— Ты довольна. Тебе приятно смотреть на раздавленного человека?
Таня остановилась и посмотрела ему в глаза.
— Мне очень жаль, что чуть раньше ты упустил такую возможность.
Она чуть наклонилась ближе и сказала ровно, без крика:
— Если будут проблемы с работой, приходи. Я устрою тебя дворником.
Таня выдернула руку и пошла к выходу.
Валера молча смотрел ей вслед. Он не мог понять только одного. Когда она успела стать такой жестокой. И главное — почему.
