– Ты посмотри, Петруша, к соседке сын приехал. Неужто надумал её забрать в город. Давно пора, уж как она его ждала. Поди лет пять не бывал.
– Больше! Когда мне семьдесят было, тогда он и приезжал. Я хорошо запомнил. Он же тогда еще посмеялся, что я долго живу. А я вот всё ещё жив.
– Так это выходит семь лет его не было.
– Выходит так. Давно пора её забирать. Хоть и моложе Капка нас, а дом её разваливается. Зиму уже не перезимовать, со всех щелей дует. А ведь ей семьдесят два будет.
– Будет. Долго пришлось ей сыночка ждать. И не стыдно ему нисколечко.
– Ну теперь ей хорошо будет в городской квартире, тепло, светло.
– Это еще бабка надвое сказала. Столько лет не был, и вдруг…
— Скоро узнаем всё.
***
Александр, сын Капитолины, долго ходил вокруг дома. Мать давно настаивала на его приезде, звала. Всё ей надо ремонтировать. Забор покосился, крыша прохудилась. Как не прохудиться, если шиферу столько же лет, что и Сашке, а ему уже полтинник. Дожди, снег, град. Крыльцо покосилось, и угрожает рухнуть. Пётр уже два раза его ремонтировал соседке, но для этого ещё и доски нужны, а пенсии у Капитолины едва на жизнь хватает. Баня тоже в плачевном состоянии, да и не топит её уже Капа, к соседям ходит. Им не жалко.
— Мать, а что огород то запустила?
— Так зачем мне много? Чуток картошки, да зелени с огурцами. Сил копать нет.
— Картошку можно продавать.
— Ты бы приехал, покопал, а потом говорил. Что делать будем? Надо бы ремонт хороший. Холодно зимой.
— Зачем тебе ремонт. Продать надо всё. Вот если бы на десяток лет раньше, то дороже было бы, а так копейки одни, только за участок можно деньги выручить.
— А меня куда же? Неужели с тобой ехать? Что я там делать буду? Жена твоя сама тут ни разу не была, да и тебя с внуками моими не пускала, а я поеду? Я внуков видела только на фотографиях. А помнишь, как я приехала к тебе однажды? Каждый день сидела у подъезда, потому что в квартиру без вас было входить нельзя. Спасибо, сыта таким приёмом.
— Не хочешь?
— Не хочу!
— А я уже покупателя нашёл на участок. Долго думать нельзя, он хорошие деньги даёт.
— А куда я с деньгами?
Александр задумался. Что матери ответить? Деньги ему были нужны. Рассчитывал он на них, хотелось большего, но… Мать к себе брать? Знал Сашка, что мать не согласится на переезд, это было к лучшему. Дом продавать надо, а мать в социальный приют. Там и общение и присмотр. А что? Не на улице же останется. В таком доме гораздо хуже, чем в доме для престарелых. Только сказать надо матери об этом. Как-то выкрутиться, чтобы мать не обидеть.
— Ты, если не хочешь ехать, то есть такие санатории, где люди живут круглый год. Я могу тебе найти такое заведение. Самое лучшее.
— Вот как! Думаешь мы в деревне неграмотные? В стардом решил мать сдать? Спасибо сынок, спасибо Сашенька. Ждала тебя семь лет, все глаза просмотрела, а ты…
— Мама, ты бы подумала. Как тут жить? Со мной ты не хочешь ехать. Выход один. Тебе хорошо там будет.
— Я же думала, что ремонт мне сделаешь. Хоть немного, чтобы теплее было зимой. Мне бы и комнатки хватило. Нет. Спасибо и на этом.
— Мама, вечером приедет покупатель.
— Вместе со мной будешь дом продавать?
— Почему ты упрямишься. Там чисто, тепло, врачи всегда рядом.
— Не нуждаюсь я в медицине. Уезжай!
— Как же я уеду, если покупатель скоро будет здесь. От тебя всего лишь подпись требуется.
— Нет. Ничего подписывать не буду. Можешь звонить ему, чтоб не ездил.
Но было уже поздно, возле дома остановилась машина из которой вышел мужчина. Он был примерно такого же возраста, как и сын Капитолины. Он сразу обратил внимание на мать Александра, поздоровался.
— Я Григорий. А что вы грустная такая? – спросил он. – Сын за вами приехал. Тут действительно жить невозможно. Хороший у вас сын, заботливый. Будете теперь с ним рядом жить.
