Вера не планировала никакого праздника. Ну, день рождения Лизкин, четыре года. Купила вчера торт, сегодня быстро уберётся. Потом пригласит Максима с дружком посидеть, и свободна. А то дедлайн завтра, а у неё ещё три баланса висят.
И тут звонок от свекрови.
— Верочка, я к Лизоньке на день рождения еду. С сестрой Ниной и её внуками. Пусть дети друг с другом познакомятся. Скоро будем.
Скоро. Людмила Васильевна. Сестра Нина. Внуки. Сколько человек. Четыре? Пять? Что готовить. В холодильнике курица. Салат. Нет овощей. Магазин. Когда. Сейчас. А уборка. Балконы не протёрты. Где Игорь. Конечно, в комнате. Отчёт. Завтра. Господи.
— Людмила Васильевна, мы ничего не готовили, у меня работа, завтра сдача.
— Ничего страшного, мы ненадолго. Только поздравим.
И отключилась.
Вера села на диван. Ладони вспотели. Желудок скрутило.
Игорь вышел из комнаты.
— Что случилось?
— Твоя мать едет. С сестрой Ниной. И внуками.
— С тётей Ниной? Вера, она наглая. Очень. Любит халяву. Будет хвалить, есть, сидеть и не уходить.
— Спасибо, что предупредил заранее. Скоро они уже тут.
— Я же не знал.
— Конечно.
Вера пошла на кухню. Начала резать. Варить. Жарить. Максим высунулся из своей комнаты.
— Мам, я к Петьке собирался.
— Иди. Тут будут гости.
— Мам, я не хочу.
— Я тоже. Иди к Петьке.
Максим исчез.
Вера готовила до часу ночи. Потом легла на полчаса, не раздеваясь. Встала в шесть утра. Убиралась до девяти. Игорь помогал, молча.
В одиннадцать приехали.
Людмила Васильевна с пакетом подарков. Нина с огромной сумкой и двумя детьми. Девочка лет пяти, мальчик семи. Оба вежливые.
— Верочка, как у тебя чисто. Ах, какой стол. Вот это да. У меня сноха ничего не делает. Вообще. Бардак, грязь, дети голодные. Еда отвратительная. А у тебя, смотрю, как в ресторане.
Нина говорила, не умолкая. Хвалила квартиру, мебель, ковёр, цветы на подоконнике. Тянулась за салатом. Отламывала корочку от хлеба. Вытирала рот салфеткой, но продолжала говорить.
Лиза сидела рядом, получила подарки, обрадовалась. Потом убежала с Нинкиными внуками в комнату. Играть.
Нина уже третью оладью макала в сметану.
— Как вкусно. Вера, золотые руки. Господи, как же повезло Игорю. Настоящая хозяйка.
Вера кивала и думала: когда они уйдут.
Прошёл час. Потом ещё час. Людмила Васильевна посмотрела на часы.
— Нина, может, нам пора?
— Да ладно, посидим ещё. Дети так хорошо играют.
Вера посмотрела на Игоря. Игорь отвёл глаза. Людмила Васильевна развела руками.
Нина сидела до вечера. До последней электрички. Вера заглянула в комнату: дети строили город из Лизкиных кубиков, рисовали, смеялись.
А Нина на кухне доедала остатки салата, пила третью чашку чая.
— Представляешь, даже суп не сварит. Говорит, некогда. А некогда у кого? У всех некогда.
Вера молчала. На столе остался только огрызок торта.
Когда Нина наконец-то стала собираться, было девять вечера.
— Верочка, спасибо огромное. Так хорошо посидели. Дети наигрались. В следующие выходные приедем ещё. Можно?
Вера почувствовала, как что-то внутри оборвалось.
— Нас не будет. Мы к друзьям едем.
— К каким друзьям?
— К давним. Обещали.
— Так вы же и нам обещали. Людмила Васильевна говорила.
— Я не обещала.
— Что-то не так? Что-то я сделала не так?
Нина смотрела так, будто её обидели. Людмила Васильевна смущённо кашлянула.
— Всё так. Просто мы заняты.
— Ну, смотрите. Значит, родственников не принимаете.
