Наверное, не было в мире счастливее девушки, когда Альбина услышала предложение руки и сердца от своего Степы.
— Я тебе обещаю, буду хорошим и заботливым мужем, — говорил Степан, словно уговаривая ее, и смотрел прямо в глаза, держа ее за руки.
Альбина улыбалась и никак не могла от радости произнести что-то, сердце бешено колотилось, но наконец ответила:
— Согласна я, Степа, согласна…просто ты меня застал врасплох, мы с тобой как-то и не говорили на эту тему.
— А чего говорить, я давно вынашивал эту мечту и лучше сразу предложить, чем говорить и говорить…Как это говорится: меньше слов и сразу к делу…
Оба были счастливы, давно уже назрело это решение. И началась подготовка к свадьбе, родители всполошились и те и другие, хотелось для своих детей сделать настоящий и незабываемый праздник.
Все получилось. Альбина в свадебном наряде была хороша, жених даже рот от удивления раскрыл, когда ее увидел. Ну, а сам Степан был в строгом классическом костюме темно-синего цвета, в белой рубашке и галстуке в тон костюма. Очень красивая пара.
На свадьбе в ресторане много было тостов и пожеланий молодым, много гостей, весело и празднично. Альбина даже немного утомилась, но такое бывает раз в жизни. Жить молодожены стали в собственной квартире, которая была у Степана. Отец ему подарил ее, когда он с отличием окончил институт.
Закончились праздники, наступили будни. Степан работал в большой компании, Альбина преподавала в школе литературу и русский язык. После завтрака разбегались в разные стороны, вечером встречались радостные, скучали друг без друга.
Однажды Степан приехал с работы, открыл ключом квартиру и унюхал аромат жареной курочки в духовке. Тут же заглянул на кухню и удивился. Жена накрыла стол, и уже поставила на стол бутылку вина, расставляла фужеры.
— Привет, — весело проговорил муж, Альбина даже вздрогнула от неожиданности, стояла боком к мужу, — у нас праздник что ли, такие ароматы, ууу…
— Привет, напугал меня, — радостно улыбнулась жена. – Да, у нас праздник, давай к столу.
— Сей момент, толь руки вымою…
Усевшись за праздничный ужин, Степан смотрел на жену, ожидая, что же она скажет, а та держала паузу, видела, как ждет муж.
— Степочка, поздравляю тебя, ты скоро станешь папой! Я беременна, сегодня была у врача и встала на учет, — на одном дыхании выдала Альбина.
Степан казалось, потерял дар речи.
— Это правда, Алька, — так он называл ее, как только познакомились, два года назад.
— Правда, Степа, правда.
Беременность Альбины проходила нормально, они ждали рождения сына, а бабушки и дедушки внука. Наконец наступил тот день, Альбину увезли на скорой в роддом. Степан почти два часа ждал в коридоре. И поздно вечером медсестра ему сообщила:
— Поздравляю, у вас сын. Можете ехать домой, к жене пока нельзя, да и поздно уже.
Первые дни после рождения Марка, были похожи на красивую сказку. Альбина со Степаном не могли нарадоваться на своего сыночка. На его крошечные ручки и ножки, и серые глаза, точь-в-точь, как у папы.
Прошло немного времени, и сказка вдруг куда-то делась, с сыном что-то было не то. Врачи говорили осторожно, не давая никаких обещаний, но суть одна, Марик очень болен. Мир молодой семьи, еще недавно такой счастливой, вдруг стал мрачным. Больничная палата, потом детская комната в квартире, да и сама квартира, заставленная комплексами для занятия упражнений, брошюрами о болезни.
— Господи, за что, — плакала Альбина, уложив сына спать, — ну почему именно на нашу долю выпало такое.
Степан переживал молча, с каждым днем становился все мрачнее. Уже не хотелось бежать скорее с работы. Часами сидел в интернете, читал все о болезни сына, искал лучших специалистов носил сына на болезненные массажи.
Казалось, жизнь остановилась в этой семье на горестной ноте. Родители и те и другие приезжали в гости, старались улыбаться, помогали, но никто конкретно не мог ничем помочь.
— Только терпения тебе, дочка, терпения и не падать духом, — говорила ей мать, — бывает такое в жизни, не у вас одних такое несчастье. Крепись, не показывай вида мужу и особенно сыну, что ты удручена и расстроена.
— Мамочка, за что нам со Степой такое? – все равно плакала Альбина. – Я вижу, муж еле выдерживает.
— Держись дочка, мы — женщины сильней мужчин в таких случаях.
Степан с каждым днем мрачнел, его мужественное лицо было грустным и напряженным. Он видел, как другие дети возле дома и в парке бегали и веселились, некоторые делали первые шаги, а их Марик головку-то еле держал.
Степана охватывал страх перед этой бесконечной борьбой за здоровье сына перед будущим, которое виделось сплошной черной полосой. Однажды вечером после работы не выдержал. Приехал домой сын плакал, беспокоило его что-то. Альбина измученная, еле успокоила Марика.