— Не продаётся дом.
— Как это? Александр мне обещал, у меня уже проект нового дома есть.
— Я не продаю, тут жить буду. Замерзну, тогда пусть и продаёт.
— Что-то я не понимаю ничего.
— А что тут понимать! В стардом он меня собирается сдать, а не к себе забрать. Уходите все.
— Простите, я не знал… Ничего себе! Простите. До свидания.
Григорий ушёл не попрощавшись с Александром. Он был растерян. Вот если бы у него была мама… Но мамы нет, болезнь не пощадила женщину. Тогда Григорию было только восемь лет, а он всё помнит. С тех пор потерь было много. Отец пропал, бабушка и дед умерли. Братьев и сестёр не было. Григорий сам всего добивался, без помощи, без поддержки. Два года назад он развелся с женой. Дети уехали на учёбу в другой город, а она заскучала. Встретила одноклассницу, потом был вечер встречи выпускников, а потом одноклассник. Простить её Григорий не смог, развёлся.
— Ну, мать, ты даёшь! Зачем так говорить чужим людям? Ты самого лучшего покупателя отшила. Что теперь делать?
— Уезжай. Не было тебя семь лет, можешь теперь только на мои похороны приехать. Всё. Ждать больше не буду.
Капитолина отвернулась от сына и ушла в дальнюю комнату. Плакать она не любила, просто переживала. Она сидела и перебирала старые фотографии: родители, она в детстве, она с мужем, маленький сын, все вместе… Она ждала пока сын уедет. И он уехал.
Надо как-то жить. На кого надеяться? Только на себя, да разве что на соседей. Ничего, проживёт. Вот как раз в этой комнате потолок не протекает, да и теплее тут зимой. Комнатушка маленькая, но ей хватит.
***
Григорий появился через две недели.
— Простите, здравствуйте… Мне ваш участок очень приглянулся. Тут и город недалеко, природа, река. У меня есть предложение. Я куплю вам небольшую квартирку за этот участок. Вы сможете приезжать сюда, когда город наскучит. Я сразу не требую ответа, вы подумайте.
— Не хочу я жить в городе. Сыну отказала. Тут жила, тут и умру.
— Рано вам ещё умирать. Я мать потерял очень давно, но знаю, что никогда бы не поступил как ваш сын. Не хотите уезжать? А если я вам предложу остаться здесь? Я построю новый дом, вам сделаем отдельную комнату.
— А потом меня в стардом или того хуже – в глухую деревню без документов и имени.
— Фильмов насмотрелись. В них все всегда хорошо кончается. Счастливый конец. Мы все оформим, только придётся на время строительства переехать. Дом ведь придётся сломать. Вы подумайте. Я приду за ответом через неделю.
***
Строительство шло быстро, бригада работала хорошо. Большой дом Григорию был не нужен. Он один, Капитолина одна. На новоселье позвали соседей. Больше никого не было. Им Капа было очень благодарна, за баню, за ремонты, за помощь.
Отдельная комната, как и обещал Григорий, была тёплой и светлой. Новая мягкая кровать, красивая мебель на кухне. Капа могла о такой только мечтать. Не хуже, чем в городских квартирах. Баня новая, погреб. Григорий участок распахал, теплицу поставил, сам со всем справлялся. Капа радовалась, старалась не надоедать ему. Ей было неудобно жить в чужом доме. Вроде и место тоже самое, а ведь продала она ему участок. Продала! Все бумаги официально оформлены, деньги у неё на руках, вернее на сберкнижке. А он прописал её. Обещал и прописал.
Решила Капитолина все деньги Григорию отдать. Он же для неё такую жизнь на старость лет устроил. А Гриша не согласился.
— Нет, Капитолина Степановна, я у вас купил, значит деньги ваши. Я не нуждаюсь. Вы для меня как мать. По возрасту и вообще…
— Сынок. Ты мать не обижай и не обижайся. Я решила завещание написать. Не хочу я больше никому оставлять эти деньги. Они будут твои.
Григорий уступил. Они продолжают жить как мать и сын. К Григорию приезжают дочь и сын, с внуками. Капитолину все бабушкой называют. Теперь у неё большая семья, а не один… Нет, больше у неё никого нет. Только эта семья.
Когда-нибудь Александр вспомнит о матери, но это ничего не изменит в его жизни. Наследства не будет.