Нина ушла обиженная. Дверь закрылась.
Вера села на диван и закрыла лицо руками.
— Игорь, это был кошмар.
— Я же предупреждал.
— Она хочет приехать снова.
— Ну, ты же отказала.
— Она наглая. Она не отстанет.
Игорь пожал плечами и ушёл.
Вера не спала всю ночь. Доделывала отчёты. Голова болела, пальцы не слушались. Утром отправила всё по почте, закрыла ноутбук.
Лиза не ходит в садик, очередь бесконечная. Вера работает по десять часов в офисе, потом дома до ночи. Не высыпается. Срывается на Максиме. Срывается на Игоре.
А денег хватает впритык. Ипотека пятьдесят пять тысяч. Коммуналка, еда, одежда. Никаких излишеств.
Через неделю Нина снова позвонила.
— Верочка, можно мы приедем в субботу? Я оставлю внуков у вас на день. Мне нужно по делам в Москву. Некуда их деть. Сноха отказалась. Сказала, что у неё планы.
Вера хотела сказать нет. Хотела закричать: у меня тоже дела.
Но вдруг остановилась.
Внуки. Дети играли весь день. Лиза была занята. Не ныла, не требовала внимания.
— Хорошо. Приезжайте.
— Правда? Верочка, ты меня спасаешь. К вечеру заберу.
Вера положила трубку. Игорь вышел из ванной, уронил полотенце.
— Ты что, согласилась?
— Да.
— Зачем?
— Увидишь.
В субботу Нина привезла внуков в десять утра.
— Верочка, спасибо огромное. Я вечером. Дети накормлены, не капризничают. Если что, звони.
Нина ушла.
Вера усадила троих детей на кухне, включила мультики, дала им печенье и сок.
— Играйте тихо. Я работаю.
Они кивнули.
Вера закрылась в комнате, открыла ноутбук. Начала.
Часа через два заглянула на кухню. Дети сидели на полу, играли в Лизкины игрушки. Девочка рассказывала что-то, мальчик строил башню, Лиза смеялась.
Вера вернулась к работе. Тишина. Никаких воплей. Никаких капризов.
К вечеру она закончила отчёт. Впервые за месяц в срок. Без ночи.
Дети всё ещё играли. Тихо, спокойно.
Вера разогрела им еду. Они поели, сказали спасибо.
Нина приехала в восемь.
— Как они себя вели?
— Хорошо.
— Верочка, ты прямо спасение. Я так измучилась. Дела по городу, потом сноха позвонила, опять скандал. Спасибо огромное. Может, ещё как-нибудь оставлю?
Вера посмотрела на детей. Лиза обнимала девочку, не хотела отпускать.
— Можно.
Нина обрадовалась.
— Правда? Вот здорово. Я тебе позвоню.
Они ушли.
Игорь вышел из комнаты.
— Ты специально её звала?
— Нет. Она сама позвонила.
— И ты согласилась. Зачем?
Вера налила себе чай. Впервые за неделю села спокойно.
— Её внуки с Лизкой играют. Часами. А я за ноутбук, и тишина. Понимаешь?
Игорь смотрел на неё, как на сумасшедшую.
— Но она же наглая.
— Конечно, наглая. Но её внуки мне нужнее. Я не могу больше так. Работать ночами, срываться на детях.
Игорь молчал.
Через две недели Вера сама позвонила Нине.
— Можете приехать в субботу? С внуками. Пусть дети поиграют.
Нина обалдела.
— Вера, ты серьёзно?
— Да. Приезжайте.
Нина приехала. С внуками, с огромной сумкой, с благодарностями.
— Верочка, спасибо. Ты не представляешь, как ты мне помогаешь. Сноха опять отказалась. Говорит, устала.
Вера улыбнулась.
— Ничего страшного.
Дети убежали в комнату. Нина села на кухне, потянулась за курицей.
— Как вкусно. Как чисто. Какая ты молодец.
Вера слушала вполуха, кивала. Потом ушла в комнату, закрылась, открыла ноутбук.
Работала до вечера. Спокойно. Без Лизкиных воплей.