Что случилось с ним, он и сам не понял, быстро побросал кое-какие свои вещи в сумку, не глядя жене в глаза, проговорил:
— Не могу я больше, Альбина, не могу, я сломался…Прости, — и вышел, тихо закрыв за собой дверь.
Альбина услышала лишь щелчок замка, который ей показался очень громким. Она осталась наедине со своим горем, сплошная пелена тумана, ледяная пустота и сын, который очень нуждался в ней.
— Господи, теперь еще и Степа… Ну за что мне все это? В чем я провинилась, за что мне такие испытания, — она плакала долго, когда слезы закончились, решила, что не сломается.
Поддерживали родители и те и другие, помогали. Только Степан не появлялся в жизни Альбины и Марка. Прошло четыре года. Альбина давно успокоилась, приняла все и отдавала всю себя сыну. Она день за днем кропотливо ухаживала за больным сыном, времени свободного не было.
Ее жизнь теперь состояла из тысячи маленьких шагов. Шаг — на процедуры, шаг – приготовить еду, убрать и постирать, шаг – улыбнуться Марику, когда хотелось плакать от усталости и отчаяния.
Марик рос удивительным ребенком. Его красивые серые глаза, как у папы светились добротой, он был улыбчивым мальчишкой. Марик не ходил, но улыбался лучезарно и давал надежду маме.
Степан жил в другом мире. Он пытался все забыть.
— Сынок, почему же ты бросил Альбину с больным сыном, ей очень тяжело, — корила его мать.
— Мам, не напоминай мне, я и так не могу забыть этот кошмар… Не смог я смотреть на все эти мучения…
— А как же Альбина? Ты думаешь ей легко?
Степан пытался забыть обо всем, даже увлекся знакомствами с женщинами, пытался развеяться в кафе с друзьями, пытался забыться на работе. Но его преследовало лицо Альбины в ту последнюю секунду, когда он сбежал. Именно сбежал от трудностей. Альбина не плакала, не проклинала, ее лицо тогда ничего не выражало, оно было пустое.
Степан слышал смех детей на улице, ему чудился взгляд серых глаз сына. А совесть грызла его изнутри, исподтишка, не давала покоя, даже иногда просыпался по ночам. Вроде бы он был свободен, но не чувствовал свободу, ему было стыдно за свое малодушие.
привыкли жить без него, у них не было отчаяния
Не выдержал Степан однажды и приехал к дому, где жили его жена и сын, надеясь постоять и посмотреть на окна. Только вышел из машины, как увидел Альбину, она катила коляску с сыном и что-то говорила Марику, периодически наклоняясь. Они улыбались друг другу, а Степан аж опешил. Они жили и улыбались, привыкли жить без него, у них была жизнь и не было отчаяния, которое было у него.
Он стоял у машины не шелохнувшись, когда Альбина подошла к подъезду, он окликнул:
— Альбина… — он подошел, сердце колотилось, голос сорвался почти на шепот.
— Степан… — она обернулась, в глазах ее читался испуг и удивление, а взгляд был усталый.
Он смотрел на Марка, его родного сына, смотрел в его глаза, свои собственные глаза, сыну шел пятый год.
— Привет, Марик, — проговорил тихо.
— Марк внимательно и серьезно смотрел на него, потом ткнул пальцем в экран планшета, что лежал у него на коленях. Степан услышал электронный голос:
— Привет.
Не смог выдержать Степан и расплакался. Прямо здесь у подъезда, а сын смотрел на него.
— Степа, успокойся, — говорила Альбина.
— Прости, Алька, прости, — проговорил он, мне жаль эти годы, которые я украл у себя и у вас. Он опустился на колени перед коляской.
— Простите меня, мои родные. Простите… Позвольте мне быть рядом с вами, помогать вам. Ну хоть куда-то отвезти, что-то донести… Пожалуйста.
Альбина молчала. А потом кивнула.
— Ну хорошо, помочь можешь, коляску тяжелая…
Степан с радостью кинулся на помощь. Это был его первый шаг, шаг обратно к своим родным. Он возвращался в семью, ему хотелось помогать и облегчить жизнь Альбине. Он научился делать массаж сыну, учился понимать сына в первого взгляда, учился терпению.
Однажды он с удивлением заметил, что у него нет страха. Он куда-то ушел. Его место заняла любовь и нежность к сыну и жене. Он гордился за свою жену, — она оказалась сильнее его, хоть и слабая женщина.
Степан видел, что жена на него смотрит так же, как и раньше, особенно, когда он занимался с сыном. В глазах у нее было то самое тепло, улыбалась той доброй улыбкой, которую думал, уже никогда не увидит.
Степан, сидя на полу, помогал Марику собрать пирамидку, вдруг проговорил, глядя сыну в глаза:
— Ничего, сынок, мы с тобой все сможем, так и будем идти вместе шаг за шагом.
Прошло время. Альбина уже родила дочку, красивенькую девочку и тоже с серыми глазками, как у папы. Все у них наладилось. Родители помогли купить большой загородный дом, теперь там живут Степан с Альбиной, и радуются жизни. Степан рад, что жена нашла в себе силы и простила его.
