Только к пятидесяти годам, Вера, наконец-то, окончательно смирилась, что останется на всю жизнь одна.
В своё время была у неё и пылкая любовь, к мужчине, с которым она прожила несколько лет вне брака, а потом — и ещё одна любовь. Но, в конце концов, судьба её сложилась так, как сложилась. Мужчины ушли к другим женщинам, а она поняла – всё, хватит мечтать о настоящем принце. Не девочка уже. Пора успокоиться, и просто жить. Жить для себя, как многие теперь живут. И главное – следить получше за своим здоровьем.
В последнее время начались у неё проблемы с лёгкими. Врачи сразу сказали – это на неё так сырой питерский климат действует. Хорошо бы его поменять, это климат, на южный.
Легко сказать – поменяйте климат. А как это сделать, если ты уже корнями приросла к этому великому городу? Но кашель у Веры становился всё подозрительней, и она, всё-таки, начала искать варианты – каким образом можно перебраться в другой город.
Кто ищет – тот всегда найдёт. В одной социальной сети она познакомилась с одинокой женщиной из Краснодара, которая всю жизнь мечтала жить в Санкт-Петербурге. Как говорится – навязчивая идея, бывает с людьми такое. И когда эта Зина узнала о Вериной проблеме со здоровьем, она сама сразу же и предложила:
– Вера, давайте меняться жильём! Вы купите квартиру у меня, а я — у вас. Но без доплаты. Потому что, у меня денег лишних нет. Зато, квартира, великолепная. Двухкомнатная, с ремонтом, на третьем этаже девятиэтажного дома. Срочно приезжайте ко мне в гости, и сами посмотрите. А я вашу квартиру даже смотреть не буду. Я согласна на любое жильё, лишь бы оно было на берегу Невы.
Вера всю ночь не спала после такого заманчивого предложения. Потом позвонила своей подруге риелтору, посоветоваться. И та сразу сказала – поедем смотреть квартиру вместе.
Через неделю Вера была уже в Краснодаре, и убедилась – Зина не врала. Квартира у неё была чудесной.
Подруга сразу же включилась в работу, и где-то через месяц, может, чуть больше, но Вера уже перевозила свои вещи в другой город, в новую квартиру.
И вот, когда грузчики занесли в её новое жильё последние баулы, получили от неё плату, попрощались и ушли, Веру, вдруг, накрыл отчаянный страх и неизмеримая тоска. Только сейчас она поняла, что сотворила что-то непонятное и непоправимое. Она ощутила себя такой чужой в этом городе, что ей захотелось выть.
Но она не завыла. Сходила в аптеку, которая оказалась прямо в её доме, и первый раз в жизни напилась успокоительных капель.
Эффект от них был недолгим. Среди ночи она проснулась, и почувствовала, как тоска снова берёт её за горло. До утра она лежала на постели и плакала, и только ближе к утру ей удалось уснуть.
Но выспаться Вере не дали. В девять утра кто-то стал настойчиво звонить в дверь.
Она проснулась, не понимая, что происходит. Вера знала, что в этом городе у неё нет ни одной – не то, что родной, даже, знакомой — души.
А в дверь продолжали звонить. Затем раздались удары кулаком в дверь. А потом новая хозяйка квартиры услышала встревоженный мужской голос:
— Зина! Ты почему не открываешь?! С тобой что-то случилось?
Вера вскочила с постели, торопливо набросила на плечи халат, и поспешила в прихожую.
— Зина здесь больше не живёт! – закричал она сердито. – И прекратите стучать! Вы мне дверь сломаете!
— Как это — не живёт? – испуганно спросил всё тот же голос. – Зина, ты что, шутишь? Открывай! Это же я, Сеня!
— Послушайте, мужчина! – Вера взялась за ручку двери, но открывать не спешила. – Ещё раз говорю, Зина здесь больше не проживает. Вы слышите меня?
— Что значит – не проживает? Она что, умерла, что ли? – Голос нежданного Сени дрогнул. – Не надо так шутить, женщина! Ну-ка быстро открывайте дверь! Вы, вообще, кто такая?
— Я – новая хозяйка этой квартиры. Ваша Зина продала мне её, и уехала в Ленинград.
— Куда она уехала?
— То есть, в Санкт- Петербург, — поправилась Вера. – Навсегда уехала.
— Как это? А я? Почему она меня не предупредила? Она же должна была мне сообщить!
— Я не знаю, почему ваша женщина вас не предупредила, но её больше здесь нет, и никогда не будет. Всё. До свидания.