Дети играли сами. Нина сидела на кухне, доедала остатки. К восьми Вера вышла, накормила всех. Нина забрала внуков.
— В следующие выходные приедем?
— Приезжайте.
Нина ушла счастливая.
Игорь вышел из комнаты.
— Ты превратила тётку в постоянного гостя.
— Я превратила её внуков в воспитателей для Лизы. Бесплатных. Она играет с ними, развивается. А я работаю. Все довольны.
— Но Нина же сидит, ест.
— Пусть сидит. Мне не трудно приготовить лишнюю порцию. А она счастлива, что отдохнула от невестки. Ей нужна разгрузка. А мне нужно время. Всем выгодно.
Игорь покачал головой, но промолчал.
Вера стала приглашать Нину с внуками раз в две недели.
Нина приезжала, благодарила, плакалась на сноху. Дети играли. Лиза стала говорить лучше, научилась делиться игрушками, перестала ныть.
Вера работала спокойно. Отчёты сдавала вовремя. Перестала срываться на семье. Спала по шесть часов, а не по три.
Однажды Максим вернулся раньше времени, увидел Нину на кухне.
— Опять эти орущие детишки?
— Не орут. Играют.
— Мам, да сколько можно?
— Максим, иди в свою комнату.
Он хлопнул дверью. Вера сжала зубы. Нина ничего не заметила, доедала запеканку.
Однажды Нина разбила чашку. Уронила, пока тянулась за сахаром. Осколки разлетелись по полу.
— Ой, Верочка, извини. Я сейчас уберу.
— Ничего. Я сама.
Вера подмела осколки. Пальцы дрожали. Она выдохнула, разжала кулаки.
Однажды вечером Игорь обнял её.
— Прости, что моя семья такая.
Вера отстранилась.
— Твоя семья меня спасла. Вот что обидно.
Игорь посмотрел на неё.
— Обидно?
— Да. Потому что я не придумала ничего лучше. Только использовать наглую родню.
Игорь обнял её крепче.
— Ты справляешься.
— Стараюсь.
Прошло полгода. Вера перестала срываться на детях. Стала высыпаться. Работа шла легче.
Нина приезжала по расписанию. Дети играли. Лиза развивалась.
Однажды Вера стояла над раковиной, мыла третью партию тарелок после Нины. Слышала, как та в комнате причитает: «Ах, какая чистота!» Вера сжала губку так, что пена выдавилась сквозь пальцы.
Повернулась. Лиза сидела на полу с внуками, складывала пирамидку. Сама. Без «мама, смотри». Без «мама, помоги».
Вера разжала пальцы. Выдохнула.
Однажды Людмила Васильевна позвонила.
— Верочка, Нина тебя нахваливает. Говорит, что ты золото. Я рада, что вы подружились.
Вера усмехнулась.
— Мы не подружились. Мы договорились. Ей нужна разгрузка от невестки. Мне нужно время для работы.
— Но ты же её терпишь.
— Терплю. Но не зря.
Людмила Васильевна вздохнула.
— Умная ты, Верочка.
— Когда нет выбора, можешь всё.
Нина нахваливала Веру подругам.
— У моего племянника жена просто золотая. Принимает нас, кормит, с внуками возится. Не то что моя невестка.
Вера слышала это краем уха. Улыбалась. Кивала. А сама думала: пусть думает, что я ей помогаю из доброты. Главное, что она привозит внуков.
Прошёл год. Лиза подросла. Стала разговорчивее. Научилась играть сама. Но Нину Вера всё равно приглашала. Потому что Лиза ждала их, радовалась, обнимала.
Нина приезжала, как на работу. Раз в две недели. С внуками, с благодарностями.
Вера слушала, кивала, готовила. Потом уходила работать.
Однажды суббота. Нина доедает последнюю оладью. Из комнаты слышен детский смех. Вера закрывает ноутбук. Отчёт готов, до дедлайна двое суток.
— Верочка, ты просто золото, — Нина облизывает пальцы.
Вера наливает ей чай. Ещё одну чашку.
— Приезжайте через две недели.
Нина расплывается в улыбке. Не понимает, что её используют. И слава богу.
