Кира встречалась с Максимом год, когда он сделал ей предложение. Конечно же, пригласил в гости, чтобы познакомить с мамой. По его рассказам она представляла адекватную женщину средних лет, с которой она с легкостью найдет общий язык. Но не тут то было.
Не успела она переступить порог обычной двухкомнатной квартиры, как будущая свекровь моментально показала свое отношение. Кира с тоской осматривала накрытый стол, понимая, что уйдет голодная. Максим заранее предупредил маму, что его будущая жена не любит лук. Поэтому Наталья Ивановна постаралась на славу. Женщина не просто добавила его во все блюда, она еще и обильно украсила им все. Даже мясную нарезку.
Стряхнув с колбасы лук, Кира вяло жевала кусочек. Максим хмурился, прекрасно понимая, какие чувства обуревают его любимую. Натальи Ивановна, сияя как самовар от своей пакости, проводила допрос:
— Кем вы работаете? Учителем младших классов?
— Да.
— Знаете, давайте честно, — выразительно и тяжко вздохнув, заявила мама Максима. — Вы не пара моему успешному сыну-программисту.
У Киры от удивления расширились глаза. Ничего себе заявочки с первой секунды. Она, конечно, знала, что не все матери сыновей благосклонно принимают их жен, но думала, что ее это не коснется.
— Мама, — зло перебил Максим. — Я успешный только в твоих фантазиях. У меня хорошая стабильная работа, но я не миллиардер.
— Знаешь что, милый, ты можешь найти себе кого угодно. А ты привел какую-то серую мышку, — прищурив глаза, заявила женщина. Казалось, ей доставляет удовольствие унижать девушку.
Тут уже не выдержала Кира. Нагло осмотрев будущую свекровь, зло произнесла:
— Вам никто никогда не угодит. Я для вас серая мышка, пришла бы в яркой одежде — стала бы девушкой с низкой социальной ответственностью. К врачу не хотите сходить? У вас свекробизм.
Максим засмеялся, а вот его мама покраснела. Ей явно теперь было не до смеха, она не ожидала, что тихая на первый взгляд девушка моментально покажет зубки. Глубоко набрав в легкие воздуха, женщина прочитала целую лекцию будущей невестки про уважение. Мол, ты должна мне ноги мыть и воду пить, я такого чудесного сына воспитала. Кира, ошалев от такой перспективы, не осталась в долгу. Вечер перестал быть томным и моментально превратился в поле сражения.
После этого Максим как-то быстро собрал вещи и переехал к Кире. Находиться в одной квартире с матерью было невозможно. Она требовала бросить девушку, причитая, что та обидела ее своим хамским отношением до глубины души. Спустя неделю молодые сняли квартиру и подали заявление в ЗАГС. И что тут началось…
Сначала Наталья Ивановна атаковала сына сообщениями, что не пойдет на свадьбу. Потом причитала, что у нее повысилось давление, она лежит при смерти. Потом у нее было прединфарктное состояние. Потом прединсультное и все в таком духе. Максим устал ездить к ней, разговаривать и умолять успокоиться. За пару дней до свадьбы женщина успокоилась и они решили, что она наконец-то смирилась. Если бы это было так…
В день свадьбы, когда Кира в потрясающем воздушном платье стояла перед зеркалом, к ней в комнату вбежала взволнованная подружка. В глазах застыло изумление:
— Кир, ты не поверишь. Приехал Максим с родственниками. Господи, я в шоке. Твоя свекровь… она…
— Что она? — обернулась Кира.
— Она в белом. В белом свадебном платье!
— В смысле?
Кира практически бегом бросилась к окну. Свекровь стояла около машины, и на ней действительно было белое платье. Не свадебное, но очень похожее. Если сильно не присматриваться, то можно было бы с легкостью решить, что невеста именно она. Тем более Кира выбрала достаточно скромное платье, в отличие от свекрови.
Роспись прошла в напряженной обстановке. Наталья Ивановна вела себя очень вызывающе. Громко шутила, всех перебивала и постоянно пыталась завладеть вниманием сына. Тот мягко отодвигал мать от себя, но она бесцеремонно отталкивала Киру от него. Родня жениха смущенно отводила глаза, родня невесты возмущенно шепталась.
Кире было не по себе. Этот день должен был стать ее праздником, а стал абсолютно неприятнейшим событием. Когда они приехали в ресторан, от отличного настроения не осталось ничего. Внезапно к ней подошла тетя Максима, сестра его отца, Ольга Борисовна. Произнеся дежурное поздравление, она тихо произнесла:
— Не волнуйся, детка. Сейчас ты станешь снова королевой этого праздника.
Кира абсолютно ничего не поняла. Сложно быть королевой, когда рядом с тобой, постоянно отодвигая, суетится еще одна «невеста». Но буквально через пять минут Ольга Борисовна «оступилась» и вылила полный бокал красного вино прямо на белоснежный наряд Натальи Ивановны. Женщина завизжала, как поросенок на заднем дворе.