— Какая женщина? Это же моя сестра! — У мужчины в голосе послышалось отчаяние. — Родная, между прочим! Я у неё в этой квартире каждый год гостил. По три недели. Мне врачи посоветовали.
— Ну, тем более. Если это ваша сестра, то сами с ней и разбирайтесь, — ответила Вера через дверь. – И, вообще-то, перед приездом нормальные люди звонят, и предупреждают заранее.
— Да мы же с ней ещё месяц назад договорились, что я приеду. И вон что получается… — Мужчина помолчал, и, всё так же через дверь, недовольно добавил. — Значит, она свою мечту, всё-таки, исполнила. Ладно… Я ей сейчас, конечно, позвоню… А вы, женщина, извините за беспокойство… Прощайте…
Вера облегчённо выдохнула, и уже пошла, было, в комнату, но вдруг услышала, как этот человек, всё ещё стоя на лестничной площадке, с кем-то заговорил, и замерла, прислушиваясь.
— Зина, ты чего творишь, сестрёнка?! – заговорил этот Сеня обиженным голосом. – Ты не могла меня предупредить, что ли, что переехала?! Я же, как всегда, приехал к вам в тепло, отдохнуть от нашей северной погоды, а тебя здесь уже нет! Что значит, закрутилась с переездом?.. Забыла она… Где-где… Здесь я стою, перед дверью твоей бывшей квартиры, и не знаю, куда податься… А где я сниму жильё? За такие деньги? Нет, уж, спасибо. Я лучше где-нибудь на вокзале переночую, и завтра же поеду к себе обратно. К кому на ночлег попроситься? К какой Вере? К новой хозяйке? Ты что, совсем с ума сошла? С какой стати я буду её беспокоить? Я под угрозой расстрела на такое не пойду. Потому что я так воспитан, Зина! Не вздумай ей звонить! Мне ваша бабская жалость не нужна! Ах, она ещё и одинокая… Тем более! Нет, спасибо, сестрёнка. Я знаю, что ты меня мечтаешь снова женить, но я до сих пор люблю свою покойную жену! Всё, я сказал! Я выдвигаюсь на вокзал.
Услышав такое, Вера, не соображая, что она творит, скорей открыла входную дверь, и увидела мужчину, который подхватил свой чемодан на колёсиках, и пошёл с ним вниз.
— Стойте! – приказала ему Вера. – А ну-ка, вернитесь!
— Что? – Мужчина замер и удивленно обернулся.
— Вернитесь, я говорю! – Она сама подошла к нему вплотную, отобрала у него чемодан, и покатила его к себе в квартиру.
— Эй, что происходит? – возмущённо воскликнул он. – Вы что делаете?
— Ничего, — не оборачиваясь ответила она, и только закатив чемодан в свою прихожую, посмотрела на него. – Я сейчас слышала ваш разговор с сестрой, и полностью с ней согласна. Вам не нужно ночевать на вокзале. Это же глупо. Да завтрашнего дня поживёте у меня.
— С какой стати?
— Послушайте, Сеня, — с недовольной усмешкой сказала она. — Вы думаете, я вас пожалела? Довожу до вашего сведения, что я только вчера въехала в квартиру вашей сестры.
— И что это меняет? – не понял он.
— А то, что мне позарез нужна грубая физическая сила. Да-да, не смотрите на меня так. Я хочу немного поэксплуатировать вас. Чтобы вы помогли мне расставить в квартире мебель.
— Мебель? – Он растерянно улыбнулся.
— Да. Очень тяжёлую мебель. И ещё. Вы ведь не первый раз в этом городе?
— Естественно, — пожал Сеня плечами. – Я здесь каждую дыру знаю.
— Вот и хорошо. Вечером вы проведёте для меня экскурсию по чужому для меня городу. Я в нём, пока что, совершенно не ориентируюсь. Вы согласны на такой график работ? Естественно, с меня будет вкусный завтрак, обед и ужин.
Мужчина неуверенно посмотрел на новую хозяйку квартиры сестры, и снова пожал плечами.
— А разве у меня есть выбор?
— Нет у вас выбора! – сказал она голосом прокурора, и вдруг, улыбнулась. – И не бойтесь вы так, Сеня. Я не собираюсь делать вас снова женатым. Вы не в моём вкусе.
Но уже к вечеру, Вера поняла, что насчёт вкуса она немного ошибалась.
И на следующее утро Сеня никуда не уехал. То ли, потому что в квартире ещё осталось очень много дел для грубой физической силы, а может, и ещё почему-то… Ведь мужчины и женщины порой нуждаются друг в друге, и только потому, что так было изначально задумано свыше.