— Ой, Наташа, прости меня, старую, — воскликнула Ольга с неподражаемым актерским раскаянием. — Совсем не вижу, куда иду.
На белом платье расползалось огромное багровое пятно. Наталья Ивановна визжала, сыпала проклятиями и даже пустила горькую слезу. Гости посмеивались, отводя взгляд. Никто не был на стороне матери жениха, к ней никто не подходил и не предлагал помощь. Ольга Борисовна, уже стоя рядом с Кирой, тихо подмигнула ей:
— Красивый же наряд сейчас. Не знаю, чего она недовольна?
Натальи Ивановна, немного успокоившись и осознав, что платье окончательно испорчено, побагровев от злости, подскочила к сыну.
— Максим! Ты видел?! Это же издевательство! Она специально! Выгони ее вон.
Максим, до этого терпеливо сносивший все выходки матери, медленно повернулся к матери.
— Мама, хватит. Сегодня — наш день. И если ты еще раз позволишь себе какую-то истерику, оскорбишь мою жену или любого из гостей, мы с тобой надолго перестанем общаться. Понятно?
Наталья Ивановна онемела. Она явно не ожидала такого. Что-то пробормотав и, прикрывая испорченное платье сумочкой, женщина побежала в туалет. Свадьба после этого пошла как по маслу. Все вздохнули свободнее. Но Кира, ловя на себе случайные взгляды свекрови, полные немой ненависти, понимала — это не конец. Это только начало. И она не ошиблась.
Сначала были «невинные» советы. Приходя к ним в гости (практически всегда без приглашения), свекровь учила жизни невестку:
— Кирочка, ты суп Максиму не так варишь. Он с детства привык, чтобы морковь была порезана кубиками.
— Дорогая, зачем ты купила такую вазочку? Ужасно. Я лучше сама вам куплю, хоть выберу нормальную.
Потом в ход пошли «заботливые» подарки. Свекровь с ехидной улыбкой дарила абсолютно не подходящий Кире крем («В твоем возрасте уже пора активно ухаживать за лицом, морщинистая, как макака), платье на три размера больше и почему-то старую потертую ночную рубашку, которую, судя по состоянию, носила бабушка Ленина.
Кира же, конечно, не молчала. Она не относилась к тем, кто молча терпит оскорбления. Максим тоже старался ставить мать на место. Но он знал только половину того, что вытворяла его мать. Жена не жаловалась мужу на каждую мелочь, понимая, что он и так разрывается между ней и матерью. Но напряжение копилось.
Точку в их противостоянии решил случай. Точнее, планомерная работа свекрови. Однажды Наталья Ивановна вихрем ворвалась к ним рано утром. Максим, который открыл ей дверь, сонно вытаращил глаза:
— Мама? Что случилось?
— Простофиля, — голос женщины звенел от злости. — Ты вообще знаешь, что твоя «серая» мышка в семнадцать лет делала прерывание? Вот какие у нас учителя!
Кира выскочила из спальни. Лицо бледнее мела, руки дрожат:
— Откуда вы это узнали?
— В семнадцать лет порядочные девушки об учебе думают, а не по мужикам бегают, — ядовито улыбнулась свекровь. Она видела по лицу сына, что он ничего не знал о таком прошлом своей жены. — Иногда такое всплывает потом…
Кира видела взгляд, который свекровь бросила на нее за спиной сына. Взгляд, полный торжества и злорадства. В то утро она не выдержала и потребовала мужа поставить на место свою мать. Он, ошарашенный новостью, не промолчал. Только вот его гнев обрушился именно на жену. Мол, почему она утаила от него эту информацию и чего он еще не знает о ней? Разговор шел на повышенных тонах, каждый вспоминал все претензии, что накопились за это время.
Утром она, злая как пантера, сходила в женскую консультацию и написала жалобу за распространение личной информации. Конечно же, никто не сознался, откуда свекровь узнала об этом факте. Заплатила? Нашла знакомых в этой сфере? Мерзко и обидно…
Отношения с мужем пошатнулись. Максим считал, что должен был знать о том, что она сделала. Кира же считала, что его не должно волновать то, что произошло задолго до встречи с ним. Теперь каждый день они скандалили, и иногда ей казалось, что любимый муж говорит не своими словами, а словами матери. Все чаще стали звучать фразы про ее темное прошлое, упреки, подозрения.
Спустя полгода она не выдержала и вернулась жить к родителям. Подала на развод, их развели быстро. Сначала она винила в том, что произошло свекровь, а потом успокоилась. Рано или поздно все равно это бы произошло, раз Максим до сих пор не оборвал пуповину с мамочкой. И хорошо, что до того, пока она не забеременела.
